новости
Добро пожаловать в литературную ролевую игру «Энтерос» Авторский мир, современное эпическое фэнтези с элементами фантастики, эпизодическая система игры, смешанный мастеринг. Контент для игроков от 18 лет. Игровой период с 3003 по 3005 годы.
14.07.2021. Объявлены победители конкурса «Лучшие посты месяца». Благодарим всех за активное участие и голосование.
10.07.2021. Обновлены активисты проекта и кристаллы за голоса в Топ'ах начислены. Открыто голосование на лучшие посты периода «июнь – июль» до 14 июля 19.00 МСК включительно.
09.07.2021. Напоминаем про конкурс лучших постов месяца, приём заявок завершится 10 июля 2021 года в 19.00 по МСК. Мы с нетерпением ждём в личные сообщения ссылку на два поста, понравившихся лично Вам, и размещенных на форуме в период с 10 июня по 09 июля 2021 года.
07.07.2021. Открыты два квеста «Роковая башня» и «Tainted Lands», приглашаем всех желающих принять участие, чтобы узнать подробнее, загляните в раздел «Набор в квесты». Внесены значительные послабления в «систему прокачки» [касательно количества постов], в связи с изменениями в магазине, количество деосов третьего поколения увеличено и теперь составляет 98 существ.
06.07.2021. Всем привет и великолепного летнего настроения! Мы обновили дизайн впервые почти за шесть лет. За прекрасную работу благодарим дизайнера — вещий дух. При возникновении багов, просим сообщать в тему «связь с АМС».
активисты
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Энтерос

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Энтерос » БЫЛЫЕ ПОВЕСТВОВАНИЯ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ » Психология климбатов


Психология климбатов

Сообщений 1 страница 17 из 17

1


Дата

Время суток на момент начала эпизода


23.12.3001

Вечер, клонящийся к закату


https://img-fotki.yandex.ru/get/197700/283342816.1/0_16d509_b2609ab5_orig
https://img-fotki.yandex.ru/get/4203/47529448.d7/0_ccbe0_43358211_S.png
Сиверика, материк Барта, поселение Анрис
https://img-fotki.yandex.ru/get/15555/47529448.d7/0_ccbe5_d89a9945_S.png
Норвед Астеллар | Инфирмукс
https://img-fotki.yandex.ru/get/3508/47529448.d7/0_ccbe3_acd99e18_S.png
Говорят, жители затерянного в глуши поселения Анрис знают множество уникальных сказаний и имеют культ трех божеств, о которых отказываются говорить чужакам. Разве этого недостаточно, чтоб заинтересовать одного любопытного религиоведа? Попытка – не пытка, так рассудил Норвед, отправляясь на Сиверику, дабы разыскать деревушку и попытаться наладить контакт с аборигенами.
Однако, прибыв на место, Астеллар обнаружил, что в этом поселении он тут не единственный гость. Более того, оказалось, что он попал прямо на место дьявольской охоты могущественного климбата, уничтожающего носителей бесценных знаний просто ради забавы. Кажется, информация о культах Анриса утеряна навсегда, но важно ли это, когда встает острая необходимость сохранить собственную жизнь?
https://img-fotki.yandex.ru/get/3109/47529448.d7/0_ccbdc_d4bceeff_S.pngБоя не планируется, но в случае чего я использую базовую систему. Соигрок – по желанию.

+2

2

Ощущал ли он когда-либо абсолютное удовлетворение от звука рвущейся плоти и треска хрупких костей? А даже если и ощущал… смог бы привести хоть одно неоспоримое доказательство искренности сего удовольствия? Вдруг оно лишь навеяно шизофриничным пульсирующим нарывом где-то внутри: ни то в голове, ни то в душе.
Бедняга молился! Дико! Это выглядело так дико со стороны; он – искалеченный животными порывами монстра, с ошметками вместо руки и стопы; стоял на коленях и хрипел слова молитвы лишь ему знакомой. Давящее зрелище. Уповал лишь на высшие силы, «придуманный бог» - так обозвал его верования мальчишка, что устроил тут настоящую кровавую баню. А ведь и, правда, мальчишка: невысокого роста, на вид лет тринадцать. Длинные растрепанные волосы хлестко спадают на плечи и спину; крылья черные будто смоль, костяной хвост и рога, венчающие давящим кольцом голову.
На лице, что еще не потеряло детскую смазливость, гротескной и нелепой гримасой смотрелся абсолютно дикий, кровожадный оскал. Улыбка, что не может украшать лицо ребенка; улыбка, что противоречит природе маленьких беззащитных чад. Он смотрел на свою последнюю жертву с широко открытыми блестящими от огонирующего безумия глазами. Это происходило в главном храме Анрис, куда климбат стащил всех жертв, и теперь гора сотен трупов  чудовищным гигантом возвышалась и отбрасывала тень на последнего выжившего. Или он отнюдь не последний?
Руки… ноги… целые тела… он не глумился и не мучил детей, перед каждым рывком и убийством смотрел на лицо, в глаза и словно делал вывод: убить сразу или поиграть… утолить дьявольский голод жестокости внутри. Что угодно, лишь бы не слышать тех диких животных воплей у себя в голове; они оглушали, не довели возможности думать и дышать…
«Да! Да! Это последний! Убей его! Убей! Пусть он сдохнет!» - и если большую часть жизни этот голос лишь комментировал, сбивая с мыслей, то сейчас был истинный припадок… настоящий, то, чего боялся климбат, в это время никого не должно быть рядом. Все внутри вскипало, трепет заполнял энергией тело, разум, в глаза будто вылили кислоту, нередко приходилось вытирать щеки от слез… Приступ животной ярости, со стороны всем казавшийся лишь детской забавой. Приступ неоправданной жестокости уже подходил к концу, демон внутри удовлетворен и пусть мясо каждого в этой кучи трупов оказался как старая портянка, ощущение легкости и свободы медленно клокотало внутри. А еще буря ненависти к себе и осознания, что в он в очередной раз не справился. Убил всех. Оправдал то, что говорят о климбатах. Он монстр. Губы что-то прошептали, что-то неосознанное, мужчина, молящийся перед ним, потерял сознание от болевого шока и кровопотери. Слабый эльф – что еще можно ждать? Сильных Инфирмукс уничтожал первыми.
«- Что ты сказал? Хочешь уже закончить это? Хочешь быть одним из них? Тебя не надолго хватило…
- Заткнись уже…» - мальчишка немного устало пихнул ногой полу-труп и, взяв его за шиворот подтащил к куче, бросив к остальным. Ничего не оставалось, как сорваться с места и усесться на вершине этой пирамиды, оказавшись в нескольких метрах от каменного пола… выдохнул. Раскинул руки в стороны и улегся на спину, прикрыв глаза. Мальчишка в храме находился уже несколько десятков минут, примерно пять минут назад в поселение переместился Норвед и, логично, что первым делом, даже не осматривая дома, религеовед решит зайти в храм верно? И что же он там увидит? Гору мертвых тел, на вершине которых лежит сменяющийся ребенок с черными крыльями.
Инфирмукс резко сел, его прямой и открытый взгляд взирал на саэтэруса. Нагло. Оценивающе. Но уже более осмысленно, чем пол часа назад, - Еу, что ты тут забыл, дорогуша!? – голос игривый, с акцентирующими нотами угрозы и щемящей наигранной ласки.
[mymp3]http://cdndl.zaycev.net/10001848/1427363/%D0%9A%D0%BB%D0%B8%D0%BC%D0%B1%D0%B0%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0_-_%D0%A1%D0%B5%D1%80%D1%8B%D0%B9+%D0%A0%D0%B5%D0%B1%D1%91%D0%BD%D0%BE%D0%BA.mp3|Климбатика – Серый Ребёнок[/mymp3]

+2

3

Норвед уже несколько минут шел по улицам Анриса, но что странно, никто не вышел даже взглянуть на прибывшего в поселение чужака. Вокруг царила почти мертвая тишина, у домов не было ни души, никто не занимался своими повседневными обязанностями и не было слышно гомона играющих детей. Это казалось странным, хотя Норвед не раз сталкивался с подобным – в некоторых поселениях жители оставляли все свои дела, чтоб сойтись на всеобщую молитву. Что ж, если он сможет застать процесс вечерней молитвы… Это будет чудесно. Он даже не выдаст своего присутствия, взглянет одним глазком и все. Как-никак, если жители заметят, что он наблюдает, его с огромной вероятностью попросят удалиться из поселения – и это в самом лучшем случае.
С этими мыслями Норвед направился к храму. Он полагал, что увидит там коленопреклоненных перед алтарем поселенцев, как оно обычно и случалось. Даже издалека он заметил, что двери храма были распахнуты настежь – скорей всего, там все и собрались. Даже хорошо, что ему не придется подглядывать в щелочку, как в старые студенческие времена. Тогда он просто подойдет поближе и…
«Седьмое пекло!»
Увиденное в храме никоим образом не вязалось с его самыми смелыми ожиданиями. Норвед так и застыл столбом на входе, его зрачки подрагивали в широко распахнувшихся глазах. Постойте, этого не может быть на самом деле… Эти люди… Они все мертвы! Астеллар хотел эмоционально абстрагироваться от открывшейся его взгляду горы трупов, но не мог, это зрелище приковывало его внимание и словно парализовало все остальные чувства. Конечно, он видел смерти и раньше, редкий лекарь мог этого избежать. Но это… это… Это сущее безумие!
Услышав детский голос сверху, Норвед медленным, почти механическим движением поднял голову. Это существо он, скорее, первым делом почувствовал и только потом уже – увидел. Он не знал этого ощущения доселе, но, испытав его, не перепутал бы больше ни с чем и никогда, специфическое чувство, моментально определяющее враждебную, несущую угрозу сущность перед ним. На вид ребенок, всего лишь ребенок, но разве нормальные дети сидят на горах трупов?
«Климбат…»
До этого Норвед только читал о климбатах в книгах и хрониках. Поглощенные скорбилусом дети, превратившиеся в чудовищ, их существование было настолько невероятным, что казалось легендой, но факты не лгали – в хрониках писалось, что время от времени отдельные климбаты устраивали чудовищные бойни, также нередко всплывали сообщения о климбатах на аренах Биорторуса. Но Астеллар никогда не думал, что столкнется с климбатом сам. К тому же с сильным и агрессивным, если судить по количеству убитых им жертв и по давящей ауре, исходящей от него.
«Сегодня твой день, дружище» - издевательская мысль всплыла в голове и Норвед отмер, уцепившись за эту самоиронию, как за спасательный круг. Если он еще способен язвить над собой, то его рассудок не парализовало окончательно от увиденного ужаса. Но что же ему теперь делать?.. Попытаться сбежать? Глупости… Маг был более чем уверен, что эта попытка станет последней в его жизни, климбат догонит его в мгновение ока. Впрочем, он не убил его на месте и даже заговорил с ним – быть может, он уже насытился? Как говорится, надежда умирает последней.
- Да по сути уже ничего, - осторожно проговорил Норвед, стараясь, чтоб его голос звучал ровно и спокойно. – Видимо, я немного некстати, но не обращайте на меня внимания, я всего лишь безобидный исследователь. Я пойду, да?..
Скверная тактика. Если бы он наблюдал за всем этим со стороны, он бы хохотал над собой, как сволочь. Но лучшей у него в данной ситуации не было. Норвед инстинктивно задержал взгляд на детском лице, кристально-синие глаза из-за стекол очков взглянули в глаза климбата, устанавливая зрительный контакт. В привычных условиях сила взгляда Астеллара была безусловна, но сейчас он лишь усилием воли подавлял желание отвести глаза – настолько всепожирающее безумие плескалось во взгляде этого ребенка. Маг медленными и небольшими шагами отступал назад, не рискуя поворачиваться к климбату спиной и осознавая, что если это существо сейчас сорвется и нападет – как минимум половина Вистерского университета лишится взлелеянной в мечтах возможности сплясать на костях профессора Астеллара, ибо оные будут покоиться в желудке климбата. Окрыляющая перспектива, ничего не скажешь…

+2

4

- Пойдешь!? – наигранная наивность в купе с ожесточенным капризным выкриком, - Конечно пойдешь! Прямиком в Преисподнюю! – на миг ребенок даже пожурил себя за шаблонность и неоригинальность фразы, поэтому добавил в конце негромко и насмешливо, - Все там будем.
«- Ты не закончил… не закончил. Ты не закончил это! Убей!! Убей его!!! – голос с шепчущего дисканта возрос до гигантских приделов, оглушая и заставляя напрячься, из-за сих криков Инфирмукс не мог толком даже разглядеть вошедшего.
- Заткнись! Заткнись! Заткнись!!! – последнее было воскликнуто, в глазах плеснулся очередной океан безумия, а архомэйр вполне мог решить, что его голос прозвучал излишне громко или что-то в словах разозлило мальчишку. Это было не так».
Сорвавшись с места, монстр в считанные мгновения оказался на каменном заляпанном кровью полу и медленно направился в сторону нового посетителя храма, плавно ступая, - «Твое время вышло… четыре…» - климбат материализовал свое оружие в руках, отблески собственной косы и возникшие магические искры завораживали, «три…» - оружие указывает своим конечным лезвием в живот Норведа. К слову, мыли  обращены отнюдь не к полукровке. К твари у себя в голове - самому себе. Еще не удар, что-то вроде обычного указания на часть тела, - «два…» - он сдвинулся с места... рывком, оставляя в каменном полу вмятину и – «один…» - еще доля секунды, бешеный поток ветра от покровных перьев климбата...
Оказался предельно близко, сбил с ног мужчину, припечатал его к полу и уселся сверху, приставляя лезвие к горлу. Чуть надавливая до появления маленькой кровавой дорожки, бегущей к ключице… - «ноль…».
Еще одна нелепая сцена могла заворожить психопата-маньяка, а кому-то показаться до боли шаблонной, скучной и не вызывающей каких-либо эмоций кроме эмоциональной усталости. Ребенок с распахнутыми черными крыльями восседал на животе своей жертвы, которую припечатал своим же телом к полу священного храма. Двое данных существ сокрыты в тени от горы трупов, угольным гигантом возвышающейся. Длинное древко косы направлено к верхним сводам здания - к лепнине и диковинным «выплывающим» с потолка символам религии поселения: лица, руки, тела женщин в вуалях и мужчин, красивая работа – искусный мастер вырезал объемные фигуры прямо в потолке, и теперь они своими слепыми глазами беспристрастно взирали вниз, на творящейся абсурдный хаос. Самое крупное лезвие Авазитонес прижималось к горлу жертвы…
Инфирмукс сейчас ощущал себя страдающим булимией. Еда не приносила удовольствия, к слову, мясо и кровь живых ему почти никогда не нравилось, но иногда он набивал живот им, а разум наполнял кровожадностью… убивал… ел… снова бил… до боли в конечностях и желудке, но настоящего удовлетворения не было – это и так понятно. Если бы было – уже остановился.
- Я сегодня добрый, котеночек… что скажешь напоследок?

+2

5

Климбат крайне нестабилен – это первый вывод. Из этого следовал второй – это существо явно не собиралось отпускать Норведа живьем. Астеллар инстинктивно отступил от направленного на него лезвия материализовавшейся из ниоткуда косы… и упустил момент, когда климбат молниеносно оказался рядом и уже через мгновение придавил Норведа к полу, чуть не вышибив из него дух.
Тяжело… Климбат был слишком тяжел для ребенка. Это из-за скорбилуса? Или еще по каким-то причинам? Дьявол и преисподняя, что за нелепые мысли лезут ему в голову в самый неподходящий момент… Царящая вокруг атмосфера была настолько гротескной, что разум уже устал изумляться, вместо этого отчаянно пытаясь отвлечься на что-то незначительное.
Какая-то часть Норведа до сих пор не верила в происходящее. Это казалось просто страшным сном. Вот он сейчас проснется в теплой постели, выберется из объятий очередной любовницы, выпьет кофе и пойдет на работу… Так ведь? Но прижимающая к полу тяжесть была слишком ощутимой для сна, равно как и прикосновение прохладного металла к шее... и краткая режущая боль чувствуется слишком отчетливо. Горячая струйка крови скользнула по коже, и тут же колоссальный выброс адреналина отправил в мозг волну животной, неконтролируемой паники.
«Он убьет меня прямо сейчас! – взвыло подсознание Норведа, отметая все остальные мысли на другой план. – Перережет мне горло и я окончу свои дни здесь, на свалке трупов! Рано… Слишком рано!»
Нет… Стоп. Усилием воли Астеллар приказал себе утихомириться. Если он поддастся эмоциям, то для него точно все закончится. И разве не позор для дипломированного психомага – вот так распустить себя в стрессовой ситуации? Норвед вдохнул и выдохнул, после чего... улыбнулся. Спокойная, слегка интригующая улыбка человека, который знает больше, осведомлен о том, чего не знают другие. Пусть его колотило, разум бился в панике, а инстинкты вопили о скорой кончине, но он явственно осознавал, что проявление страха сейчас только раззадорит агрессию климбата. Значит, он должен сохранять хотя бы внешнее спокойствие и говорить. Пока он говорит, он жив. И он обязан использовать этот крохотный шанс.
- Вы, юноша, безусловно можете убить меня. Но что потом? Краткий миг убийства, секундная вспышка… и больше ничего. Больше никакой пользы вы из меня не извлечете, я даже не смогу оказать вам сопротивления. Вы полакомитесь мной… нет, скорей всего, оставите здесь, ведь среди этих тел ни одно не выглядит полноценно объеденным. Выходит, даже моя плоть не доставит вам удовольствия. А ведь живым я способен быть куда более интересным и полезным…
Казалось, климбат слушал – но, возможно, Норведу это лишь казалось. Как бы то ни было, его еще не убили и он должен был продолжать говорить. Изворачиваться, заговаривать зубы, блефовать, делать что угодно, только не молчать. Конечно, Норведа и до этого не раз припирали к стенке, и он выскальзывал из опасных ситуаций только благодаря хорошо подвешенному языку, но еще никогда его жизнь не висела на волоске до такой степени.
Однако зрелище могло показаться со стороны как минимум странным – убийца с косой и жертва, ведущая дипломатические, завлекающие речи. Хотя здесь все отдавало нескрываемым отголоском шизофренического бреда.
- Казнить или миловать – это в ваших руках, - продолжал маг. – Но это все безусловно интересно... Я даже считаю, что мне повезло встретить вас. Знаете ли, я сейчас как раз веду исследования психологической природы климбатов. Многие привыкли считать вас монстрами, но я полагаю, что вы – исключительный феномен, заслуживающий несомненного внимания. Я хотел бы знать, о чем вы думаете, что чувствуете, в чем лежат истоки ваших целей и мотивов...
Норвед почти не лгал – он внезапно сам ощутил отголосок интереса. К тому же это вполне могло сработать. У всех разумных существ есть эго, все любят говорить о себе, от буланима до деоса. Почему климбаты должны быть исключением? Даже если это скорбилус, имитирующий разум поглощенного ребенка… Если имитация достаточно хороша, некоторые особенности должны сохраниться.
- Поэтому… может, позволите мне задать вам пару вопросов? – Норвед слегка сощурился, глядя снизу вверх на климбата. – Поверьте, наш разговор будет куда занимательней убийства.

+2

6

Ледяная звенящая пустота наполнила сознание мальчишки, когда вместо ожидаемого испуга, паники он увидел лишь спокойную улыбку и загадочный взгляд жертвы; отчего-то именно эта улыбка заворожила монстра, не позволяя лезвию на манер гильотины обезглавить.
В голове тишина. Инфирмукс мог поклясться, что слышит шелест на верхушках тополей неподалеку, только сейчас в этот миг, стало возможным рассмотреть лицо лежащего под ним мужчины.
Крупный для дриммэйра, излишне долговязый и тощий для архонта. Волосы длинные… может из-за них климбату пустота, возникшая в голове, ощущалась именно ледяной. Снежной… Волосы овеивали холодной аурой. Авазитонес, почти сразу после окончания монолога жертвы, было отброшено неряшливо в сторону, мальчишка выпрямился в спине и пальцами подцепил дужку очков на его переносице, стаскивая их с глаз. Очки каким-то чудом уцелели, ей Богу! Пронзительно синие глаза, кажется, пока что они останутся в черепе – так решил ребенок. «Пока что» - это несколько секунд, минут или часов.
«Не обманывайся… он говорит лишь, чтобы спасти свою дрянную шкуру! Заканчивай это! Убей! Ты знаешь, знаешь, что общение не приводит ни к чему хорошему… тебе это не нужно… ты… монстр… ты не настоящий…» - мальчик закричал пронзительно громко, как будто стало нестерпимо больно, столь больно, что сдержать в себе это чувство попросту невозможно и невероятно.
«Хорошо… наслаждайся бредом, чтобы потом опять вернуться ко мне… к себе…» - Он замолчал. И голос в голове и сам Инфирмукс, отмечая – перещелкнуло, наконец «оно» перещелкнуло, ближайшее время голос и неудержимые эмоции его не потревожат. Стало хорошо, легко… спокойно, внутри будто зародилось нечто мягкое и светлое. Выдохнул, чтобы вдохнуть полной грудью и поставить свои детские ладони с двух сторон от головы Астеллара, крылья мягко опали на пол, закрыв собой довольно внушительное пространство пола, пока еще ребенок не слез со своей жертвы. Живой жертвы. Наклонился ниже, предельно низко, так, что его горячее дыхание опалило кожу мужчины, а металлический запах крови ударил в ноздри. Глаза в глаза, синие и бездонно-черные, - Инфирмукс. – прозвучало словно приговор, акцент, с каким было названо это слово, настолько странный, неосознанный, что признать его именем сложно первую секунду, - называй меня Инфирмукс…
Рывок… нет, абсолютно не опасный, парень попросту поднялся на ноги и теперь на архомэйра ничего не давило, тот тоже мог встать. Тем временем, сложив крылья за спиной, климбат принялся рассматривать очки ученого, вертя их в руках и даже померив, - ты близорукий… - сделал определенный вывод довольно быстро, - странно, смесь архонта и дримма страдает от проблем со зрением, это нормально или ты попросту в юности шалил с райдзирем, али еще какой дрянью? – райдзирь являлся сильнейшим наркотик и Норвед, ввиду своей специальности и жизненного опыта, точно о нем слышал, - хотя… – очки были небрежно брошены в руки мужчине, к ним ребенок потерял интерес довольно быстро.
- Что, тоже не видишь в нас монстров? – скептически и вновь насмешливо прозвучал голос, - уже не первый и не второй, да вот только слова – пустышка. Но… знаешь… забавный… ты. Не каждый может пересилить ужас и проявить оригинальность. Вот только я худший из экземпляров для твоего исследования… поверь, знаю, что говорю. С твоим любопытством и талантами в самый раз отправиться прямиком на Климбах и запросить аудиенцию у любого из климбатов, - усмешка, да-да, Инфирмукс немного издевался, представляя насколько бы нелепо выглядело данное событие, - могу устроить, к слову. Хотя, ладно. Как называть тебя и что хочешь узнать?
Да! Именно так! Мальчишка решил сыграть в предложенную игру и сыграть по правилам Норведа, он не давал гарантии, что не убьет, но сейчас разговор казался и, правда, куда более интересным, чем опостылевшие убийства. И к слову, им интересовались впервые… это новое чувство еще не знакомое – его хотелось узнать.

Отредактировано Инфирмукс (26.02.17 21:30:33)

+2

7

Когда коса была отброшена в сторону, Норвед не смог сдержать облегченного вздоха. Он чувствовал себя выжатым, но тем не менее ему удалось заболтать агрессора, вырвать еще немного времени для себя. Разве не замечательно?.. Тем временем климбат потянулся к его лицу, снимая очки, и окружающее пространство потеряло четкость, мальчишка предстал лишь размытым темным силуэтом, остальное и вовсе смазалось. Обычно Норвед редко снимал очки, разве что перед сном. Теряя остроту зрения, он чувствовал себя даже более беспомощным, чем с прижатым к горлу лезвием – и этого ощущения он не выносил. Но мог ли он сейчас выбирать? В конце концов в данный момент это было не самым страшным.
От крика ребенка Норвед невольно вздрогнул. Почему он так кричит? Что-то причиняет ему боль? Или это спонтанная реакция? Маг напрягся, не зная, что последует за этим воплем, но, похоже, пока климбат нападать не собирался. Темные крылья закрыли свет с обеих сторон, мальчик оказался совсем рядом, даже Норвед со своей близорукостью мог разглядеть его лицо, уже не искаженное гримасой безумия. Господи, совсем ребенок… И тот факт, что этот хрупкий на вид ребенок нес в себе колоссальную угрозу, был даже более жутким, чем если бы на его месте был громила с топором. Астеллар вдыхал через раз, чувствуя напряжение от близости опасного существа и пульсирование крови в висках, немигающими глазами смотрел в черные глаза климбата, чувствуя, что не сможет отвести взгляд при всем своем желании. Инфирмукс… Странное имя отдавало чем-то зловещим, однако Норвед не мог не признать, что климбату это подходило.
- Инфирмукс, - повторил он за мальчиком и кивнул, соглашаясь и принимая.
Тяжесть тела климбата наконец-то исчезла, и Норвед наконец-то вздохнул полноценно, вставая на ноги. Подняв слетевший с головы берет, он надел его обратно и привычным движением пригладил волосы, ощутив на них липкость от натекшей со сваленных трупов крови на полу – отвратительное ощущение. Астеллар слегка дрогнул крыльями носа от неудовольствия и повернулся к Инфирмуксу, с прищуром фокусируя взгляд на нем. Играется с очками?.. Как по-детски. Но сколько же ему лет на самом деле? Норвед слышал, что климбаты способны жить тысячелетиями, а самые сильные и того дольше. Возможно, этот ребенок старше его. Возможно, даже намного. Хотелось бы знать…
- О нет, райдзирь тут не при чем… В детстве я был слеп, - отозвался Норвед. – Но меня исцелили, хоть и не полностью. Тем не менее мне повезло, я полагаю.
Маг говорил об этом совершенно спокойно, будто о чем-то незначительном, равно как «в детстве я набивал синяки» или «когда-то я болел простудой». В конце концов что было, то прошло. Норвед нечасто об этом распространялся, но если хочешь услышать чужое откровение – расскажи сначала немного о себе, другой стороне так будет легче. Хотя вряд ли климбата интересовало подобное.
Астеллар едва поймал брошенные ему очки – с размытым зрением это было непросто. Водрузив оные на переносицу, он тут же почувствовал себя легче и уверенней, даже воспряв духом. Давайте оценим ситуацию – пока что он жив, а Инфирмукс, кажется, заинтересован, подобный расклад явно не из худших. Если продолжать в том же духе, кто знает, возможно он даже сумеет договориться с климбатом. Что ж, теперь следует продолжать держаться спокойно и ковать железо, пока горячо.
- Боюсь, атмосфера Климбаха для меня слегка недружелюбна, - усмехнулся маг. – Меня зовут Норвед.
А действительно – что он хотел узнать? Нет, не то чтобы ему было нечего спросить, напротив, у него было слишком много вопросов. Но все они могли показаться дежурными и пресными для подростка, если придерживаться гипотезы, что климбаты не развиваются психически. Тестовые бланки климбат заполнять не станет, ментально исследовать свой разум он тоже не позволит. Но как тогда распознать, действительно ли его разум – имитация скорбилусом? Как понять, идет ли сейчас общение со скорбилусом или с ребенком расы даденгеров? Да, по восприятию биополя под сущностью климбата чувствовался даденгер, но тем не менее…
Климбаты – невероятно загадочные существа. Как бы это ни было абсурдно, но от этой мысли Норвед внезапно испытал прилив восторга, который обычно чувствовал, когда сталкивался с чем-то непознанным, но очень перспективным. Если он будет аккуратен… Если не будет предпринимать необдуманных действий… Может ли быть так, что ему действительно повезло?
- Инфирмукс, для начала один важный вопрос. Как вы ощущаете себя обычно? В смысле, я могу полагать, что ваше повседневное самоощущение имеет свои особенности. И… помните ли вы свою жизнь до становления климбатом? Как давно это было?
Астеллар поправил высокий ворот кафтана, машинально провел пальцами по регенерирующему порезу на шее и мельком взглянул на багровый подсыхающий след, почти не выделяющийся на и без того испачканных кровью белых перчатках. Хорошо, что сегодня Шантрисс была настолько вялой и вместе с этим раздражительной из-за периода линьки, что ему пришлось оставить ее отсыпаться в покое дома. Если бы она высунулась на климбата, Норвед мог бы лишиться своего драгоценного фамильяра… Или даже собственной жизни, как все поселенцы Анриса, сваленные здесь. Рядом с этой горой трупов маг чувствовал себя очень некомфортно, настолько, что по его спине то и дело пробегал холодок. Он не был слабонервным, но в такой атмосфере любому здравомыслящему существу станет не по себе.
- Кстати, мы можем выйти на свежий воздух? – осторожно поинтересовался Норвед. – Допустим, немного прогуляться. Сегодня славная погода…

Отредактировано Норвед Астеллар (27.02.17 01:40:16)

+2

8

- Нор-вед, – по слогам повторил климбат, словно пробуя имя на вкус, может, это его особое проклятие: пробовать на вкус все, что придется или не придется по душе? – Да я посмотрю, котеночек, ты везуч как рундук Дэви Джонса! – в подтверждение слов раздался легкий саркастический смешок. В любом случае, Инфирмукса и правда заинтересовала личность саэтэруса, хотя, в принципе, заинтересовать мальчишку легко – просто разорви шаблон! Выкинь что-то такое, чего он не ждет; все равно что именно, главное удивить! В принципе, разочаровать поступком Инфирмукса сложно, если это именно разрыв шаблона, мальчишка автоматически, на какое-то время, становится эмоционально зависим от собеседника, выкинувшего подобную штуку. Лишь профессиональный психолог или психоаналитик мог бы заметить столь странный поведенческий нюанс. Улыбка... и взгляд пронзительно-синих глаз до сих пор стояли перед Темным Эфиром, именно тогда произошел разрыв сего злополучного и столь спасительного шаблона.
- Лады, пошли, погуляем, только погоди чуток, я свою косу прихвачу… куда же я ее кинул..? – климбат хлопнул себя ладошкой по лбу, растерянно оглядываясь; отброшен Авазитонес и, правда, далеко, куда-то в угол за гору трупов, - хорошо, что тут нет Фтэльмены, а то меня ждал бы очередной монолог по теме разбрасывания вещей… бла-бла-бла… - засмеялся, немного мотнув шеей и быстро подбегая к внушительной косе, перекинул ее через плечо и зашагал бодрым шагом навстречу к жертве… прошлой или будущей, кто знает?
На улице стояла и правда была хорошая погода, закат… красочные лучи звезды мягко касались безжизненного поселения, теперь уже, зная, что произошло, Норвед мог заметить наличие кровавых следов на вымощенных камнем дорожках, кое-где распахнутые двери и разбитые окна.
- Так! Для начала давай определимся! – уже отойдя порядочно от храма, заявил Инфирмукс, став как вкопанный и смотря упрямым, но довольно беззлобным взглядом на собеседника, все это время мальчишка пребывал в своей истинной форме: костяной хвост тащился по земле шевеля кончиком, а перья на крыльях чуть трепал ветер.
- Никаких выканий, я не люблю все эти фамильярности. На «ты» и точка, - на лице расцвела хищная усмешка, явно предзнаменующая черную шутейку, - если конечно не хочешь, чтобы я тебе язык отгрыз. – Ткнул пальцем в грудь архомэйра и усмехнулся, почесал затылок,  как-то взъерошился, взглянув снизу вверх… еще бы! Между этими двумя была гигантская разница в росте! Однако, похоже, сей факт не долго заботил климбата, умеренно быстро тот отмахнулся от назойливой мысли, развернувшись на пятках и вновь уверенно двинулся дальше. Яркие отблески заката отражались в лезвия косы, как в червоточенном зеркале дева, в ночь гадания.
- Значит... как себя обычно ощущаю… хм… ты задаешь сложные вопросы. К сожалению, я не помню своего детства, лишь какие-то смутные отрывки… поселение, другие дети… монахи... водопад... если честно, даже не уверен, что это все не ложные воспоминания, созданные разумом. Мне три тысячи лет и, как сам понимаешь, я даже не помню своего настоящего имени. Инфирмукс – с какого-то там языка… запамятовал... переводится как Темный Эфир, вот и все.
Парень все еще не мог найти ответ на главный вопрос – «как он себя ощущает» - этот вопрос сейчас засел где-то на подкорке, тараня сознание и причиняя уже физическую боль, мальчик замолчал, беспомощно смотря на лицо Норведа, они остановились где-то под раскидистым душистым тополем.
- Даже не представляю, с чем сравнить… знаешь… иногда мне кажется, что я саморазрушаюсь… - последнее было произнесено почти шепотом, - я будто одна большая болезненная рана, не объяснить… ты когда-нибудь получал ссадины и раны? Думаю, получал… внутри меня все в этих порезах, но на эмоциональном - духовном уровне и стоит чуть неаккуратно тронуть что-либо... словом, поступком или взглядом, как рана открывается кровотечением, создавая бешеный поток убийственного хаоса, дикости и злобы. Так я себя чувствую большую часть времени, оставшуюся ее часть, ощущаю кущами райскими. Нет, я серьезно. В минуты же спокойствия, такие как сейчас я, возможно, сожалею, что убивал… но сдержать это не могу, оно засело где-то в душе… - Инфирмукс скривился, немного грубо схватив себя за рог, но не причинив себе в итоге вреда, - еще я чувствую гнетущую ответственность… а еще… ой… так много всего… я постоянно хочу с кем-то сблизиться, но что-то внутри разрушает абсолютно все мои попытки, я бы рад вести Климбах к процветанию, но из-за этой драни в себе не могу… а хотя знаешь, про мое самоощущение уже давно придумали стихосложение очень талантливые поэты... - пожалуй, в том, что мальчик двенадцати лет читает стихи нет ничего удивительного, как правило, таким дают конфетку, гладят по голове и слушают следующего, если это не мальчик климбат трех тысяч лет от роду…
- Смотрю на море жадными очами, к земле прикованный, на берегу... Стою над пропастью — над небесами, — и улететь к лазури не могу.  Не ведаю, восстать иль покориться, нет смелости ни умереть, ни жить... Мне близок Бог — но не могу молиться, хочу любви — и не могу любить.  Я к солнцу, к солнцу руки простираю и вижу полог бледных облаков... Мне кажется, что истину я знаю — И только для нее не знаю слов. 
Жалко что у Норведа нет конфет, ибо то, с каким выражением прочитал Инфирмукс стихотворение Зинаиды Гиппиус, было выше всяких похвал: выразительно, с чувством, с толком, с расстановкой, а последнюю фразу умело подчеркнул лязг косы за спиной и шелест крыльев…
На секунду душу климбата после этих слов обуял какой-то стыд, кажется он сболтнул лишнего… - «не имеет значения, я его потом все-равно убью, значит, могу говорить что угодно...» - между прочим нормальная защитная реакция, если ты все-равно убьешь слушателя, ему можно сказать о каждом из своих грехах.
- Ну-с, теперь твоя очередь. Давай вопрос на вопрос… только будь честен. – Облизнул розоватые губы, - что за болезнь такая… раз она лишила зрения такого как ты… я никогда не слышал о подобной болезни, а то, чего я не слышал – меня угнетает. Почему тебя не долечили, о! И кстати, что ты тут забыл, ты не из местных!

+2

9

Привычно заложив руки за спину, Норвед шагал по улицам рядом с климбатом, поглядывал по сторонам. Теперь и впрямь были заметны следы бойни… Как он раньше этого не увидел? Впрочем, не ожидающий подвоха разум вполне может скрыть от глаз очевидное. Астеллар еще не был настолько дерганым, чтоб всегда и от всего ожидать угрозы.
Пожелание Инфирмукса Норвед выслушал, кивнул серьезно. На «ты», так на «ты», ему не сложно. Хотя такие угрозы от того, кто смотрел на него снизу вверх, казались забавными… точнее, казались бы, если б Норвед не знал, что климбат вполне мог привести свою угрозу в действие в любой момент. В такие моменты разница в росте отходила совершенно на другой план.
Слушая по пути климбата, маг все сильнее уверялся в одном – что бы это ни было за существо, даденгер или скорбилус, оно безусловно разумно. Такие проблемы могут иметь лишь существа с полноценным эмоциональным и чувственным спектром. Но подумать только, три тысячи лет… Полторы сотни лет, прожитые Норведом, на этом фоне казались песчинкой. Этот климбат мог знать о вещах и событиях, которые уже давно канули в пучину истории. Хотя кто знает, обращал ли он вообще на них внимание.
Астеллар анализировал душевные метания Инфирмукса и про себя упорядочивал их рациональным рассудком. Социопатия? Нет. Если бы этот климбат был социопатом, он бы не испытывал таких рефлексий и угрызений, просто разрушал и захватывал бы, ни о чем не задумываясь и ни капли не страдая. Скорее, очень потерянный трудный подросток. Перманентно находясь в периоде, когда похвала и порицание оставляют сильнейшие следы на самоощущении, вместе с этим он столетие за столетием ощущал, как этот мир обернулся против него – эта моральная травма была свойственна всем климбатам, как можно было полагать. Эмоциональная лабильность, которую Норвед уже заметил за Инфирмуксом, могла сформировать на этой почве психическое расстройство, помноженное на тысячи лет жизни и великую силу – взрывоопаснейшее сочетание. Хотя это была лишь первоначальная гипотеза и, возможно, существовало еще множество других причин, ведущих к подобному состоянию.
Если он удержит этого климбата, то, возможно, сможет изучить его подробней. То есть, конечно, помочь… Но одно другому не мешает, напротив – второе напрямую происходит из первого. Чувство, испытываемое Норведом, было очень близко к азарту. Запускать пальцы в хитросплетения чужих сознаний, цеплять хрупкие нити и распутывать их, аккуратно вытягивать одну за одной – удовольствие для увлеченного менталиста. А когда видишь настолько запутанное сознание… Он никогда не сталкивался с подобным и сейчас чувствовал себя, как кот, перед которым поставили тарелку бутербродов с красной икрой.
Климбат тем временем – вот так неожиданность – принялся читать стихи. Норвед даже заслушался, благо что тот декламировал с чувством и от души. Очень интересно… Значит, мы образованы и любим поэзию. Что ж, это было еще одним пунктом в характеристику Инфирмукса. По конец Астеллар выразил свое одобрение легким и неспешным похлопыванием ладони об ладонь, привычно усмехаясь.
- Красивое стихотворение… Но очень грустное, - Норвед слегка сощурился. – Я не совсем понимаю, каково это, ведь я даже близко не испытывал подобного. Однако могу в некоторой мере представить, насколько это болезненно. Я даже подумать не мог, что климбаты так страдают…
Вдохнув полной грудью свежий вечерний воздух, маг неторопливо уселся под деревом и прислонился спиной к стволу. Эмоциональное напряжение истощало не хуже физического, и сейчас Астеллар был совсем не против немного отдохнуть. К тому же… Подростки не любят, когда на них смотрят сверху вниз. А таким образом Норвед оказался не выше Инфирмукса и мог смотреть на него примерно на одном уровне.
Но что это, неужели климбат интересуется его прошлым?.. Пожалуй, действительно стоило говорить правду, без привычной лжи и недоговорок, посредством которых Норвед всегда уходил от темы, когда его спрашивали о детстве. Откровенность за откровенность, снова тот же подход – в этой ситуации иначе никак.
- Это было врожденное, - Норвед с усмешкой поправил очки. – Есть на Дизариасе небольшая деревушка в горах, Покровсия зовется. Сейчас там категорически запрещается находиться женщинам, вынашивающим ребенка, но во времена моего детства все было по-другому, - маг поднял на климбата сверкающие глаза. – Знаешь, зимой там иногда рождались проклятые дети. Только там и только зимой. Эти дети были слепы с рождения, слабы и уязвимы буквально ко всему – и, следовательно, обречены на смерть… Я тоже должен был умереть еще в детстве, но судьба распорядилась иначе, - Норвед пожал плечами. – Мое исцеление было экспериментом… чьим-то экспериментом, я до сих пор не знаю ни лица, ни имени этого человека. Он просто был случайным гостем, применившим на мне какое-то странное заклинание, если верить рассказам родителей. Я сам смутно помню… Видимо, заклинание сработало не слишком полноценно, но все же лучше, чем ничего.
Норвед ненадолго умолк, приложил пальцы ко лбу, стремясь собрать воедино некоторую рассеянность мыслей, вызванную воспоминаниями. И тут же рефлекторно отдернул руку, заметив, что перчатки были по-прежнему покрыты чужой кровью. Уж чего-чего, а грязи и антисанитарии Норвед не любил. С некоторой досадой Астеллар задействовал бытовую магию, и тут же окровавленные перчатки сменились белоснежными, благо что запас перчаток на подобный случай у него имелся. Маг пошевелил пальцами, пробуя, как перчатки легли на руку, и снова заговорил, отвечая на вопрос климбата.
- Я изучаю религии, это мое хобби. В этом поселении жили носители вероисповедания, которое я хотел исследовать… но не судьба, - Норвед хмыкнул. – Хотя я не считаю, что много потерял. Вместо этого я нашел кое-что куда более интересное, - подняв руку, Астеллар с улыбкой указал на Инфирмукса. – Тебя. По своей специализации я психомаг и крайне любопытен к феноменам из области сознания.
Пока они беседовали, звезда над Сиверикой уже почти закатилась, постепенно сгущались сумерки. Легкий ветер шелестел листвой тополя над головой, воздух ощущался не слишком холодным, несмотря на осенний вечер – вероятно, потому что день сегодня выдался теплым. Хотя Норвед не слишком хорошо различал понятия между холодом и теплом – для него даже жаркий день воспринимался как довольно прохладный. Астеллар взглянул на мальчика, лицо мага под беретом и в обрамлении черных волос было словно скрыто в тени, лишь стекла очков посверкивали в сумеречном полумраке.
- Давай продолжим наш разговор, если ты не против. Меня интересует еще кое-что. Твое болезненное состояние… Ты ощутил его сразу, как стал климбатом? Или оно приходило к тебе постепенно, по нарастающей? И еще, эти проблески спокойствия… они случаются внезапно или к ним ведут какие-то определенные обстоятельства?

+2

10

На самом деле, Норвед был в эту секунду одновременно прав и не прав в своих умозаключениях; я хотел бы на минуточку отвлечься от самого Инфирмукса, точнее «его личности персонажа» и поговорить, как игрок, такое иногда полезно, особенно, если требуется включить критическое мышление. Астеллар действительно хороший психолог, умеет анализировать личность, с которой ведет разговор, рационально и быстро делает верные выводы, поэтому, мысли, идеи и концепции, выдвинутые им о внутреннем мире мальчика, оказались правдивы. Климбат действительно не был социопатом, точнее был, конечно, но вынуждено. Вот таковой казус и его нельзя отрицать, будто фундаментальную аксиому. А сея перманентность, лабильность и вытекающее психическое расстройство — все это, несомненно, имело место быть, как и еще кое-что... если бы саэтэрус спроецировал на Инфирмуксе какую-либо медицинскую аналитическую пентаграмму, то несомненно получил обескураживающий результат: органическое поражение головного мозга, произошедшее по причине не совсем правильного прорастания скорбилуса, как раз из-за этого Инфира мучили истеричные припадки, часто лишенные смысла и слишком сильная эмоциональная нестабильность, но пока это неизвестно, хотя Норвед, с высоты своего научного опыта, вполне мог бы такое заподозрить.
Внезапно, когда, невинная с виду фраза «климбаты так страдают...» была обронена им - Инфирмукс резко отшатнулся, смотря на собеседника расширившимися от ярости глазами, казалось, в зрачках танцевали ярчайшие искры кровавого пламени; казалось, еще секунда и мальчишка сорвется с места и раскроит брюшину бедняги архомэйру за считанные мгновение, настолько нелеп был в своей животной ярости этот взгляд. Но ничего не произошло, мальчик зажмурился, выдохнув... глубоко, буквально надрывно выталкивая раскаленный воздух из заледеневших чугунных легких, усмехаясь. Сейчас  хорошее время рассуждать здраво, если бы его помутнение не закончилось несколько минут назад, я готов поспорить, что от ученого не осталось и пела, и жалкого воспоминания, настолько оказался мальчик нестабильным... - А разве я сказал, что все климбаты так страдают? – «все» было подчеркнуто особенно животрепещуще -  Может, страдаю лишь я? Чтобы это узнать, котеночек, тебе пришлось бы опрашивать каждого климбата и поверь... они не похожи на обиженных жизнью!
В звонком детском капризном голосе звучали не только эгоистичные нотки, но и подакценты внутренней обиды, теперь, кажется, Норвед должен всецело осознать, что имел ввиду Инфирмукс, говоря: «одно неосторожное слово, действие или взгляд, превращают внутреннюю рану в опасное кровотечение...»; кровотечение, явно ожидающее неосторожно обронившего, благо сейчас, все раны Инфирмукса покрылись грануляциями и пока не кровоточили, именно поэтому он быстро совладал со своим шизофреническим помутнением, даже подумав, - «А может все потому, что они умело скрывают? Вдруг я самый слабый из них? Может каждый живет с этим непомерным грузом..? Нет. Бред... Это бред!» - Инфирмукс попросту не хотел признавать нечто подобное, не хотел быть «одним из…», как и каждый подросток, что считает себя центром вселенной, он выделял свою личность из всех прочих и ставил ее эгоистичное эго поверх. Это ведь нормально не только для такого мальчишки, как Темный эфир, верно?
Секундное помутнение и приступ ярости сменился на звонкий смех, уже более беззаботный, но не громкий и отнюдь не продолжительный, - вот видишь! Меня косит часто по полной! Возможно, что я просто чокнутый пиздастрадалец! - иногда у Инфира получалось взглянуть на себя со стороны и ужаснутся этому зрелищу, а после даже отнестись к себе критически и с долей иронии. Очень «иногда».
А далее... далее становилось интересно, если честно... он бы с радостью потерял нить своего разговора и слушал бы убаюкивающий голос Норведа, как оказалось, рассказывать о своих чувствах не так приятно, как думалось вначале. Хотя и помнил об обещании данном себе лично: диалог и финальное убийство. Однако, черт подери, его история была хороша! Инфирмукс даже волей неволей стал перебирать известные ему болезни... а за три тысячи лет знал он многое...
«Хм... анамнез похож на опасную зловредную мутацию - очень может быть, но мутацию чего? Похоже мутировал не один ген, а сразу несколько десятков или даже тысяч. На Кластар же точно не походит, тогда было бы не так, с точки зрения распространения и приобретения заболевания...»
- Я все больше и больше удостоверяюсь в твоей исключительной везучести, просто любимец Ниратас! Жизнь один какой-то эксперимент... это из-за болезни сейчас ты мерзнешь? - усмехнулся... если Норвед думал, что Инфирмукс не заметит его проблем с холодом, то очень сильно ошибался, такие вещи очень хорошо ощущались мальчиком, может, конечно, кожа саэтэруса не покрылась пупырышками холода, но он явно имел определенные проблемы с обменом веществ, а значит терморегуляцией, - «кто же ты такой... Норвед Астеллар..? И что можешь еще рассказать…» - И да, я конечно куда интереснее кучки умалишенных в храме... ахахаха...
Вокруг этой парочки вдруг образовался купол, сотканный энергией климбата, знаете, такой прозрачный, неощутимый, но температура в нем сразу поднялась на несколько градусов, стало значительно теплее! Похоже, ребенок решил проявить толику заботы, - «а убить всегда успею, за мной не станется!».
Пришла пора вновь отвечать на вопросы, хотя Инфирмуксу не терпелось задать свои, настолько заворожил его собеседник своим рассказом, первые несколько мгновений климбат все думал и думал, что за история такая. Жестокий экспериментатор был точно осведомлен, по мнению мальчика, о том, что делает… точнее сказать, он знал, что и, главное, как лечить. Получается…. будь он сильнее или окажись больше времени, он смог бы полностью исцелить беднягу, а возможно ли, что этот неизвестный объект являлся  причиной болезни или одной из ее составляющих, почему так происходило? Образ морозного поселения отдавал чем-то странным, а родители? Как получилось, что теплолюбивый архонт выбрал своим домом место, где есть снег? Но Инфир лишь на секунду стал мыслить шаблонами, вспоминая, сколько всего может быть в жизни…
- Затрудняюсь сказать, - задумчиво молвил, облокотившись на ствол дерева, - сейчас мне кажется, чем больше силы я получал, тем в более нестабильного монстра превращался. В начале своего пути не припомню за собой подобных вещей. Слышал же о лягушке в кипятке? Сейчас мне кажется, я и есть та лягушка и остались считанные годы, до моей окончательной гибели. – усмехнулся, сжив кулак и стукнув себя по правому рогу, - Начинал я буйно, это завораживало, заставляло идти к цели, становиться сильнее, но сейчас… цель я утратил, и недавно осознал, что уже не желаю того, чего желал ранее. Я про Климбах. Возможно, подсознательно я бы хотел собственного свержения … но с другой стороны, мне некуда идти. Это замкнутый круг, чувствую себя долбанным пленником, а обретать еще большую силу… нет смысла.
Внезапно наступило странное облегчение, он сказал то, что боялся сказать даже самому себе, но от этого полного исцеления, конечно, не произошло.
- Моя очередь. Скажи, неужели не хочешь излечить себя, свою болезнь? Тебе нравится быть таким? Ты находишь в этом упоение? Есть семья? Дети? Родители живы? Сколько тебе лет, почему ты, имея такие возможности социальные и медицину известнейших центров, не меняешь свою жизнь… это… это меня бесит!!! – выкрикнул в конце климбат, резко подавшись вперед и прижав за шиворот Норведа к стволу дерева, но быстро опомнившись, отпустил… похлопав по груди, - расслабься…

+2

11

Общение с климбатом напоминало прогулку по минному полю. Не туда ступил – и все, суши весла. Похоже, Инфирмукс и впрямь был сплошной уязвимостью. Норвед сделал себе мысленную заметку насчет этого. Даже самый талантливый и профессиональный психолог не определит за пару часов все травмирующие факторы собеседника, не говоря уже о том, что это не просто собеседник, а климбат, о заскоках которого Норвед не знал почти ничего. На первоначальном этапе можно лишь выявлять закономерности и делать предположения. Возможно, понадобится более… тщательное обследование.
«Прекрасная идея, док, а теперь скажи об этом климбату, - издевательски захохотал внутренний голос. - Попроси древнее могучее существо пройти пару тестов и нарисовать домик, постучи ему молоточком по коленке… и будь осторожен, чтоб тебе не скормили этот молоточек без соли!»
Норвед лишь отмахнулся от самого себя. Он не был психом с голосами в голове, но если его внутренний яд долго не находил выхода, то обращался на него самого – и это проявлялось в мысленных насмешках и подковырках. Так или иначе ему нужно было сдерживаться, в общении с Инфирмуксом явно следовало подбирать слова. И без того можно было заметить, что у климбата очень легкоранимое эго. Но с другой стороны также было видно, что он при определенных обстоятельствах способен хоть как-то контролировать себя. То есть, шанс не нулевой… Пожалуй, действительно стоило задуматься об обследовании. Но как бы ему это предложить… И как бы это провернуть. Эта задачка настойчиво требовала разрешения.
Климбат уже не в первый раз окрестил его везучим, что заставило мага усмехнуться. Возможно, ему действительно везло – в конце концов те, кто не рассчитывают на удачу, редко пускаются в авантюры, а Норвед грешил этим даже чаще, чем следовало бы. И тот факт, что он до сих пор был цел и невредим, возможно, действительно говорил о милости покровительницы приключенцев.
«Мерзну?..»
В первый миг Норвед даже взглянул на Инфирмукса с легким недоумением. Он редко проявлял словами или жестами свою перманентную зябкость, хотя по его теплой в любую погоду одежде можно было сделать подобный вывод. Однако то, что климбат это заметил… было любопытным нюансом. А еще более любопытным был созданный Инфирмуксом купол из энергии, в котором Норвед почувствовал себя хоть немного, но теплее. Невероятно… Значит, он способен думать о других, пусть и импульсивными порывами. Что ни говори, а этот ребенок был отнюдь не безнадежен.
- Спасибо, - кивнул Норвед с благодарной улыбкой. – Так действительно гораздо лучше…
Опустив руку на согнутую в колене ногу, маг слегка склонил голову набок, покосившись на Инфирмукса. Лягушка в кипятке… любопытное сравнение. Говорить что-то климбату насчет этого, переубеждать его и внушать положительные мысли в данный момент выглядело бы настолько лицемерием, что даже для Норведа это было слишком. Поэтому он молчал, просто внимательно слушал, параллельно с этим размышляя. Пытаться корректировать мировоззрение, пожалуй, поздновато. У большинства субъектов привычки, сформировавшиеся за несколько десятков лет, уже с трудом поддавались искоренению, а что же тогда говорить о привычках давностью в три тысячи лет? И в каком смысле он жаждет свержения? Значит ли это, что на Климбахе он обладает властью? Хотя с его могуществом это было бы немудрено. С большой силой приходит большая ответственность, но последнего Инфирмукс явно не ощущал – и таким образом вседозволенность разбаловала его, лишив последних тормозов. И не было ничего удивительного в том, что мальчик чувствовал себя выгоревшим – хотелось бы знать, сколько внутренних резервов он растратил попусту в своих эмоциональных вспышках.
Инфирмукс тем временем распалялся в своих вопросах, все больше выходил из себя. Норвед изумленно хлопнул глазами, оказавшись прижатым за ворот к дереву. Но все же это было больше удивление, чем тревога, хотя и последняя в некоторой мере присутствовала – сложно было оставаться умиротворенным рядом с непредсказуемым климбатом. Впрочем, что-то подсказывало, что серьезной опасности нет – возможно, интуиция, в свое время не раз спасавшая Норведа. Голос Астеллара остался спокойным, едва заметно переходя в мягкую и успокаивающую тональность.
- Та болезнь считалась неизлечимой. Ее последствия и сейчас не поддаются лечению. То есть, я, конечно, мог бы отдаться на потеху моим ученым коллегам, чтоб они попробовали меня вылечить… но с меня уже хватило экспериментов, не находишь? К тому же я живу с этим уже почти 160 лет и успел привыкнуть к холоду в моих венах. Это может прозвучать странно, но я думаю, что именно так все и должно быть, - Норвед хмыкнул. – Семья, говоришь… Мой отец уже умер, но мать все еще жива. Как-никак, архонты живут дольше дриммэйров. А жена и дети… Как-то не довелось. Женат на науке, скажем так.
На самом деле Норвед просто был классическим эгоистом в этом плане. Социабельный и вместе с тем неуловимо отстраненный, словно отделенный от окружающих тончайшим прохладным барьером, он жил только для себя и не находил в своей жизни места для постоянной возлюбленной, несмотря на то, что женщины у него сменялись, как перчатки. Его вполне устраивало такое шалопайское бытие и он не испытывал желания остепениться, несмотря на то, что возраст уже располагал.
По сути отчаяние в вопросах Инфирмукса было понятно Норведу. Климбаты не имеют социальных возможностей, они гонимы, они изгои. Единственное, на что они могут рассчитывать – поддержка таких же климбатов. Не испытывая внимания извне, не ощущая себя востребованной и защищенной, личность не может адекватно воспринимать окружающую действительность. Насколько же этот ребенок одинок? Не может же быть так, что у него совершенно никого нет? Любое разумное существо чувствует подсознательную потребность в социализации, даже если отрицает это всеми способами.
- Я так понимаю, на Климбахе ты далеко не последняя персона, - заметил Норвед. – Какое место ты там занимаешь? Какой у вас там вообще социальный строй? И еще расскажи мне, пожалуйста, у тебя есть там кто-то близкий, к кому ты привязан, кто о тебе заботится? Друг, фамильяр, питомец… Хоть кто-нибудь.

+1

12

- Я не признаю существование неизлечимых болезней, если поражение плоти невозможно исцелить с помощью новых технологий или мощной магии, это значит только одно — оно... у тебя в «сердце», организм сам должен побороть. - Прозвучало несколько тихо, даже непривычно сдержано, словно этим своим высказыванием убеждал самого себя. В миг климбата одолело некое подобие фрустрации, но лишь на время...
«Привыкнуть к холоду в себе самом? Тот, кто становится холоден и душой и телом, перестает вовсе ощупать даже самый лютый мороз, он похож на меня?» - ничто иное, как очередная бурная психосоматическая реакция на собеседника, события уже не раз развивались подобным образом: Инфирмукс видел существо, иногда оно начинало искренне его интересовать; появлялась реакция и «смещение» сознания, мальчишка буквально переходил в первую стадию попыток установить прочную социальную связь хоть какого-нибудь рода: дружескую, родственную, закрыв обрежь внутри. Однако далее развитие событий всегда шло идентично: так и не перейдя в следующую «стадию», случалось нечто, вызывающее огромный прилив кортизола, полное истощение нервного состояния, опустошение, гнев, буйную реакцию, граничащую с приступом «душевной эпилепсии» и внешней предельной поведенческой жестокости. Итогом сих процессов являлась кровь — как правило, кровь того несчастного, как сумел запустить реакцию в Инфирмуксе. Если убить по какой-то причине не удавалось — ведь бывает всякое, мальчишка, сам того не ведая, запускал в своем сознании механизм отторжения, чуть ли не забывая все то, что связывало его с потенциальным объектом дальнейших социальных взаимодействий. Полностью отгораживаясь, уходя в себя и в конце - концов он стирал это из своей памяти, словно являясь жертвой какого-то ужасного травмирующего события. Норвед запустил этот механизм, сравнимый с хождением по минному полю, и, в любом случае, было бы неплохо иметь с собой миноискатель и быстро бегать... так, на всякий случай, а может просто забудется? В любом случае, самый положительный вариант, как раз, обычное забывание сего разговора и предание ему оттенка незначительности, надеюсь, произойдет именно такой расклад и никто не найдет труп ученого под раскидистым деревом.
«Сто шестьдесят лет, это, конечно, не много для архонта... если он перенял их ген жизненного цикла, но, в любом случае, за столько времени и с его возможностями... выходит… просто нравится, он получает от этого какое-то удовольствие? Завидую ли я ему? Странно... нет. Уверен, таким существам как он, легко заводить любые социальные связи, труда обзавестись семьей, любовницей, друзьями не составит. Кажется, этот тип похож на фанатика, ведь только фанатики берут свою жизнь и делаю с ней то, что сделал он... тогда, я тоже фанатик?»
Инфирмукс этого не понимал, но ведь если говорить откровенно, Норвед выбрал далеко не самый негативный вариант своей жизни, она кипела, бурлила, она приносила если не удовлетворение, то, по крайней мере, не вызывала желания окончить. Некоторые, между прочим, были бы не против покинуть свои семьи, отдаться всецело любимой работе и объятиям сладострастных женщин, вкусной еде, выпивке — это полное погружение в свою греховность, у всех свои грехи. Инфирмукс не знал эту часть жизни и вряд ли когда-либо узнает. Здоровый ли это эгоизм со стороны Норведа? Хм... ответить на данный вопрос практически невозможно, так как по мнению Инфирмукса, эгоизм всегда является здоровым. Даже если бы профессор Астеллар, после своей работы в университете, приходил домой, снимал одежду, облачался в костюм Фредди Крюгера и отправлялся на улицы гетто, где предавался вначале половому насилию над женщинами, а после их убийствам — это тоже здоровый эгоизм? Нет, мы прекрасно понимаем - нездоровое психическое поведение, однако для Инфирмукса уже давно были стерты границы морали.
Мальчик молчал несколько секунд, не отвечая на вопрос саэтэруса, он будто утратил нить мысли, растерянным взглядом взирая куда-то перед собой, но все же смог вернуться, поднявшись на ноги, активно жестикулируя, - О! Так тебе интересует экскурс в устройство Климбаха, я в этом хорош! Сейчас все будет, котеночек, даже с картинками! - перед климбатом вспыхнула голограмма «мертвой планеты», примерно в метр диаметром: объемная и яркая!
- Это Климбах - шестая от Эридия планета. Вы выделяете на нем четыре материка, но лично я выделяю пять. - голограмма круглой планеты исчезла, вместо нее появилась симпатичная объемная карта Климбаха. Даже со спецэффектами: всплывали надписи, буквы, цифры, температура и указания радиоактивных кристаллов — это тайной не было, по факту подобная информация доступна во всемирной паутине.
- Климбах сейчас поделен на десять зон, каждую из которых возглавляет могущественный представитель климбатской братии. - Циферки и границы зон появились на карте мгновенно - Допустим девятую зону — зона засияла ярче других - возглавляет некая Айне, также известна под именем «Демон-Который-Приходит-Когда-Называют-Его-Имя», забавненько, правда? Власть правителя держится лишь на честном слове, как бы выразиться... любой климбат может бросить правителю зоны вызов и, если победит, займет его место. Я плохо знаком с правителями зон... почти никого не знаю. Я — Инфирмукс, правитель десятой зоны Климбаха. - теперь его зона засияла ярче остальных.
Краткий экскурс закончился быстро, Инфирмукс уселся назад, обхватив коленки, и уткнувшись в них лицом... раздался его нервный смех...
- Не издевайся, у меня никого нет... почти. Фтэльмена... я знаю ее очень и очень давно, можно сказать, она заменила мне мать. Однако... тут есть сложность, если раньше я мог позволить себе общаться с ней, то теперь... - встрепенулся, сел прямо и посмотрел немного опьяненным взором на Норведа, - я сильнее в сотни тысяч раз, ей опасно быть рядом... представь насколько мне легко снести ей голову... - почти прошептал последние слова, но тут же улыбнулся, - мне никто не нужен. - отвел взгляд, еще не находя в себе силы признаться...
Главная проблема... Инфирмукс очень ревнивая личность, действует абсолютными шаблонами «если ты со мной, то больше ни с кем» и «если ты с другими, то точно не со мной», проще говоря, если он вдруг выберет себе друга, то этот друг должен будет сделать тоже самое, притом мгновенно начать видеть во всех других врагов и отдаваться всецело Инфирмуксу — только это он приемлет, а, как вы сами видите, такое невозможно в мире, где живут существа рассудка не лишенные!
Выдох... долгий и быстрый вдох...
- Скажи, ты ведь, похоже, ученый... и сам занимаешь особую нишу интеллигенции в обществе? Где сейчас работаешь? Я верно понял, что в каком-то научном институте или преподаешь? У тебя есть ответ... почему климбатов считают монстрами? - внезапно засмеялся, хаотично и надрывно, - тупой вопрос! Я знаю! Я положил целое поселение и еще спрашиваю, почему нас считают монстрами! Но все же... ты считаешь меня монстром с высоты своего мировоззрения, опыта и профессии?

Отредактировано Инфирмукс (01.03.17 16:24:48)

+2

13

- Ты так считаешь? – маг усмехнулся. – Что ж, тогда я могу допустить, что мое сердце всем довольно. Я уже и не могу представить себя другим.
Он действительно уже не мог. Но так или иначе больших проблем это не доставляло и Норведа все устраивало. Это был тот самый случай, когда физическое состояние соответствовало душевному. Внутренняя суть Астеллара была не куском льда, но волной прохладного воздуха – наверно, именно поэтому при всей своей холодности он совершенно не тянул на непробиваемого отморозка.
Однако подобное мнение звучало довольно интересно от Инфирмукса. Выходит, он был из тех, кто считал, что все проблемы исходят от внутреннего самоощущения. Эта точка зрения могла быть как оптимистичной, так и донельзя пессимистичной, однако с колокольни климбата на все это, конечно, было проще глядеть. На самом же деле существовала масса нюансов, касаемых этого, и некоторые болезни не излечивались даже при всем желании, возможностях и моральной силе пациента.
Рассказ Инфирмукса о Климбахе Норвед слушал с интересом – похоже, климбат сам увлекся объяснением, даже предоставив красочные иллюстрации. Но постойте, «Демон-Который-Приходит-Когда-Называют-Его-Имя»? Длинно! И кстати, Инфирмукс же только что назвал ее имя… Норвед даже украдкой оглянулся от греха подальше, но, по всей видимости, демон своего имени не услышал и не пришел. И то хорошо.
Интересно, все климбаты зовут себя так странно? Хотя Инфирмукс, вроде, не имел подобного титула, иначе объявил бы его сразу. Все же подростки любят навешивать на себя пафосные прозвища и обычно хвастают ими при любом удобном случае... Видимо, юношеский максимализм был в какой-то мере присущ всем климбатам – и это не было удивительным. Социальный строй Климбаха в теории был понятен Норведу, но на самом деле с трудом укладывался в голове. Захват власти силой – это еще ладно, но тот факт, что правители зон могли быть даже незнакомыми друг с другом... Будучи обычным жителем цивилизованной планеты, Астеллар привык к тому, что политические лидеры должны поддерживать между собой хоть какие-никакие деловые отношения и следить за действиями потенциальных оппонентов. Хотя боже мой, какая политика может быть на планете, населенной подростками?
Но так или иначе было понятно одно. Инфирмукс – один из десятки сильнейших климбатов. И при этом морально неуравновешенный. И в опасной близости. Повезло?..
«Эй, уже так поздно, не пора ли попрощаться и пойти домой? Кажется, Шанти уже волнуется, – нервно хихикнул внутренний голос. – Подумай, Норвед, завтра на работу, разве тебе не хочется прийти на лекцию живым и здоровым, а не по частям из-за неосторожно оброненного слова?»
Возможно, это было бы верным вариантом, но маг уже заинтересовался – и это было фатально. Как говорится, любопытство сгубило кошку, и, возможно, когда-нибудь это же любопытство сгубит Норведа. Но с другой стороны – разве не скучно жить без интереса к окружающему миру? Астеллар не был потенциальным самоубийцей, но также он был далеко не из тех, кто хранит свою драгоценную шкуру в бронированном сейфе.
Вздохнув, Норвед покосился на мальчика. Подумать только, и впрямь почти никого нет… Причина или следствие? Скорей всего, второе. Но кто такая Фтэльмена, тоже климбат? Хотя то, как Инфирмукс говорил о ней, вызывало у Норведа сомнения в ее принадлежности к данной разновидности сущностей. Вряд ли представительница климбатов удостоилась бы выражения «заменила мать», в таком случае она, скорее, могла бы выступать максимум как старшая сестра… Очень интересно. Вероятно, она бы тоже могла рассказать много чего любопытного.
Инфирмукс противоречил сам себе, говоря, что ему никто не нужен, и в то же время спрашивая мнения о себе. Те, кто ни в ком не нуждается, обычно и в чужой оценке не испытывают ни малейшей потребности – они просто идут своей дорогой, ни на кого не оглядываясь. А климбата явно беспокоила тема собственной монструозности, в положительном или отрицательном смысле.
- Верно. Я преподаю в университете, это моя работа, - Норвед кивнул и сощурил глаза. – Честно? Я не могу одобрить массовые убийства, но при этом я бы не назвал тебя монстром - именно потому что смотрю с высоты своего опыта и специализации. Ты потерялся, Инфирмукс. Бродишь во тьме, не видя даже малейшего проблеска, который мог бы вывести тебя к свету…
На некоторое время Норвед умолк, склонил голову в задумчивости, потирая подбородок. Вот и подвернулся прекрасный момент, почему бы его не использовать? Сейчас или никогда – так рассудил маг.
- Но твое состояние не безнадежно, я полагаю. Скажи, хотел бы ты облегчить его? Не спеши с ответом. Подумай хорошо, прислушайся к себе, представь, как это должно быть в будущем. Я мог бы попробовать тебе помочь… Но, не стану лгать, это будет непросто. Один я не справлюсь – мне необходимо твое содействие.
Норвед поднялся на ноги и протянул климбату ладонь для рукопожатия – по сути это был жест, выражающий расценивание подростка как потенциального партнера, способного к сотрудничеству. Астеллар рисковал, отчаянно рисковал, но сейчас магом больше управлял азарт исследователя, чем холодный рассудок. Он не мог просто так взять и оставить существо с такими колоссальными перспективами – в конце концов мало кому выдается шанс изучить столь древнего климбата. Проще всего Инфирмуксу сейчас было убить его и уйти, однако Норвед уповал на некий проблеск любопытства, тот самый, который заставил его самого переменить свое изначальное стремление сбежать от климбата на желание исследовать его поподробней. И кто знает, возможно, Инфирмукс тоже мог чем-то заинтересоваться в процессе разговора…

+1

14

Сотканность из противоречий не всегда является негативной чертой, хотя, кого мы обманываем, это мешает нормально смотреть на мир, облекая его в смазанные импрессионизские краски. Нередко подобными мазками расчерчивали белые холсты настоящие гении, а бывало и умалишенные убийцы, кем же тогда в суетне сумбура являлись Норвед и Инфирмукс?
Нет, последние выводы, и предложения не поставили мальчика в тупик, отнюдь, он удивленно и с озорным весельем взглянул на собеседника в первый миг, сам чуть сощурившись и как-то не подобному усмехнувшись.
Похоже, Норвед и правда оказался фанатиком, в хорошем смысле слова, пусть и опасном; если честно, он вызывал в климбате какое-то чувство неправильности происходящего, усыплял своими противоречивыми действиями его внутреннего монстра на какое-то время, и кто-то еще обвиняет Инфирмукса в противоречии? Да сам господин Астеллар был спаян из них, из разношерстных частиц! Это не укладывалось в голове климбата. Сам по себе Правитель Десятой зоны не был склонен к рефлексии, поэтому мог задать вопрос в стиле «что ты обо мне думаешь?», ведь мысли о себе самом вызывали странное чувство обескураженности, злобы и впоследствии очередного помутнения.
Норвед выглядел спокойным, воодушевленным, немного опьяненным собственными порывами узнать большее, сейчас в голове мальчика возник один единственный вопрос – «как архомэйр вообще выжил!?» - эта дьявольская смесь фанатичного подчинения идеи вопреки здравому инстинкту самосохранения. Инфирмукс понимал, Норвед, похоже, любит играть со гнем, иначе, он бы сейчас не смотрел на мальчишку с таким животрепещущим интересом. Он предлагает ему что-то? Это дико! Неестественно! Все внутри сжалось в один неодушевленный ком нервов, изрешеченных ломкими прутьями гротескной безысходности.
На миг, мальчишка даже опешил, не представляя, как такие существа с сим уровнем магии, неспособные защитить себя в случае реальной угрозы, могут вот так вскочить на ноги перед монстром и предложить ему сотрудничество или… или… помощь? Этот невменяемый ученый предлагает ему помощь!? Климбата разобрал смех! Со стороны все выглядело следующим образом: первые несколько мгновений ребенок сидел, не шевелясь, не дыша, устремив взгляд, налившихся алыми отблесками глаз, на Норведа.  А после засмеялся.... и уже не так как раньше, его смех был напитан чем-то дьявольским, шизофреничным и неестественным, это не мог быть смех ребенка! Это не мог быть смех кого-то живого!
Монстр поднялся на ноги, выпрямившись и смотря на протянутую ему руку, - «Я понял, кто ты такой Норвед… ты больной ублюдок… и отнюдь не мертвый холод в венах и артериях главная проблема. Фанатизм… одержимость собственным Эго, и ты утверждаешь что это я хожу во тьме?» - климбат посмотрел насмешливо, но было в этом взгляде кое-что еще, этого ученый пока не понимал, но… такого взгляда еще пока не посылали никому за три тысячи лет, - «Ты готов сам окунуться в любую тьму и пойти за самым жестоким монстром, чтобы удовлетворить собственного демона внутри. Азарт… Исследование… ты истинный ребенок своих родителей – от матери фанатичная разрушающая любовь к познанию, от отца внутренняя сила, делающая тебя глупо-бесстрашным… такие как ты, Норвед… долго не живут… горят ярко, и сгорают быстро…» - в слух мысли произнесены не были, может потому, что еще рано. Но действительно, сейчас Инфирмукс видел перед собой пораженного нездоровым авантюризмом ученого, готового разрушить даже существующее мироздание, лишь бы добраться до интересующей его сути. Или… он попросту бредит?
Детская ладошка стальной хваткой взялась за кисть руки мужчины, даже немного грубо. Рукопожатие свершилось!
Опять есть дрянное «но», в один миг, лезвие косы, все это время перекинутое через плечо, было развернуто порывисто вперед и острие рукоятки  болезненно ткнулась в кадык архомэйру, не раня, а просто прижимаясь в смертельно опасной близости. Казалось, еще мгновение и климбат попросту проткнет бедолаге шею, закончив все это… И ведь не отступить! Исследователь сам протянул руку и за эту руку мальчишка схватился…
- Ты неестественный… предлагаешь мне помощь, зная, что я могу убить тебя в любую секунду? – «а ведь я хотел это закончить быстро… становится слишком интересно, может действительно посмотреть, что будет дальше… куда заведут его собственные демоны» - своим предложением ты объявил террор здравому смыслу и всему обществу, знаешь ведь, что климбаты вне закона… и неужели полагаешь, что я буду думать!? Мне думать противопоказано, а вот тебе…
На этом закончено не было, он будто не договорил то, что передать словами нельзя… секунда, взмах мощных непропорционально-больших крыльев и ребенок с нечеловеческой силой бьют мужчину под дых... сильно, вышибая дух, но… как оказалось через секунду, совершенно безопасно – не задевая никакие важные органы и оставляя лишь легенький синяк… а дальше… земля ушла из под ног! Климбат, не церемонясь, схватил собеседника и взмыл высоко вверх, оставляя после себя в земле воронку от гравитационного толчка…
- На полном серьезе предлагаешь мне такое!? Перед лицом Демиурга и здравого смысла!? – воздух буквально впечатывался в тело, а Инфирмуккс взмывал все выше и выше, освободиться от его хватки было нереально, слишком ощутимая разница, - посмотри вниз! Посмотри, что там происходит! – а ведь было что посмотреть, герои убрались от туда как раз вовремя! На запах трупов сбегались волки, шакалы, монстры, они уже подошли к храму и принялись растаскивать тела -  начинался пир, сегодня детеныши будут сыты.
Климбат яростно бил крыльями по воздуху набирая гигантскую скорость и соревнуясь с планетарным ветром в могуществе, дышать становилось практически невозможно, гул сердца оглушал перепонки, лучи заходящего солнца искрили… Норвед мог ощутить себя еще более беспомощным чем минуту назад, словно вся природа, воздух… молекулы и атомы ударились в него скопом! И… земля! Инфирмукс приземлился вдали от деревни на каменную возвышенность близ водопада, позволяя жертве осесть на землю и перевести дух от стремительного полета…
- Я согласен попробовать, но… давай сыграем в игру… что ты выберешь, Норвед… вариант первый: я отпускаю тебя и ты уходишь, живым, невредимым. Больше я не тревожу твой покой и жизнь. Второй вариант – я соглашаюсь на твою сделку, но… тем самым, ты подписываешь себе смертный приговор... проще говоря, если вдруг я решу тебя убить в процессе – ты сдохнешь! – глаза мальчишки засверкали азартом, дьявольским желанием… он давно не чувствовал такого, хотя… бред, лишь очередное помутнение, опьяняющее и заставляющее желать продолжения… и ответа, лишь, чтобы узнать, что победит в сердце этого саэтэруса.

Отредактировано Инфирмукс (02.03.17 21:02:07)

+1

15

Норвед терпеливо ждал, пока Инфирмукс отхохочется, хотя от его смеха невольно пробирал холодок по спине. То, что климбат не прикончил Астеллара сразу же после его слов, в некоторой мере обнадеживало. Однако маг и сам немного удивился, когда в итоге пальцы климбата жестко сжались на его ладони. Демиург и все его деосы, неужели Инфирмукс правда согласен? Вот это поворот!
А в следующий момент…
Астеллар вздрогнул и замер, ощутив, как в его шею ткнулось острие рукояти косы. Рано радовался, рано… Сбежать он теперь при всем желании не мог. От последующего за словами климбата удара в диафрагму Норвед с судорожным резким выдохом согнулся пополам от боли. На несколько мгновений он потерял связь с реальностью, просто хватал ртом воздух, будучи не в состоянии даже вдохнуть и только глядя вперед себя широко распахнутыми глазами. Его тело не обладало свойственной отпрыскам архонтов прочностью и подобные удары всегда чувствовались более чем отчетливо. На первых порах он даже не смог отреагировать на неожиданный подъем в небеса.
Постепенно способность дышать возвращалась к нему, и Астеллар, сдавленно вдохнув, закашлялся, словно поперхнулся воздухом. Тяжело дыша, он наблюдал сверху, как животные растаскивали трупы – это зрелище не трогало его душевно, но все же было не из приятных. От такой высоты слегка кружилась голова, возникало невольное чувство тревоги – если климбату сейчас придет в голову разжать руки, Норвед ничего не сможет сделать и вряд ли приземлится живым. Хотя если успеть за время полета применить исцеляющую руну…
Однако климбат явно не собирался швырять его сверху, он куда-то несся, словно рассвирепев. Седьмое пекло, неужели это предложение его настолько расшатало морально?.. Маг снова ощущал, что задыхается, теперь уже из-за сопротивления бьющего в лицо воздуха, смазанные картины мелькали перед глазами, он совершенно не мог предположить, что Инфирмукс выкинет в следующий момент, да и предполагать не хотелось – разум, атакованный огромной волной впечатлений и ощущений, отказывался анализировать столь сумбурные данные. И вдруг все прекратилось, климбат, набуянившись, приземлился на землю, к счастью, не слишком резко – Норвед не знал, как бы он перенес жесткую посадку.
Бессильно осев, Астеллар закрыл ладонью лицо, пытаясь окончательно восстановить дыхание. Некоторое время он молчал, пока более или менее не отдышался, после чего искоса взглянул на Инфирмукса сквозь пальцы, медленно отнял руку от лица и дрогнул плечами, не поднимая головы. Тихий гортанный смешок послышался от мага, тонкие губы растянулись в широкой и коварной ухмылке, которая была свойственна ему в повседневной жизни, но климбат вряд ли мог разглядеть ее за растрепавшимися длинными прядями, занавесившими лицо. Кто-то мог бы подумать, что Норвед немного поехал, но в этом не было ни капли безумия – просто Астеллар уже все для себя решил в тот самый момент, когда протянул Инфирмуксу руку, он прекрасно осознавал, на что подписывался, и понимал, что в случае чего климбат не станет сдерживаться. И посмотрите-ка, субъект дал согласие… Мог ли Норвед сейчас отказаться от своей задумки и сбежать? Ни в коем случае. Но со стороны климбата было очень мило предоставить ему выбор.
- Хорошо, - выдохнул маг и поднял голову, азартно сверкнув синевой глаз. – Второе... Я выбираю второй вариант, Инфирмукс. Но в таком случае ты не будешь намеренно усугублять свое состояние и игнорировать мои рекомендации, согласен?..
Норвед испытывал какое-то странное пронзительное ощущение, вибрирующее в каждой клеточке его тела. Что же это за чувство?.. Страшно? Конечно, страшно. Но вместе с тем маг чувствовал редкую заинтересованность климбатом… и, пожалуй, чувство восторга. Тот самый восторг, подвластный далеко не каждому, который нельзя заглушить и утихомирить, который переполняет изнутри и толкает на безумие. Возможно, Астеллар был немного чокнутым – по-своему. Но имело ли это значение, когда огромное поле для исследований находилось прямо под носом, когда оставалось лишь протянуть руку и взять?
Маг поднялся на ноги, которые предательски казались ватными, отряхнул кафтан и поправил чудом не потерявшийся по пути берет, оглянулся вокруг. Куда же Инфирмукс его занес… Тогда у Норведа создавалось впечатление, что полет длился несколько мгновений и одновременно с этим целую вечность. Что ж, по крайней мере сложно не заметить, что неподалеку шумит водопад, гул падающей воды даже в некоторой мере успокаивал. Хотя определение местонахождения сейчас не самое важное… Астеллар снова перевел взгляд на климбата. Он уже понял тактику – пока он интересует Инфирмукса, пока волнует его разум неожиданными поступками, климбат его не убьет. Пожалуй, придется хорошенько постараться, чтоб не наскучить раньше времени…
«А что будет потом? Что будет, когда ты решишь, что исследовал его достаточно? Поблагодарите друг друга за сотрудничество, разойдетесь миром и будете изредка писать друг другу письма? Тебе вообще известно такое слово как «последствия», док?»
Норвед тряхнул головой. Он не мог предугадать даже то, что с ним случится завтра, а загадывать на отдаленное будущее… Не в этот раз – что сделано, то сделано. Как говорится, будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас назревала другая проблема – как бы ему исследовать Инфирмукса поближе и каким образом создать нужные условия для этого. Над этим еще следовало хорошо подумать… Перед Норведом вставали два важных вопроса: как и где?
«Почему бы не в домашних условиях, эй? Отличная, великолепная идея! Позвать климбата в гости, накормить пряниками… Хотя зачем мелочиться, давай сразу тащи его на главную площадь Вистера»
- Если мы договорились, то, пожалуй, нам стоит условиться о следующей встрече, - предложил Норвед, устав от собственных насмешек. – Днем я занят на работе, если ты не против, но по вечерам – в любой день.
Ситуация приобретала оттенок нелепости, Норвед словно договаривался с товарищем о дружеской встрече за кружкой горячительного. По-хорошему маг хотел бы оттянуть следующую встречу, чтоб хорошенько все обдумать, но вряд ли климбат теперь даст ему передышку. Что ж, жаловаться теперь было поздно – Астеллар подписался на это сам, самому ему и требовалось все расхлебывать.

+1

16

В тот самый миг, когда в созвучном эхе шелеста листьев и разбивающихся о пологий камень массивных вод водопада, прозвучало обескураживающее и азартное – «выбираю второй вариант» - магия времени, пока еще девственная и нетронутая грязными руками изменников, унесла все потенциально возможные события, непременно последовавшие, выбери Норвед первый вариант. Мы так и не узнаем, действительно ли Инфирмукс отпустил жертву или, быть может, саэтэрус бы разочаровал его до глубины и души и не оставил выбора, кроме как обезглавить тушку… ответы на все эти вопросы остались за гранью, пожалуй, даже сам Инфирмукс не сможет уже найти на них ответы.
Сейчас образ исследователя был овеян явственным ореолом чего-то самозабвенного и, несомненно, космогонического - грандиозного. Знаете, сие чувство можно сравнить с детской одержимостью новой игрушкой! Лишь одно может насторожить… Инфирмукс, увы, время от времени увлекался подобным образом, его ассоциативные таланты, влекущие за собой потребность в выборе личности, последующего замыкания на ней и дальнейшего разочарования. Разочарование всегда приходило, наступало в тот момент, когда придуманная и отведенная Инфирмуксом роль отыгрывалась плохо или, так сказать, вовсе губила исполнителя. Бывало. Бывало не раз, я могу даже назвать имена тех, с кем Инфирмукс уже успел подобное сотворить, но некоторые оставались живыми, само по себе стремление уничтожить не всегда посещало мальчика. Бывало, после «перегорания роли», он попросту терял к жертве всякий интерес, оставлял ее в покое и забывал, двигаясь дальше. И ведь ответ где-то на поверхности: климбат сочетал в себе идеально абсолютную холодность, ему и не нужно большое количество социальных связей; он, на самом деле, не испытывал тяги к другим климбатам или жителям Энтероса, однако поиск родственной души заставлял его нередко биться в агонии, обманываясь и не понимая себя; отыскать нечто подобное можно лишь, если излечиться от сумасшествия. А это уже идея утопическая, но… кто знает..? Верно или не верно я даю ему оценку? Возможно, все происходящее лишь очередная иллюзия. Не удивлюсь подобному раскладу.
Инфирмукс пока не смог присвоить однозначную роль Норведу, поэтому на данном этапе ему было дано звание «игрушка на неопределенный срок», а играем мы в докторов, а что… меня сейчас посетила мысль, может Инфирмукс попросту до сих пор играет с Фтэльменой в дочки-матери… точнее в «сыночки-матери», и пока игра не наскучила ему..? Уже прошло столь много времени, или игра переросла в имитацию, а после жизнь? Очередной бред? Возможно. Скорее даже, очередная теория психического состояния Темного Эфира, а насколько она соответствует реальности... поди разбери.
Мальчик усмехнулся на заявление собеседника, подходя ближе и опускаясь рядом на колено, - Нор-вед… поверь, я буду лапочкой до тех пор, пока мы играем в нашу маленькую игру… а после… не будем думать, что будет после… - в подтверждение своих слов, игриво приподнял лицо саэтэруса большим и указательным пальцем за подбородок, направляя свой немного странноватый и одержимый взгляд куда-то сквозь его.
«Ты убьешь его… обязан убить… эта падаль! Сдохнет! Пусть сдохнет! Закончи это! Посмотри, твои руки и так в крови, он – очередное отражение твоих слабостей!» - архомэйр мог лишь заметить, как гримаса ужаса, в смеси с отторженной улыбкой чего-то дикого и болезненного, перекосила детское лицо, климбат не ожидал, что Эго без имени вернется столь быстро, пусть и не ощущал сейчас ментального голода. Тот час поспешил одернуть руку и встал, поворачиваясь спиной и дослушивая собеседника, а после расправил крылья…
- Через четыре дня. В девять вечера. Я найду тебя, позаботься об окружении – будь один. Не заставляй меня устраивать очередную кровавую баню, дабы расчистить путь к тебе. Поверь, мне это труда не составит. До встречи, Норвед, и не сдохни раньше времени, а то я очень расстроюсь. Ей Богу, от досады перережу весь твой научный институт, включая подопытных свинок! - очередной смешок, но теперь голос мальчика вновь был натянут, немного неестественно-напряженным, будто сейчас он боролся с кем-то непомерно сильным. Очередной поток ветра, сильный взмах крыльев и климбат покинул место действия, а Астеллар вполне мог воспользоваться телепортацией и вернуться домой…
Спасибо за игру, если будете писать пост сюда, то пишите, я буду рад почитать; если нет - сообщите в связь с АМС о закрытии эпизода! : )

+1

17

Похоже, по данному вопросу Инфирмукс тоже придерживался точки зрения в духе «я подумаю об этом завтра». Безответственно? Нет. Скорее, полезно для душевного здоровья. Все равно размышлениями и планами на будущее тут ничего не изменить. И все было бы хорошо… но выражение лица климбата приобрело такое бессмысленное и жуткое выражение, что становилось в крайней степени не по себе. Что это с ним, неужели опять какое-то помутнение? Да, тут не расслабишься…
К счастью, климбат смог сдержать себя – а, может, это была ложная тревога? Впрочем, уже неважно. Четыре дня – не так уж и плохо… По крайней мере Инфирмукс не требовал встречи завтра же, таким образом у Норведа было относительно немало времени. Ключевое слово – относительно.
После того, как климбат улетел, маг еще некоторое время стоял у водопада, приложив пальцы ко лбу. И кто бы мог подумать, что он в такое вляпается… Ладно, черт с этим, больше ему тут делать нечего. С этой мыслью Норвед телепортировался в Вистер, а перед его глазами все стояло искаженное безумной гримасой лицо климбата. Кажется, это будет сложнее, чем он ожидал… Скорей всего, здесь дело не только во внутреннем самоощущении Инфирмукса – есть что-то большее, куда более опасное, с этим ему и предстоит работать. И далеко не факт, что работа принесет свои плоды…
Только оказавшись в городе у собственного дома, Астеллар почувствовал некоторое облегчение. Хватит с него на сегодня приключений… Открывая дверь, маг уловил щекочущий обоняние запах жареного мяса, это свидетельствовало о том, что Шантрисс явно уже пришла в себя и хлопотала на кухне. Норвед глубоко выдохнул, наконец-то расслабившись, и только сейчас ощутил, как на него свалилась нечеловеческая усталость – при разговоре с климбатом его поддерживало нервное напряжение, но сейчас необходимость задействовать внутренние резервы отпала.
Через несколько секунд ему навстречу выскользнула темноволосая девушка с антрацитово-черной кожей и черным же змеиным хвостом ниже пояса. Сверкнув желтым огнем глаз, она гневно зашипела на Норведа, но тут же осеклась, заметив его внешний вид. Усталый, растрепанный, в окровавленном на спине кафтане и со слипшимися сзади от засохшей крови волосами – он явно не с туземками там развлекался. В тот же миг тонкие черные руки опустились на плечи Астеллара, нага с немым вопросом заглянула в его глаза, выражая обеспокоенность.
- Все в порядке, Шанти, - со вздохом отозвался ученый. – Я жив и цел, просто потрепало немного. Потом, все потом расскажу… Набери мне пока ванну, идет?
Кивнув с согласным шипением, Шантрисс ускользнула, Норвед же обвел взглядом собственный дом, будто впервые его увидел. Отныне опасность лишиться жизни, которой он так наслаждался, была куда более острой, и от этого маленькие радости бытия вроде горячей ванны и хорошего ужина ощущались гораздо существеннее. Сейчас, в привычной домашней обстановке, угроза казалась отдаленной, словно размытой, но разум безжалостно утверждал, что Инфирмукс запросто найдет его даже здесь – и стены дома не помогут. На что же он подписался… И каким бесом он был одержим, когда предлагал климбату сотрудничество? Хотя, пожалуй, это уже не было особо важно после принятого решения.
Четыре дня. У него есть четыре дня до следующей встречи с Инфирмуксом. И этот срок он должен использовать по максимуму.


Спасибо за интересную игру!

+1


Вы здесь » Энтерос » БЫЛЫЕ ПОВЕСТВОВАНИЯ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ » Психология климбатов


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно