новости
Добро пожаловать в литературную ролевую игру «Энтерос» Авторский мир, современное эпическое фэнтези с элементами фантастики, эпизодическая система игры, смешанный мастеринг. Контент для игроков от 18 лет. Игровой период с 3003 по 3005 годы.
20.10.2021. Завершились титулование и праздничный ивент, результаты данных мероприятий можно узнать в соответствующих темах! Нашему форуму исполнилось шесть лет. За эти шесть лет мы написали несколько тысяч постов, прошли множество интересных квестов и приняли в мир больше 250 анкет, и пусть многих с нами уже нет, мы всегда рады новым игрокам и с большим уважением относимся к творчеству игроков. Спасибо всем, что вы с нами, спасибо за поздравления и участие!
15.10.2021. Стартовало ежегодное «Титулование», приуроченное к шестилетию форума, приём голосов продлится до 19 октября 2021 года включительно, также начался праздничный ивент. Вдохновения!
14.10.2021. Всем доброго времени суток и вдохновенной осени! Подведены итоги месячной активности и результаты конкурса «Лучшие посты месяца», за последний месяц было написан 287 постов от 40 персонажей и GM. Впереди нас ждёт огромное количество конкурсов и всевозможных ивентов, время зарабатывать кристаллы, уважаемые участники. В разделе актуальных конкурсов будут последние обновления.
14.09.2021. Всем доброго времени суток и чудесной осени! Подведены итоги месячной активности и результаты конкурса «Лучшие посты месяца», за последний месяц был написан 341 пост от 40 персонажей и GM. Всё ещё принимаются заявки на конкурс «Магические способности» до набора 16 способностей.
05.09.2021. Всем привет и чудесного настроения! Стартует конкурс «Лучшие посты месяца», принимаем заявки до 10 сентября 20:00 по мск, также принимаются заявки на конкурс «Магические способности» до набора 16 способностей. Ознакомьтесь с главной темой объявлений, там есть важная новость для ведущих Мастером игры.
14.08.2021. Всем привет и отличного настроения! Завершены конкурсы «Лучшие посты месяца» и «Творческий императив», также были подведены итоги активности месяца, всего было написано за месяц 276 постов от 39 персонажей и GM.
14.07.2021. Стартуют два конкурса «Лучшие посты месяца» и «Магические способности», приём заявок на конкурс «Творческий императив» продлён до 10 августа. Произведена чистка архивного раздела, добавлен новый раздел в основные правила форума «Ведение карточки персонажа» и не забываем раздавать посты в наши 19 квестовых эпизодов. Подробнее обо всём читайте в разделе «Объявления».
14.07.2021. Объявлены победители конкурса «Лучшие посты месяца». Благодарим всех за активное участие и голосование.
10.07.2021. Обновлены активисты проекта и кристаллы за голоса в Топ'ах начислены. Открыто голосование на лучшие посты периода «июнь – июль» до 14 июля 19.00 МСК включительно.
09.07.2021. Напоминаем про конкурс лучших постов месяца, приём заявок завершится 10 июля 2021 года в 19.00 по МСК. Мы с нетерпением ждём в личные сообщения ссылку на два поста, понравившихся лично Вам, и размещенных на форуме в период с 10 июня по 09 июля 2021 года.
07.07.2021. Открыты два квеста «Роковая башня» и «Tainted Lands», приглашаем всех желающих принять участие, чтобы узнать подробнее, загляните в раздел «Набор в квесты». Внесены значительные послабления в «систему прокачки» [касательно количества постов], в связи с изменениями в магазине, количество деосов третьего поколения увеличено и теперь составляет 98 существ.
06.07.2021. Всем привет и великолепного летнего настроения! Мы обновили дизайн впервые почти за шесть лет. За прекрасную работу благодарим дизайнера — вещий дух. При возникновении багов, просим сообщать в тему «связь с АМС».
активисты
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Энтерос

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Энтерос » БЫЛЫЕ ПОВЕСТВОВАНИЯ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ » Уложить на лопатки


Уложить на лопатки

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

https://i.imgur.com/QPU9mBp.png

Локация и датаСхаласдерон, Одда. Гильдия Эстерус. 05.2885.
УчастникиПаард, Шейлина

ДополнительноЭпизод является игрой в мире Энтероса и закрыт для вступления любых других персонажей. Боевая система официальная.
Данный эпизод является продолжением игры: Учение - тьма, а неучение лишь тень

Описание эпизода
http://forumstatic.ru/files/0015/e5/72/94417.png

Говорят, что птенцы улетая покидают родительское гнездо. Случается и так, что выпускники покидают своих учителей.

+1

2

Высокие потолки гильдии плохо освещались светом, исходящим от светила сквозь туман. Ах да, время суток – утро. Самое подходящее время, чтобы навещать друзей и врагов, когда они того не ожидают. Самое подходящее время застать всех врасплох. Стены тускло отблескивали снаряжение путника, шествующего по коридору, медленно цокая каблуками сапог по плитке. Эхо стука металла об кафель разражалось по всему помещению, предвещая что-то интересное. Ведь что-то произойдёт.
В такт каблукам цокало ещё что-то по плитке на полу, но не с таким громким эхом, как каблуки. Шелест перьев шуршал под ушами, тяжелое дыхание. Даже послышалась небольшая усмешка, чувствовалось, что кто-то улыбнулся, предвкушая самое вкусное, самое интригующее. Глубокий чёрный капюшон закрывал глаза, бросая тень на лицо. Рот и нос закрывала повязка. Ничего не видно, пока свет падает сверху на капюшон.
Она шагала вперёд, глядя прямо уверенным и всегда хмурым взглядом, словно её заставляют это делать. Но девушка сама пожелала такого исхода событий. Она была уверенна в своих силах, что сможет впечатлить одного человека, который определённо ждал её появления. Десять лет прошло с того момента, и, наверняка, она была готова. Сколько синяков ей набили и сломали конечности? Сколько она выплёвывала изо рта кровавую слюну? Сколько она получала прямо в живот и в лоб? Сколько она ругалась и тренировалась до обезвоживания? Сколько раз она набивала кулаки до крови и стирала ноги в кровь? Не счесть.
Вдали, за стенами помещения, слышались звуки и чужие голоса. Девушка была близка. Она остановилась прямо перед дверями на арену, чтобы вернуться, чтобы победить. Без победы она отсюда не уйдёт точно. Хоть пятьсот раз попадай ей в солнечное сплетение и десять раз ломай нос, она не отступит.
И она услышала знакомый голос за дверями помещения, и теперь она точно уверена, что ОН там. Теперь её выход. Настал её черёд.
Девушка резким движением рук распахнула с грохотом центральные врата на тренировочное поле. Она не оборачивалась по сторонам. Сразу всё смолкло, словно наступила затишье перед бурей. Так оно и было. Наступила тишина, а бурей была сама ступившая за порог незнакомка в капюшоне и костюме. Чёрный плащ тянулся за ней шлейфом, и крупный зверь шагал сзади неё, смотря себе под лапы, склонив голову и прижав уши по бокам головы, чтобы не слышать перешёптывание.
Она вернулась, говорили они. Она пришла, шептали они. Но кто именно она? Ведь никто не видел её лица. Руки и ноги были закрыты одеянием для наёмных убийц. Из капюшона выглядывала только прядь рыжих волос. Она готова убивать. Она готова резать глотки. Она готова.
Девушка протянула вдоль своего туловища руки, слегка приподнимая пальцы. От одной руки начала исходить дымка, а именно сухой лёд, который сразу ложился на землю, укладывая ледяную корку. В помещение стало холодно, но это ненадолго. Скоро разразится гроза, и начнётся буря. От второй руки начал слышаться треск и щёлканье, словно где-то зажгли костёр. И от левой руки отрывали мини-молнии, которые ударяли в песок, образуя фульгурит. Под ногами образовался стеклянный пол, отражающий шествующую девушку. Можно было узнать, что это девушка, по тонкой аккуратной фигуре, плавно, словно летучей, походке, которой ступала незнакомка. Изящные движения, покачивания бёдрами и эффектное появление.
Она бросила взгляд на НЕГО. Он смотрит. Она любит привлекать внимание. Чужое внимание. Она любит привлекать ЕГО внимание. Если он смотрит, значит заслужила. Если он смотрит, значит готов. Если он смотрит, значит ждёт. И этого было достаточно, чтобы удовлетворить своё эго. Жадное. Ревнивое.
Она остановилась напротив него на расстоянии метров десяти и подняла голову. Можно рассмотреть небесно-голубые глаза. Девица применила артефакт на изменение внешности и сокрытие ауры, чтоб он не догадался. Но он знает. Он догадывается. Ведь он ждал. А когда ждут, то уделяют всё своё внимание, бросив все свои дела. И этого было достаточно.
Девушка начала медленно поднимать руки над своей головой, от которых исходили сухой лёд и молнии. И она громко хлопнула в ладоши, поднимая в центре арены множество грозовых молний, которые отбивали свой определённый ритм, который сама дева не контролировала. Она начала вертеть запястьями, словно начинала танцевать своеобразный танец. Танец грозы. Танец льда.
Девушка в капюшоне свела вместе средний и большой пальцы, а затем громко щёлкнула. Грозовые молнии ударили в песок, поднимая его и образуя небольшие песочные странные скульптуры, а где-то песок обратился в стекло. И снова настала гробовая тишина. А лёд внутри шаровых молний рассыпался и падал сверху, словно снежинки. Стало холодно, но это ненадолго.
Девушка неизвестной расы начала снимать капюшон и сняла наручи, отчего глаза начали приобретать изумрудный цвет, а волосы – пепельный. И все узнают, кто она через:
Три…
Два…

кубики (:

[nick]Инкогнито[/nick][icon]https://i.imgur.com/aFiJXPT.jpg[/icon][status]Неизвестность всегда интригует[/status]

примерный внешний вид

Отредактировано Шейлина (03.08.21 09:12:50)

+1

3

Прошло десять лет.

Прошли десять тысяч ударов посохом по голове, десятки обмороков, переломов и открытых ран. Сотни тычков в солнечное сплетение и живот, сломанные конечности, ушибы и сотрясения головного мозга. Прошла тысяча состояний на грани жизни и смерти, ведь каждый раз они сражались как последний.

Прошли ненависть, недоверие, вражда, жажда крови, боли и унижений. Прошли все этапы от отрицания до принятия. Прошли тысячи шагов длинной дороги, которая в итоге должна была привести из сомнительной точки А в стабильную точку Б.

Паард видел, как она росла.

Как сквозь боль слышала его слова, как сопротивлялась его советам, но позже - в этом он был абсолютно уверен - прокручивала каждую оборонённую фразу десятками раз, стараясь понять свои ошибки. Тогда, когда никто не видел. Тогда, когда не приходилось надевать маску того, кто «всё прекрасно знает сам» и играл на публику, в числе которой был и сам учитель.

Почему у неё не получалось?

Невозможно было сказать, далека ли Шейлина была до победы или между ними всегда была недосягаемая пропасть. В одни моменты создавалось впечатление, что он размажет её по стенке с первого удара. То были его лёгкие победы. В иные дни Паард был практически измотан до последней мышцы на теле , тяжело ранен - но вырывал «своё» зубами. То были её обидные поражения.

Паард учил атаковать её быстро, молниеносно. Уничтожать врагов с первых ударов, не позволяя бою затянуться. Учил сохранять холодную голову, ведь ты если хочешь быстро победить, ты должен думать. А когда мысли переполняют эмоции и чувства, хорошие ли они или плохие, - это мешает. Он учил её быть интеллектуальным противником, и это получалось. Правда, с переменным успехом.

Она была сильнее каждую их новую встречу. У Паарда остался грубый шрам от одной из её атак клинком - синюшный гипертрофический рубец слева под ключицей после её потрясающего выпада несколько лет назад. Ученица становилась сильнее, набирала мощь, силу, и каждый раз выбить победу из её рук оказывалось труднее. И если в первую их встречу на тренировке Шейлина с посохом была беззащитнее ребёнка, то сейчас сама могла уложить любого.

Или почти любого.

Паард никогда её не хвалил. В его системе воспитания не было места пряникам - были одни кнуты. Он ни разу не сказал ей ни одного доброго слова, не отметил успехов, не высказал поддержку. Не потому, что было не за что, - просто у него был такой характер. Он подчёркнуто равнодушно относился к её профессиональному росту, словно она была не на голову выше остальных, а на голову ниже.

Для него она была самой проблемной ученицей. В его грубых словах, добивающих морально, всегда скользил  оттенок воспитателя.

Они расставались. Надолго. Когда должность требовал от Паарда самому вершить судьбы и обрывать чужие жизни, когда долг требовал аналогичного и от Шейлины. Расставания затягивались на месяца и годы, но едва ли меняли что-то в шатких отношениях на грани внешнего пренебрежения с одной стороны и жажды реванша с другой.

Паард привязался к ней. И пусть отмахивался от косых взглядов других, себе в этом признавался честно. Однако уважения тут не было в помине: как можно считаться с тем, кто ни разу тебя не победил?

Шейлине временами не доставало капли - последней грамотной атаки, руки везения - но в последний момент всё оборачивалось не в её сторону. И…она уехала.

Было ли это очередное задание или просто удобный предлог, тогда это выглядело предательством и трусостью. Паард был разочарован. Или ему было просто скучно в отсутствие занозы-ученицы тренировать других.

Спокойных. Вежливых. Обычных.

За месяцем шёл месяц: небо Схаласдерона тянуло тучами, но на земле в отсутствие дождя царствовала непомерная духота. Он заставил себя оторвать её от сердца, отпустить по собственным делам и более не отслеживать успехи. Смогла ударить цель на поражение - хорошо. Умерла во время миссии - это было ожидаемо.

Дни тянулись один за другим в атмосфере скуки, тренировок, редких вылазок вне стен Сал-Тара. Но любой рутине рано или поздно приходит конец.

Зрачки в окружении тёмных радужек глаз расширились, когда взгляд поймал в толпе незнакомую фигуру. Ноги неприятно обожгло простирающейся коркой льда - но этого было недостаточно, чтобы перестать смотреть.

Некоторые люди, умея менять внешность, не могут изменить главного.

Свою натуру. Он узнал бы её из сотен фальшивых лиц.

Их взгляды встретились, когда сверкнувшая от её руки молния заставила отстраниться близ стоящих, словно в тот момент она целилась в них. Весь этот фарс, красивое появление были в духе Шейлины и производили эффект на кого угодно, но не на Паарда, и Шейлина это знала. Ему всегда нужно было что-то более обычного, чтобы впечатлиться.

А именно - победа.

Паард мягко переступил с ноги на ногу, как хищник. Его голова склонилась набок, и длинные чёрные волосы закрыли половину лица. Возможно, в этот момент он сдержанно улыбался: как он это и делал - лишь уголками губ; а возможно и нет - разглядеть было невозможно. Но он прекрасно понял намёк от взгляда ученицы.

Как и она - поняла его. Длинные пальцы незамедлительно выхватили оружие из портупей, и острые саи заигрывающе блеснули от яркости молний.

- Ну здравствуй, - Паард тоже мог быть театральным тогда, когда у него было настроение.

Представление начиналось.

Но уж очень они были друг от друга далеки. Рука учителя вытянулась вперёд, и пальцы согнулись в сторону ладони. Им не нужно было слов, она прекрасно понимала и без них.

Он велел ей наступать.
https://i.imgur.com/8pADqZGm.jpg

+1

4

Один…
Она вернулась. Она пришла.

Громкое перешёптывание и гул поднялся мгновенно, стоило девушке скинуть с себя плащ, который упал на землю, поднял немного пыли. Волосы полностью приняли пепельный оттенок, а глаза перекрасились в зелёный, бледная кожа и слегка выпирающие скулы, острый подбородок.

Шейлина…
Её имя зазвучало со всех сторон. Поднялся гам, ажиотаж. Все начали переговариваться между собой. Шейлина даже услышала, что кто-то делал ставки. И многие ставили на Паарда, зная его и видя сражения этой парочки. И на каждом бою собиралось всё больше и больше народу. Трансдентка лишь только усмехнулась сквозь повязку, закрывающую пол-лица. Ничтожества, - промелькнула мысль в голове девушки. Она без победы уходить не собиралась. Дентка знала, что в этот раз победа за ней. Она тренировалась в одиночку с котом и со своим Альтер-эго, выполняла задания, специализируясь на пытках и убийствах. Лина была бы идеальным сподвижником бога пыток и убийств, но она не получала от этого ни грамма удовольствия, лишь только моральное удовлетворение от выполненного задания, не забывая про своего преподавателя, отрезая или забирая что-либо у своих жертв на память, а после «дарила». Эти подарки были от самых банальных: окровавленное маховое перо, отрубленный палец –  до самых неординарных: камень с гравировкой, зачарованной игрушки или хлопушки с краской. Девушка любила подкалывать его и глумиться над своим учителем подобными подарками, тем самым показывая, что задание было выполнено успешно.
С каждым заданием Шейлина становилась хладнокровнее, отчего лёд в её руках бил больнее, отмораживая конечности своим жертвам. С каждым ударом Лина становилась злее, отчего огонь в её руках загорался ярче и поглощал всё на своём пути. С каждым советом наставника Лина становилась мудрее, отчего молнии в её руках били смертельнее, останавливая сердца жертв. Холодное, словно лёд, сердце, импульсивность, словно сверкающая молния, и вспыльчивость огня, в который подкинули хворост. Она олицетворяла собой самую опасную стихию – природу, которая собирала в себе всё от кружащего урагана до всепоглощающего лесного пожара.
В её глазах мелькали жертвы с перерезанными глотками, цели заданий с ножом в спине, кричащие от боли и просящие о пощаде. Но Шейлина не отступала и не жалела. Абсолютно никого. Её учили откинуть всю жалость к другим. И самое главное – жалость к самой себе. Трансдентка билась не на жизнь, а на смерть, словно каждая стычка, что с учителем, что с её жертвами, была последней. Нередко она возвращалась сдавать задание с разбитой губой, оторванными или опалёнными клочками волос. Нередко она являлась за порог хромающей, сплёвывающей кровь. Нередко девушка являлась в гильдию для сдачи задания на спине кота с переломанными ногами и истекающая кровью. Нередко приходил кот, сдавая сделанное задание вместо неё со всеми доказательствами: мешочки драгоценностей, склянки с жидкостями, пакеты с кровью. Однажды махуру даже принёс свёрток бумаги с сухими волосами и запиской, гласящей: «Получите – распишитесь». И только Паард мог знать, почему она не приходила, отправляя вместо себя кота, - убийца зализывала раны, настолько смертельные и  катастрофические, что она не могла прийти.
С каждой их встречей Паард замечал её более хладнокровную, чем в прошлый раз. Он мог лицезреть на её торсе, руках и ногах новые рубцы, шрамы, незажившие ожоги и пожелтевшие синяки. Лина, как только восстанавливала силы в течение месяца, приходила за реваншем, уверенная в себе, но всё равно чего-то не хватало. Так почему же задания выполнялись легко, а учителя победить она не могла до сих пор? Дело в подготовке и в ожидании. Паард её ждёт и готовится вместе с ней, хоть они и находились в разных местах.

Единственный путь стать умнее — играть с более сильным противником.
С каждым реваншем они сражались более беспощадно, более хладнокровно… более душевно… Паард и Шейлина вкладывались в свои битвы, словно соревновались, кто кого завалит. Они вкладывали в битву всю свою душу. Их жизнь – это сплошное соревнование, которое несёт за собой жуткие раны и кровопролитие. Их жизнь – это один танец. Они кружились вокруг друг друга, пытаясь уложить на лопатки, но каждый не собирался легко сдаваться. Никто не собирался отступать, поддаваться и уступать. Она захотела заслужить его уважение и внимание. Она хотела победить. Она хотела сразить его, но ни в какую. Дентка не сдавалась и становилась более яростной в каждой схватке. Она скрипела зубами до боли в челюсти, билась до судорог в конечностях, сражалась до изнеможения. Но всегда чего-то не хватало. И она не могла понять, что именно.
Паард учил её, читал нотации и советовал. Но Лина не будет Линой, если будет его слушать и слушаться. Она всегда делала по-своему, ища свой метод. Она искала свой индивидуальный подход, чтобы победить. Трансдент не желала делать ТАК, как ей велят. Из неё собирались делать болванку, послушную куклу, которая будет делать по умолчанию. И это было недопустимо. Она индивидуальная личность. Она это ОНА. И только она решает, как будет поступать в той или иной ситуации.
Она искала подходы. Шейлина искала алгоритмы, составляла схемы и сражалась на заданиях, подбирая новые движения. Сперва она пробовала на охоте заваливать дичь. Если обычное глупое животное умудрялось сбегать, то и на заданиях у неё не получится. Если было успешно, то пробовала потом уже на своём бедном коте. Но так как махуру отличался более развитым интеллектом и чувствовал всё, что чувствует его хозяин, то он уже становился противником посложнее. А ещё было сложнее в том плане, что питомец элементарно отказывался драться со своим подопечным. Тогда уже Лина переключалась на более достойного противника – Хорр’Poтаса. Его манера сражения разительно отличалась от размашистых и резких движений девушки: Паскаль сражался плавно, обтекая все оружия своего носителя, он двигался, как ручей, как падающий лист. Но, несмотря на все эти медленные движения, последняя атака всегда поражала свою цель. Как только Альтер-эго скажет, что бой затянулся или он был неплох, то Лина идёт пробовать уже на конечной точке – Паарде. И всё равно не выходило.
Изумрудные хитрые глаза устремились в тёмные, буравя и испепеляя его. Волосы шелохнулись от сквозняка, девушка пафосно помотала головой из стороны в сторону, убирая их с плеч. В руках материализовались парные клинки, сочащиеся небесной струйкой магической энергии, накапливая заряд для сражения. Шейлина склонила голову, смотря на Паарда исподлобья. И вот он протягивает руку, дёргая пальцами в свою сторону. Он манил и дразнил её словно котёнка. А раззадоривать и без того бешеный огонь в сердце трансдента не было надобности. Он горел всегда. Лина прищурилась на его движения, которые раздражали, бесили… и веселили. Девушка слегка согнула ноги в коленях и пригнулась, готовясь к наступлению. И вот она дождалась, пока парень моргнёт. И за ней поднялся столп пыли, поднимающийся от её быстрых и сильных ног.
Она бежала к нему, не чтобы обниматься и целоваться. Она бежала к нему, чтобы закружиться с ним в танце. В танце битвы. Шейлина подготовила свои клинки, держала их крепче и удобнее, чем в прошлые разы, подготавливая и обматывая их ленточками и меняя на них кожаное покрытие, которые стирается со временем. Она сделала удар справа и резкий выпад вперёд, призывая себе помощников.
- Аверирра, - кто сказал, что бой должен быть честным? Вокруг дентки начали появляться воздушные потоки, которые уплотнялись с каждым разом и были похожи на прозрачных волков. Шесть элементалей окружили парочку, и с приближением к одному из них парень грозился получить удар с обеих сторон – острым клинком и клыками воздушного зверя.
кубики + волчата

Отредактировано Шейлина (05.08.21 11:26:54)

0

5

Танцевать - значит иметь возможность из позиции ведомого встать в позицию ведущего.

Танцевать - значит двигаться.

Танцевать - значит всей душой ощущать огонь в крови.

Это должно было случиться рано или поздно: ученик должен победить учителя. Он должен прийти за этим, возжелать этой победы всем сердцем и быть к ней готовым. Ученик должен покинуть гнездо и отправиться  в вольный полёт с осознанием того, что он вобрал в себя всё, чему его учили, - или отринуть это навсегда, найдя свой независимый путь.

Но всё начинается с признания. Они провели слишком много времени друг с другом, чтобы не поставить в конце тренировок логичную точку. Для Шейлины это был лишь вопрос времени. И в глубине души Паард почувствовал приятный укол гордости: долгое время он подозревал Шейлину в дезертирстве по отношению к их боям - и вот она вернулась. И её намерения читались в ярких голубых глазах и оголённом оружии.

Ученица напала первой, как учитель того и хотел. Острые клинки Шейлины грозили Паарду серьёзным ранением в область живота. Острие провокационно сверкнуло от молнии позади начавшейся бури и надвигалось в сторону печени. Паард сделал шаг назад - скорее движимый инстинктом самосохранения, чем мыслительным процессом - и ему удалось избежать столкновения. Ноги неприятно обожгло ледяной коркой на земле. Клинок подцепил лишь слабо пришитую пуговицу на безрукавке, которая и без того грозилась быть потерянной после активных утренних тренировок. Пуговица оторвалась и улетела под ноги, вызвав у Паарда лишь короткий издевательский смешок. Он ничего не сказал, но по лицу было заметно: над ученицей он смеялся.

В голову пришла безумная мысль, что рука у Шейлины дрогнула: неужели она жалела своего учителя и дралась не в полную силу? В таком случае она тысячный раз шагнёт на излюбленные грабли, и победы ей не видать, как собственного носа. Ведь Паард никогда никому не подыгрывал - и никогда не жалел сил на тренировочный бой. Каким бы он ни был по счёту, ничего не менялось с течением времени. Он и сам за десять не изменился.

Даже если Шейлина дралась нечестно, он принимал условия игры. Какая, в конце концов, разница, насколько был благороден твой соперник, если всё, что нужно наёмнику, - это его отрезанная голова? Если драться, то избегая условностей и используя полную силу. И вот Шейлина призвала стаю назойливых фамильяров - на это у Паарда было, что ответить.

- Граве-Индустрис!

Яркая пентаграмма, сверкнув, развернулась в десяти метрах от поверхности земли. На секунду она осветила налитое серым небо яркой вспышкой высвобожденной энергии. Пентаграмма оторвала от себя четыре энергетические сферы: сгустки, сходные по внешнему виду с шаровыми молниями, стремительно опускались к земле одна за другой. Преследующие свои цели до последнего, они начали охоту за полупрозрачными силуэтами волков и принялись уничтожать их по очереди. Защита сработала почти идеально: пятеро волков были уничтожены в течение двух минут, и лишь один сумел укусить Паарда за ногу, но тут же был откинут. А после и вовсе рассеялся в воздухе.

Наконец-то начинало вскипать масло.

Паард пытался сдвинуть Шейлину с места, наступая всё отчаянней и быстрее. Она сделала второй опасный выпад в его сторону - неудачно. Хоть она и сбила его атаку с правой руки, сама Шейлина никого не ранила. Это действительно было похоже на танец: клинки были идеальным оружием уничтожения противника в добрые пару секунд - но так удачно вписывались меж зубцами сай, не доходя до цели.

Это было забавно. Паард чувствовал пульсирующие в висках вены и собственное неритмичное дыхание. Шейлина отбила большинство его коротких атак - и после особенно упорной серии он вывернулся в правую сторону и крепче сжал саи в ладонях.

Это был удобный момент: Паард  резко развернулся, вытянул левую руку и мажущим движением прицелился Шейлине в шею. Сонная артерия - жизненно важный сосуд организма, ранее которого грозит гибелью. Паард всегда расчитывать, куда надо бить.

Теперь настало время Шейлине проверить свою защиту и скорость реакции.
Кубики

Отредактировано Паард (06.08.21 23:42:11)

0

6

Каждые получают удовольствие по-разному: кто-то читает, рисует, кто-то слушает музыку или сам её сочиняет, кто-то предпочитает драться и искать приключения вместо того, чтобы сидеть в четырёх стенах. Шейлина же предпочитала махать клинками в разные стороны, будь то она или в одиночку тренировалась и била воздух, или сражалась с учителем, или выполняла задание. Ей нравилось делать те движения, которые происходят в битве с противником и придумывать новые движения, считая себя победительницей и оригинальной, что ни у кого другого нет таких методов, а только у неё и больше ни у кого другого. Кто-то её называл Танцующей-С-Клинками, но она не отзывалась на это прозвище. Она отзывается только на те прозвища, которыми называют близкие ей люди. Она отзывается только тогда, когда сама того захочет. Даже если по имени назвать - не факт, что она обернётся.
Ход времени для дентки замедлился. Она словно видела плывущие размывающиеся в воздухе контуры от движений своего наставника. Ей нравилось, как он двигался. Отточенные временем и опытом движения. Лина бы ни за что в жизни не подумала, что этот высокий худощавый парень с разрисованным верхом в безрукавке является полукровкой и её учителем, пока сама с ним не сразилась. Шейлина помнит ту первую встречу. Она его не считала за человека и почувствовала к нему отвращение с первой секунды. Но парень со второго удара заставил её задыхаться от боли и удара в солнечное сплетение. И тогда уже дентка понимала, что этот парень не лыком шит. Он достойный противник. Вторая их битва была простым реваншем, когда Лина, преисполненная мести, бежала к нему и размашисто двигала руками, по большей части вслепую, думая, что рано или поздно попадёт, не защищая своё тело. И ей снова прилетело в солнечное сплетение, словно ей в укор. И тогда уже Шейлина поняла, что здесь надо отключать свою ярость. На третий раз она дралась с Паардом с удовольствием. Если бы она испытывала какие-либо горячие чувства по своей природе, то, возможно, девушка в него бы влюбилась. Но она не знает понятий «любовь» и «влюблённость». И поэтому она к нему просто эмоционально привязалась, связав с ним свою боевую жизнь. Она получала от него свой жизненный борцовский опыт. Ей это нравилось.
В данный момент Шейлина так же отключала всё своё негодование и доверялась инстинктам, а также своим рефлексам. Но и она немного сжульничала – она договорилась с Паскалем, чтобы тот подсказывал ей верные ходы, с условием, что она не «сделает ход и забудет», а намотает на ус, как выразился Альтер-эго. Всё-таки выполнять миссию наёмнику поручено любыми методами, даже если они выходят за рамки разумного и здравого смысла. Лине было всё нипочём. Она следила за движениями Паарда, впитывая его методы сражения в себя, как губка. Девушка предпочитала брать новые знания на личном опыте, по сто раз наступая на грабли, но всё же учась чему-то новому и используя это на практике.
Пентаграмма успешно отбила магическую атаку девушки, разбивая девяносто процентов её элементалей, отчего те растворились в воздухе, источая из себя едва заметную дымку. Один волк успел атаковать и слегка смутить учителя, но тот, понятно дело, не подавал виду. Поле боя – это неподходящее место для показа своих эмоций. Шейлина тоже так поступила – она не показала виду, что её разозлила усмешка наставника о том, что она оторвала какую-то там пуговицу. Дентка на минуту закрыла глаза и прислушалась к звукам и своему телу. Она слышала небольшой гам на трибунах: недотёпы и недоучки переговаривались между собой, наблюдая за первыми минутами сражения. Она слышала саи Паарда, рассекающие со свистом воздух.
Слева. Она услышала свой разум, который подсказывал ей защитить свою шею, где находятся жизненно важные сосуды. А может, это и Паскаль подсказал, как договаривались Альтер-эго и фэдэлес. Угроза приближалась, и тело девушки, движимое инстинктом самосохранения, сделало разворот спиной к парню, плотно к нему прилегая своим телом, чувствуя его тепло. Она резким движением подняла свою руку в защиту шею от удара в сонную артерию, после чего медленно повернула голову навстречу своему наставнику и усмехнулась только лишь одним уголком губ. Лина схватила один клинок обратной стороной так, что рукоятка смотрела в сторону живота, и сделала резкий выпад назад рукой, ударяя того в живот локтем.

кубики

0

7

Она была ярким символом свободы: упрямое лицо, дерзкий взгляд, пылкость в душе и отсутствие стеснения в выражениях. Шейлина всегда шла своей дорогой: упрямо прорубала путь через кусты в обход казавшихся логичными протоптанных тропин, не имела кумиров, никому не подражала. На неё невозможно было найти управу: если сравнивать с животным, то эта особь дрессуре не поддавалась. Дикая и самобытная. Шейлина жила вольной птицей, которая прилетала в гнездо «Эстеруса» с одной единственной целью: здесь была «пища» - заказы, которые обеспечивали ей достойное существование. И, возможно, развлечения, ведь существуя бок о бок достаточно долгое время с остальными наёмниками, ты не можешь не обзавестись связями.

Приятными и не очень.

Свобода как жажда жизни сквозила в каждом её движении, в каждом грубом слове, во фразах невпопад. Свобода была в непринужденной развязной походке, в провокационных жестах и насмешливом тонн голоса.

Шейлина была как свобода. Паард был как тюрьма.

С годами он всё больше замыкался в себе. Затворник четырёх стен, который редко выходил за пределы гильдии: у него было лишь две страсти в жизни - бой и музыка. Показательный одиночка, не манкий ни на потенциальную любовь, ни на возможную дружбу - всё, что касалось людских отношений, было для Паарда табу. Он более ста лет назад дал присягу гильдии и был верен ей каждой клеткой своего тела. Чем дальше, тем реже он покидал родные стены, врастая в них почти буквально. Аскет, затворник, одиночка. Узник, который приговорил себя к тюрьме единолично.

Они были слишком разные, чтобы ладить и запросто найти общий язык, даже если занимались одним делом. Они были слишком яркие - чтобы не раздражать друг друга и сосуществовать гармонично.

Прошло столько месяцев, и Паард даже забыл, почему в самую первую встречу заприметил Шейлину: это казалось далёким и мутным воспоминанием. Но сегодня, во время самой важной тренировки, он неприметно об этом вспомнит.

Шейлина умело увернулась от атаки в шею, сохраняя свою жизнь. Рука Паарда с острым саем замерла в воздухе, пока Шейлина совершала манёвр - идеальный по меркам ловкости и реакции - и прижалась к нему спиной. Это случилось неожиданно: Паард только заметил, как выбившиеся пряди светлых волос легко хлестнули его по лицу.

Сердце пропустило удар. Зрачки сузились от сдерживаемого недовольства, и даже лицо изменилось. Паард поймал руку Шейлины и наклонился к её уху:

- Сколько раз я тебе говорил, - горячее дыхание обжигало щеку, - что ко врагу нельзя поворачиваться спиной.

И клинок, заботливо повёрнутый лезвием, плавно вошёл в область между рёбер Шейлины. Послышался приятный звук, известный всем убийцам, когда лезвие входит в тело, как столовый нож в масло.

Наконец-то пролилась первая кровь, и Паард вспомнил то странное ощущение, что объединяло его с трансдентами.

Голод.

Они чувствовали голод, поднимаясь по ступеням эволюции к разуму и организованности, были одержимы охотой. Паарду трансдентовский голод был не нужен, ведь он не развивался согласно их расовому сценарию. Но голод был: как негативная мутация, унаследованная от матери-трансдента. Как разгорающееся внутри чувство от желания разодрать в клочья, разломить напополам и съесть. Съесть заживо, вырвать сердце голыми руками, надкусить, чувствуя, как тёплые струи крови скатываются по твоему подбородку, а в нос ударяет запах ещё более терпкий, чем растворённый в воздухе.

Кровь пахнет незабываемо. Кровь пробуждает врождённые инстинкты.

Кровь проблуждает зверя.

Запах крови Шейлины напомнила Паарду: её выбрал его голод. В самую первую секунду их встречи глазами он почувствовал то самое роковое желание убивать и поглотить, что преследовало его сейчас. Он привык жить, смотря на остальных как на обед, но иногда голод был особенно силён.

Всё было до банальности просто: Шейлину выбрало его внутреннее чутьё.

И не обмануло.

Запах крови даже на секунду возбудил рассудок: Паард допустил ошибку, призывая невидимый фантом, но неудача мгновенно дала сил наступать сильнее и более внимательно.

И Шейлина дала прекрасную возможность, лишившись возможности видеть врага. Возможно, она прямо сейчас, оказавшись раненной, жалела о таком виде защиты.

Следующий удар саями был направлен ей в правую почку.

Отредактировано Паард (07.08.21 20:56:58)

0

8

Разгорячённое тело трансдента от быстрых движений начинало отсывать, но горячее тело арходента сзади разогревали остывающую кожу. В ногах чувствовался ритм стучащего сердца, чувствовался пульс. Со стороны можно было подумать, что Шейлина решила устроить романтику на поле боя, пристав своей спиной к груди Паарда, а тот начал что-то шептать той на ухо, словно свои интимные желания. Его горячее дыхание приятно обжигало кожу, и Лина почувствовала то самое приятное ощущение в низу живота. Без шуток, она во время сражения возбудилась во всех смыслах этого слова. Она посмотрела на своего учителя снизу вверх, слегка прикрыв глаза и приоткрыв рот для дыхания, задирая голову и открывая шею, словно говорила: «Укуси меня, как вампир. Вгрызись в мою глотку, как хищник. Перережь мне горло, как убийца». Но всей романтике есть предел, но девушка это использовала как отвлекающий манёвр, хотя прекрасно знала, что ей это не поможет. Паард на то и Паард, что он не податлив на всякие соблазны и манёвры. Он хладнокровный убийца и наёмник в прошлом и нынешний учитель таких убийц, как он сам.
Дентка склонила свою голову и закрыла глаза, издавая тихий томный стон, чувствуя как острие оружия учителя входит в её кожу промеж рёбер. Она чувствовала острую режущую боль, чувствовала то тепло, которое отдаёт текучая кровь из раны. Шейлина положила свою руку на его, словно просила, чтобы он не останавливался, словно просила, чтобы он вонзал ещё глубже, протыкая жизненно важные органы. Но если внимание арходента, правда, было отвлечено, то он мог бы не заметить, как наёмница втихаря подсовывает под зубцы сай свой клинок, который одним быстрым движением просто вырвет оружие из рук парня, оставив его безоружным.
Боль пробуждала эмоции. Кровь пробуждала отмщение. Запах крови пробуждал голод по чужой крови. Чужая кровь пробуждала желание её попробовать на вкус. Коварство. Кровожадность. И просто беспощадность.
Одежда начинала насыщаться тёмно-алым цветом, несмотря на то, что само одеяние являлось чёрным. Кожаное одеяние начинало трескаться и рваться под натиском острых лезвий. Кожа самой дентки послушно отдавалась на растерзание острию. Сама дентка отдавалась своему учителю на ранения. Но это всё имело место быть, лишь бы просто усыпить его бдительность, словно жизнь её ничему так и не научила. Лёгкие мазохистские наклонности пробуждались в его присутствии. Казалось, что вот-вот она его просто схватит и поцелует. Вот-вот она закружится с ним уже не в танце битвы, а в танце более откровенном.
Шейлина оказалась голодной по всему, чему можно быть голодным: битве, еде, постели и самому своему учителю. Она была готова снять всю его одежду и порвать на мелкие кусочки, разорвать и сжечь. Лина была готова снять всю свою одежду, оказываясь полностью уязвимой для его рук и оружия. Трансдентка готова нанести удар.
Она медленно подняла свою руку, трогая кожу учителя. Девушка смотрела на него из-под прикрытых глаз, словно она пришла не на поле боя, не за реваншем, а на соблазнение, как за неопытным мальчишкой. И не ясно, что она хочет этим сделать: сказать, что он в её вкусе, оскорбить его подобным поведением, не считая его за вышестоящего, унизить его или дать знак, что она устала от вечных боёв. Дентка приподнялась на носочки, словно тянулась за поцелуем, приподнимая голову, пальцы жадно загребли его безрукавку, словно желали её снять одним движением, царапая ногтями кожу.
И она резко наклонилась, хватая Паарда за руку, намереваясь его опрокинуть и уложить спиной вниз перед собой, как шавку, которая откроет доступ к своему нежному брюху. Острая боль отдалась в боку, где парень оставил глубокий порез своими лезвиями. Дентка посмотрела на свою запятнанную одежду и сплюнула горьковатую слюну куда-то в бок, поодаль от своих ног.
- Эллетрар, - произнеслось заклинание, но не поддалось её голосу, только заискрив из рук и над её головой, больно обжигая искрами кожу и рискуя опалить её волосы. Лина хотела создать и дальше ледяную корку, чтобы приморозить Паарда к земле и затем нанести удар в его живот, но и эта стихия не желала её послушаться, только слегка охлаждая её пальцы.
Снова ты торопишься. Сконцентрируйся.
кубики

Отредактировано Шейлина (12.08.21 10:31:22)

0

9

Пламя и лёд друг друга обезоруживали. Там, где не мог гореть первый, не мог замораживать и второй. Состояние абсолютной враждебной конкуренции: пламени и льду друг с другом плохо, они слабее лишь от взаимного влияния. Если это были стихии соперников, то преследующие их неудачи были легко объяснимы.

Шейлина была знакома с Паардом достаточно долгое время, чтобы знать наверняка: он не реагировал на демонстративные игры и провокационные жесты в его сторону во время боя. Его невозможно было смутить, вывести из себя эмоциями и подражанием чувств - даже если те чувства были совершенно искренними. Он даже не замечал половину из них: мужчины крайне редко воспринимают намёки, не озвученные прямым текстом; и в этом Паард не отличался от большинства представителей сильного пола. То, что показывала ему Шейлина, было для него вызывающим и похоже на театр одного актёра. Притом, скорее для окружающих их любопытных глаз, нежели для него самого. Паард не мог забыть, что они на арене не одни: его нередко окружали толпы жаждущих зрелищ учеников, когда приходило время показательных выступлений. Толпа и сейчас собралась вокруг них, и Паард уже привык к ней, словно не только сражался, но и ел, и спал под пристальным взором окружающих. Но на большинство такое внимание действовало как факт стресса: разве можно упасть лицом в грязь, когда на тебя так смотрят?

Шейлина тоже об этом помнила. На неё же смотрели. Её же оценивали. А она всегда любила покрасоваться на публику, вот только Паард был неблагодарным зрителем. Как и всегда: тот вид скупых лиц, от которых никогда не дождёшься аплодисментов. Но она попыталась - даже ему, не понимающему намёков - было это ясно.

- Я тебя игнорирую. Посмотри, мне всё равно на то, что ты из себя строишь, - без слов говорили его лицо и жесты, когда ученица касалась его рук или в живописной хватке брала его за ворот безрукавки.

Изображала страсть? Да пусть. Равнодушный, холодный, мрачный, Паард скорее нарочито покрывался «коркой» внешней невозмутимости, чем втягивался в игру в ответ. Чем дальше, чем меньше стыда имела Шейлина. Но Паарда это не волновало: она дралась, и все женские хитрости едва ли работали на нём. Создавалось впечатление, что Шейлина просто забыла, куда пришла. Зато становилось понятно, чем она занималась все прошедшие годы.

Или её действия преследовали цель унизить и обесценить учителя, нарочито показать, что он не выше неё и не заслуживает хотя бы видимости субординации. Растереть остатки уважительного отношения в порох и поставить себя на ступень равных. Ведь такие «танцы» можно расценивать как угодно.

Паард даже не хотел об этом думать. Мир Схаласдерона жесток: ранимым тут не место, даже если кто-то явно выказывает твоё неуважение - это нужно уметь принимать как должное. Хочет играть по своим правилам - пусть играет.

У Паарда вообще правил нет.

Его куда больше волновал лязг металла о замороженное стекло на полу арены - в том месте, куда отлетел вылетевший сай. Он держал потерянное оружие во внимании и лишь ждал момента, когда можно будет его поднять: но не сейчас, когда Шейлина смотрела почти в упор и кинуться за оружием значило бы показать ей свою спину.

Он потерял оружие ведущей руки, но у него всё ещё было второе: а это значило, что бой был не закончен и далёк до завершения.

Шейлина попыталась врага опрокинуть: соперник чувствовал её сильную хватку, и у неё бы это получилось - не помешай ей резкая боль в животе. Удалось устоять на ногах. Яркий огонь сверкнул на острие оставшейся саи и создал между Паардом и Шейлиной завесу, в которой контакт глаза в глаза оказался потерян. Руна Сол не могла повредить её владельцу, но могла обжечь тело врага. Но всё это было лишь видимостью реальной цели, которую преследовал Паард.

Короткий шаг назад - первый выпад, второй шаг клева и назад - второй и третий. До упущенного оружия оставался всего лишь метр, и даже если Шейлина могла увернуться и отразить все атаки - завеса огня давала те желанные несколько секунд, за которые Паард смог бы ухватиться.

Он выбрал удобный момент: пламя руны от быстрого маха саем закрыло обзор врагу. Паард воспользовался этой секундой, чтобы кинуться в сторону упавшего оружия и попытаться его поднять.

Должно получиться. Но он всегда помнил, с кем сражался. С Шейлиной как с бедой: всё грозило пойти наперекосяк.

Три атаки

Кубики

0

10

Бушующий ветер только разогревал и заставлял пламя гореть ещё ярче. Ещё сильнее. Вода является природным врагом пламени, но если добавить масла в воду, то взрыва не избежать. А если использовать ветер с умом, то и с воздушной стихией можно погасить огонь. Главное – всё делать правильно, а дальше природа сделает своё дело сама. Чтобы сама стихия делала всё как надо, необходимо её направить в правильное русло, показать нужное направление, которое только облегчит путь и само сражение.
Паард воплощал собой лёд, а Шейлина – яркое пламя со жгучими разлетающимися искрами и огромными языками. Из огня постоянно доносились какие-либо трески, сжигающие и пожирающие всё на своём пути. Но стоило только льду немного оттаять, и одно неверное слово являло собой масло. Стоит только полить огонь водой с маслом или другим огнеопасным веществом, так огонь тут же превращался в целую катастрофу, которая унесёт за собой не одну жизнь, - нужно лишь одно неверное слово или движение…
Завеса из дыма, которую создал своим огнём Паард, вовсе не испугала Шейлину. Девушка лишь только хмыкнула и отскочила назад, чтобы не обжечься. Она сама воплощала собой саму огненную стихию, имея такой же вспыльчивый нрав, как у самого огня. Пламенная стена только загораживала обзор и разогревала холодное помещение, которое остудила ранее дентка при помощи льда. Если учитель и думал, что это как-то заставит Лину задуматься, то он заблуждался. Такая девица как Шейлина в сам огонь прыгнет, а потом ещё будет ругаться, почему так холодно.
Огонь обычно тушат. Одновременно подумали Паскаль и Шейлина, отчего наёмница лишь только усмехнулась и отошла ещё на пару метров назад, чтоб её ничего не задело. Коварная ухмылка не сходила с лица трансдента, прищуренные глаза наблюдали за размытыми силуэтами сзади стены огня. Лина повертела головой вправо-влево, разминая застоявшиеся косточки, издавая негромкий хруст. Убийца обычно любила показуху и выпендрёж, но не тогда, когда её стихию пытаются применить против неё же. Это задевало самолюбие и её ревнивое эго. Стихия принадлежит ей и только ей, и больше никому. Она не сделает исключения даже своему учителю. Огонь – прерогатива Шейлины. Молния – это прерогатива Шейлины. Лёд – прерогатива Шейлины. И больше ничья.
- Авертар, - прошептала девушка и наблюдала за созданием купола вокруг Паарда и его огненной завесы. Как только купол создастся полностью, то арходент может ощутить через некоторое время нехватку кислорода. А когда кислорода не хватает, огонь гаснет. Ведь он горит благодаря ветру. Шейлина могла бы долго смотреть на три вещи: как горит пламя, как происходят катастрофы и как умирают её враги.
- Паардик, дорогуша, тебе надо остыть, - усмехнулась Лина и начала создавать в руках водяные сферы, которые с каждой минутой увеличивались и уплотнялись. Сделав выпад левой ногой и поддавшись вперёд, дентка направила воду в сторону своего наставника, намереваясь того намочить и выстраивая у себя в голове коварный план по «свержению». – Эллетриум, - более громко произнесла трансдент и щелчком пальцев образовала вокруг него (а может и не вокруг него, за завесой-то не видно ни черта) несколько электрических сфер.
Хочешь сразить противника наповал? Намочи его и ударь разрядом молний для большего эффекта. Шейлина никогда не перестанет думать о том, что вода является отличным проводником для любого удара, будь то это молния, или просто физический урон.

кубики

Отредактировано Шейлина (13.08.21 07:56:48)

0

11

Шейлина перестала кривляться. Играть на публику, изображать страстность, провоцировать окружающих на повышенное внимание - остались лишь оголённые провода жажды боя и крови. Истинное желание победить наставника, не приправленное ничем. Такой она нравилась Паарду гораздо больше: не изображающей из себя ветреную особу, не втягивающей их в поводы для новых слухов, не играющей с Паардом в игры на отвлечение. Она оставалось сухим остатком того, кем была. Воином, наёмным убийцей, хищником. Как и он сам.

Отразила атаку, заставив врага задыхаться? Что ж, неплохо. Шейлина знала, каким бить оружием. Намного сложнее сражаться со стихией, которой сам не владеешь: это как входить в тёмную пещеру, не имея представления об её обитателях. Паард был в два раза менее устойчив ко всему, что не касалось холодного оружия или классической магии.

Вода, воздух, огонь - всё это было сложно. И он буквально заставлял себя поддерживать хоть искорку пламени Сола на оружии. Но выходило скверно.

Огонь погас, едва столкнулся с воздушной завесой Шейлины. Грудь больно сжало от нехватки кислорода, и Паард сморщился, закрыв глаза. Лёгкие будто разрывало изнутри, и они норовились вылезти из глотки. Ощущение, что будто внутри тебя разорвало мину.

- Веритрал!

Среднего размера пентаграмма развернулась перед его грудью, готовая в любовь момент защитить владельца от других смертельных выпадов. Паард не заметил скопившихся вокруг него сгустков энергии атипичных молний: он только приходил в себя после головокружения. Проявил невнимательность - и горько пожалел об этом.

Веритрал захватил водные сферы с ловкостью дрессированной собаки и…исчез. Всё случилось за секунду: спину поразила боль, сердце пропустило два удара. Паард упал на колени, жадно хватая ртом воздух. Свело мышцы, руки начинали исходить лёгкой дрожью. Сердце, с перебоями и нарушенным ритмом, слышалось в собственных ушах. Паард поднял голову на Шейлину и посмотрел на неё снизу вверх. Как она когда-то в самом начале пути смотрела на него после того, как ей в очередной раз попадало в солнечное сплетение.

- Не сдамся, - читалось в глазах.

Теперь и у Паарда тоже. Только в них не было ни ненависти, ни гнева. Ни каких-либо ярких эмоций, а спокойное признание: «Ты сделала мне больно, но я не отступлю». Он не злился и не оказался задет. До берсерка был далёк так же, как и Шейлина - до идеалов сдержанности и спокойствия. Всё же темпераменты были у них достаточно разные.

Но ведь в этом и интерес?

Однако Шейлину тоже можно было отвлечь. Она, как и любая девушка, реагировала на то, когда на неё смотрят. Ведь не только у Паарда были свои слабые стороны. И это был удачный момент найти правой рукой выпавшее неподалёку оружие. Кончиками пальцев, не разрывая зрительный контакт. Когда обе саи оказались у Паарда в ладонях, огонь Сола на мгновение сверкнул ярче обычного.

Паард собирался атаковать.

Саи со свистящим звуком сверкнули в воздухе. Огонь оставил отпечаток жёлтого шлейфа. Не вставая с колен, Паард прицелился в бедренные артерии Шейлины, потом что знал: попади он в одну - эта рана грозила стать смертоносной.

Отредактировано Паард (13.08.21 11:08:19)

0

12

Показуха решает всё. Она может произвести впечатление или отвлечь, может образовать впечатление обманчивое о своём партнёре: или плохое, или хорошее. Третьего не дано. Девушка или решает обвести Паарда вокруг пальца, или как-либо его впечатлить. Но впечатлить удастся только при помощи победы. Арходент – смесь обеих рас, которые любили войну больше своей жизни. Война и битва, сражения и бойня – это их жизнь. Если Шейлина ещё могла смириться с тем фактом, что первую половину жизни она вела спокойный образ жизни, то сейчас повседневные сражения и соревнования, постоянная борьба за место под солнцем и устранение конкурентов – это и есть её жизнь. Она могла смириться с тем фактом, что ей пришлось изучить и выучить азбуку выживания. Казалось бы, всё будет отлично, когда она жила среди трёх парней. Но пребывание в Субтэрналесе показало, что все ожидания и надежды – это просто пыль,  на которую достаточно дунуть, чтобы устранить все мысли. Тогда её мир и рухнул, как шаткий карточный домик, как целая схема из домино,  где двинешь только одну фишку и всё понеслось цепь за цепью. Там Лина и поняла, что нельзя строить никаких планов на будущее. Она тогда готова была умереть. Готова и сейчас.

Для трансдента не имели понятия такие слова как «жизнь» и «смерть». Эти слова являли собой простую взаимосвязанную цепь событий: вот ты рождаешься, и вот тебя не стало. Но Лина была готова к таким исходам. Она была готова к любым вариантам: от самых обычных до самых неожиданных.

И вот её глаза сверкают от тысячи вспышек молний. И вот она усмехается прямо в лицо своему наставнику, уже считая себя победителем. Лина подняла свои руки в победном жесте и отвернулась к нему спиной, чего делать, конечно же, не стоило. Со спины она не увидела, как Паард дотянулся до своего второго артефакта, устраняя её последствия воздушной стихии и разрушая купол. Но из-за треска всё ещё горящего пламени и витания в облаках девушка не смогла услышать, как учитель произносит своё заклинание, заставляя разгореться огонь ещё сильнее. И Паскаля не слышно почему-то. Хотя с ним был уговор помогать и намекать. Но какая уже разница, если она уже «победила»?

И ноги разит ужасная боль. Дентка упала на колени, поспешно поворачиваясь на спину и глядя в лицо своему наставнику, округляя глаза от удивления. Было дико больно, но она уже показала один раз свои слёзы и больше этого делать не намерена. Шейлина начала отползать на руках, полулёжа на спине, оставляя за собой кровавый след на песке. Горячая кровь вытекала из обеих ног, в глазах начинало темнеть. Наёмница легла на спину и выдохнула, распластав по обе стороны от своего тела руки в форме «звёздочки».

И внезапно она засмеялась не своим девичьим голосом, а хриплым мужским. Тихие выдохи вырывались изо рта. Глаза прикрылись, на уста полезла улыбка. И непонятно, что это была за улыбка: издёвки, глумливости, радости. А может, всё вместе.

- Теперь я понимаю, почему Шейлина постоянно думает о Вас, Паард, - произнёс некто в теле Шейлины. Но прошло мгновение, и облик начал сниматься: начали появляться рога, вместо лица череп, чёрные глазницы и в них красный огонёк. Морда направлена на арходента, а сам некто начал понемногу испаряться, принимая своё поражение. – Было приятно познакомиться, - Альтер-эго полностью испарился в тени, оставляя за собой едва заметную тёмную дымку.
один и два

[nick]Хорр'Ротас[/nick][status]Nightmare[/status][icon]https://i.imgur.com/OGf3Pzp.png[/icon]

0

13

Спонсор моего поста - одежда. Одежда: долой её!

http://forumstatic.ru/files/0015/14/a0/30822.png

Правый сай вошёл в кожу Шейлины, порвав чёрную ткань штанин насквозь. Звук рвущейся одежды приятно будоражил рассудок и будто шептал одной из тёмных сущностей: «Там, где разрывается ткань, скоро будет идти кровь». И она начала сочиться из раны: тёмная и густая, не разлетающаяся во все стороны, но стекающаяся ровным пульсирующим потоком к пяткам - без возможности на остановку. Если сейчас не использовать магию, чтобы подлечиться, или не оказать себе первую помочь, всё могло стать ещё хуже. Атака не смертельная, но тяжёлая. Любой нормальный человек уже тогда бросил бы все силы на то, чтобы помочь себе, но…

Но первое ранение ученицу обескуражило: это было видно по её удивлённому взгляду. Шейлина по сущности была не сдержана и не прятала эмоций. Паард не стал терять времени: за первым ранением без промедления последовало и второе. Нужно бить первым, пока не ударили тебя - одно из ключевых правил боя.

Сол сверкнул ярким красным светом, и огонь перекинулся на одежду партнера по спаррингу. Загорелось красиво, жаль: почти сразу же погасло. Правая нога Шейлины оказалась проткнутой насквозь именно там, куда Паард и целился. Бедренная артерия: её стоит только задеть, в остальном она поможет врагу сама. Из раны под бешеным давлением фонтаном хлынула кровь, забрызгала превратившийся в стекло песок, одежду, лицо Паарда: попала даже в глаза.

Это была победа. Тяжёлая и неприятная.

Паард опёрся руками о пол и склонил голову вниз в жесте усталости. После удара молниями мышцы сводило до сих пор, а боль в сердце нарастала. Он был слаб. Слаб - и в очередной раз выгрыз победу зубами. Необходимо было отдышаться.

Он поднял голову лишь тогда, когда услышал незнакомый голос.

Не известная ранее сущность. Страшные пожелтевшие клыки, чёрные дёсна и запах изо рта. Мужской утробный голос, который звучал будто из сказок о демонах из потустороннего мира. От его смеха у слабонервных наверняка стыла кровь в жилах. Паард молчал, смотря на него в упор. Сущность растворилась, оборонив несколько фраз, которые зачем-то отложились в голове, как навязчивые мысли. Они деморализовали: тяжело драться в полную силу, когда узнаёшь, что чем-то дорог другому человеку.

Шейлина истекала кровью. Паард не захотел ничего отвечать её альтер-эго. Оно пропало - и Паард на руках пододвинулся ближе к ученице. Дрожь в руках не унималась, но он, в отличие от Шейлины, был хотя в создании и здравом уме. Благо, за двести восемьдесят лет его отвело связаться с деосом, который в критический для фэдэлеса момент почему-то оказался равнодушен.

Кровь фонтанировала дальше, но поток был уже слабее. Большая доля жидкости вылилась из тела наружу. Паард отбросил оружия, снял с правого бедра портупею и придвинул бессознательное тело к себе. Ремень, действующий как тугой жгут, обхватил ногу Шейлины под ягодицей и туго обвязал бедро, останавливая кровь. Сол погас, и пока оружие было ещё горячее, Паард прижал раскалённый металл к левой ноге. Второй поток крови был так же остановлен.

Взгляд упал на недавно оставленный след от кинжала, который Паард нанёс Шейлине ещё в самом начале сражения: он наполовину затянулся усилиями магической регенерации. На этом первую помощь можно было закончить. Лазарет был на первом этаже недалеко от тренировочной арены. Раненную нужно было только туда отнести.

Саи остались лежать на расплавленном песке. Паард тяжело поднялся и увлёк себе на на плечо Шейлину, про себя понимая: ещё одна её атака - лазарет понадобился бы уже ему.

0

14

We have the force to fight
We have the blinding light
We have the will to win
Forever we'll defend

Иногда, чтобы убить человека, не нужно никакого оружия. Иногда, чтобы убить человека, достаточно ему сказать пару слов, которые втопчат его в грязь, уничтожат его боевой дух в настоящую труху, а после развеять это всё по ветру, чтобы собрать обратно было невозможно. Обычно Шейлина этим и занималась, когда настроение было скверным. Когда настроение было хорошим, то она просто отправит визави на три, а то и больше, букв. Но сейчас это было ненужно. Паскаль всё сделал за неё. Она и не ожидала, что Альтер-эго может быть настолько моральным ублюдком, хотя он даже не грубил, не ругался и не бранил, как это обычно делает девушка. Паскаль просто сказал правду. Дентка предпочитала просто материться и осквернять всё генеалогическое древо своего противника, но сейчас слова сделали всё за неё. Паскаль отлично её изображал, вбирая все её черты за десять с лишним лет общения и наблюдения со стороны. Наёмница даже не ожидала того, что он сможет подобрать тот самый тон с глумливостью, когда Лина хотела только взбесить своего врага, разозлить и поиграть на нервах. Это у него вышло просто замечательно.

Шейлина наблюдала за всем концертом со стороны, находясь в невидимости. Она в первые минуты присутствия на Колизее не зря сняла наручи и плащ. Лина сделала это не для показушности, не для эффектного появления, чтобы её все увидели без иллюзорной внешности. Это было всё спланировано. В тот момент, когда она сняла артефакт смены облика и сразу бросилась в атаку, кот закрыл своими лапами наручи, чтобы их никто не украл. Трансденты и Схаласдерон – это планета убийц, воров. Гильдия «Эстерус» - планета профессиональных убийц и воров. Это всё было спланировано и оговорено с Паскалем заранее.

Вот она снимает наручи и плащ, делая вид, что она без артефакта. Но когда стена Сол от учителя закрывала обзор, она материализовала своего Альтер-эго и поменялась с ним местами. Паскаль надел её наручи и принял её облик, меняя свой голос, напрягая голосовые связки. Сиплость голоса можно было свалить на усталость и густой дым, затрудняющий дыхание. Паард не мог заметить среди своей же завесы, как она менялась с ним местами и договаривалась обо всём. И вот она сама ушла в невидимость, надеясь, что бой закончится раньше, чем через двадцать минут. Так и произошло. Буквально пара мгновений, и Альтер-эго смеётся от комичности ситуаций.

Неплохо сработано. В ответ тишина. Дентка усмехнулась и глядела, как наставник несёт тело Альтер-эго. А сама дымка фантома исходила от Шейлины. Она склонила голову и видела довольное выражение лица Паскаля. Он, правда, понял, почему Шейлина так корпела над своими навыками. Он понял, почему она так старалась.

Ледяная корка снова прошлась по полу, дотягиваясь до ступней наставника, приятно или не очень обжигая своим холодом разгоряченное тело арходента. Девушка сняла капюшон с головы и стала видимой. Зрители снова всполошились и начался гам. Некоторые показывали пальцами. Они не понимали происходящее. Шейлина, в принципе, тоже не понимала, почему Паард повернулся к ней спиной.

- Сколько раз я тебе говорила, что ко врагу нельзя поворачиваться спиной? – произнесла девушка так, что Паард смог её расслышать. Она повторила его слова в первые минуты битвы. Лина материализовала в руках клинок и метнула его в сторону учителя больше для привлечения внимания, чем для нанесения урона. Бой не окончен.

кубики

Отредактировано Шейлина (13.08.21 15:11:49)

0

15

Паард не отличал правды от лжи. Жизнь обделила его проницательность и интуицией. В его системе расчёта всё было прозрачно: он не скрывал своих атак, не держал в тайне свои возможности и не прятал оружие. Шейлина, подобно ему самому, всегда представлялась Паарду соперником прямолинейным: говорливая, вспыльчивая и несдержанная.

Прошло столько времени, но казалось, что это было вчера. Она бежала к нему навстречу, размахивая руками, а сама получала либо ногой в челюсть, либо посохом в грудь. И так раз за разом. Злилась и наступала. Получала и уходила.

Сейчас она выжала его до нитки. Почти что выломала руки.

Паард закрыл глаза. Её голос с долей усмешки заставил на губах выступить едва заметную улыбку. Да, он всегда ей говорил об этом: к противнику никогда не нужно поворачиваться спиной. И пусть сегодня Шейлина допустила ошибку, которая стоила ей проникающего ранения в бок, правило она закрепила.

Пусть эта ошибка будет её последней.

Паард говорил мало. Часто не отвечал вообще: ни на вопросы, которые ему задавали, ни на комментарии, которые отпускали в его сторону - что было частью характера, о которую ученики спотыкались бесчисленное множество раз. Сейчас и говорить вовсе не имело смысла: нечего ответить. Он даже не повернулся: просто скинул фальшивое тело трасдента с себя, освободив и без того усталые плечи.

Ступни неприятно обожгло льдом. Паард попытался поднять правую ногу, но кромка льда надёжно приковала его к замороженному полу арены. По ощущениям - тысяча тонкий игл под кожу. Хрупкие снежинки и тонкая поверхность наледи выглядели безобидно, но могли удерживать даже такого сильного полукровку-архонта, как Паард. Удивительно: дух захватывало.

Ведь когда ты обессилен, чувства становятся острее и открывается настоящий характер. Паард не повёл бровью на просвистевшую перед его носом поверхность кинжала. Внезапно и неожиданно: но силы удивляться медленно сходили на нет. Он не мог пошевелиться из-за скованных ног, да и особенно не старался, лишь обратился вполоборота:

- Неплохо, - начал Паард на тихой провокационной ноте, - сработало твоё Альтер-эго. А сама без него ты хоть что-нибудь из себя представляешь?

Шейлина была острой на язык. Паард никогда не опускался до оскорблений и рукоприкладства даже в её адрес, но он тоже умел

втаптывать чужие заслуги в грязь.

Его сдержанная улыбка была токсичной и гордой. Шейлина, видно, радовалась, что смогла обвести учителя вокруг пальца, но в его глазах не было ни грамма уважения. Обманула - и обманула. Провела - и провела.

Он ей совершенно не гордился, хотя и понимал: победителей не судят. Но победы тоже бывают разные. Радоваться ей приходилось недолго: ибо перед её лицом мгновенно возникла руна, угрожающая ей шестью кристаллами, разрушающими плоть до кости.

Активированный Варх мгновенно сломал кромку льда. Она раскололась с приятным треском, и звук лопающейся поверхности льда сопровождал Паарда ровно до момента, как он добежал до Шейлины. Саи материализовались в его руках, уже холодные и остывшие от огненной руны, но Варх, погасший на ногах, загорелся на них вновь. Он не собирался атаковать оружием.

Просто замахнулся ногой в голову. В сущности, его повреждения были даже более лёгкие, чем у Шейлины. А влияние молний не будет длиться вечно.

Раз ученица была готова продолжать бой - бой будет продолжен.

0

16

О противниках можно судить лишь по их поступкам к поверженному сопернику: кто-то плюнет в лицо, кто-то посмотрит презрительно и уйдёт, кто-то будет доказывать свою победу с пеной у рта, а кто-то просто возьмёт своего врага на плечи и унесёт лечиться, чтоб сражение отложить на потом. Лина не зря думала, что Паард кажется черствым только снаружи. Она не верила слухам, не разносит сплетни, но всё же каждый раз по возвращению в гильдию дентка ловила на себе странные взгляды и слышала грустную музыку на пианино, которая эхом разносится по зданиям и комнатам гильдии. Многие утверждали, что это играет Паард во имя его ученицы, по которой он тоскует. Лина на это первое время фыркала и прыскала от смеха, что не может такой человек тосковать по такой сучке, как Шейлина, пока не увидела своими глазами. Она решила пробраться к Паарду через фантом сквозь стены и наблюдала. Молча наблюдала и слушала, скрестив руки на груди и облокотившись о дверной косяк. Она была приятно удивлена, поражена и изумлена. Но издеваться над ним не стала, оставив и сохранив всё в тайне. Наёмница не стала поднимать эту тему с кем-либо, даже с Паскалем. Она не хотела об этом говорить. Даже такая сволочь, как Шейли, понимала, что это Живое. Это то, кем является наставник Паард. Это он настоящий.
Вот и сейчас Шейлина так же смотрела и видела, как он уносит мнимое тело, которое при сброске с плеча начало развеиваться в воздухе, как туман. Паскаль заслужил отдых. Он и сам это понимал, посему и молчал всё остальное время. Дальше Шейлина будет драться сама. Это её поединок. Это должна быть её победа. На что, собственно, наставник и намекнул своим глумливым тоном, по-своему бросая денту вызов. Ох, опасное это дело - бросать Лине вызов. Она ведь его примет, не раздумывая! Она любит опасность. Она любит доказывать свою правоту и мощь. Если Шейлина проигнорит такое, то это будет уже не она, а потому она и отреагировала. Девушка была готова к продолжению боя со стороны арходента. Если Паард вздумал продолжить, несмотря на все свои ранения, усталость, то он продолжит. И потому Шейли лишь только довольно улыбнулась уголком губ, щуря глаза по-кошачьи. Она следила за действиями своего противника. Она следила за ним всё это время. Девушка точно знала, что может её наставник. И она теперь готова ко всем его выпадам и трюкам.
Плох тот наёмник, у которого бесславная победа. Альтер-эго лишь помог только вымотать учителя. Паскаль сделал так, что Лине оставались последние шаги. Но Шейлина знала только одно: в Эстерусе не сдаются. Паард не сдастся без боя, даже если вымотан, как последняя собака, даже если истекает кровью, как зарезанная тварь. Шейли знала точно: Паард не отступит.
Девушка проследила за его движениями. Она следила за его руками, глазами и ногами. За всем, чем можно следить. И вот в его руках материализовались парные оружия ближнего боя. Этот бой обещал быть очень интересным. Этот бой обещал быть захватывающим. И этот бой обещал быть честным.
- Веритрар, - прошелестела девушка и скрестила руки перед собой, загораживаясь от удара ногой по чему-нибудь уязвимому. Заклинание на удивление послушалось дентку и образовало вокруг неё зеркальный щит. Остаётся думать, куда приведёт этот бой. Куда приведут эти атаки в целом. Будет ли так, что они будут уважать друг друга и ценить, зная, кто на что способен? Будет ли так, что они начнут ненавидеть друг друга, зная, что их бои никогда не прекратятся: если не физические, то моральные?
- Аверар, - и ещё одна злополучная стихийная атака с воздуха. Она призвала воздушную воронку, которая должна окружить Паарда и поднимать его в воздух. Лина прекрасно знала слабое место своего врага - это атака руками природы. Стихия. И она этим, как последняя сволочь, пользовалась. А разве не в этом заключается миссия убийцы: найти уязвимое место и обезвредить? Определённо, это имело место быть.
И как только Паард поднимется в воздух из-за воронки (а может и нет, но это мотивов Лины не отменяет), то она призвала клинок снова в руках и уже обе штуки и метнула их в сторону своего соперника, целясь в грудь.
кубики

Отредактировано Шейлина (14.08.21 10:02:55)

0

17

Под ногами слышались свистящие потоки воздуха. Неприятного ощущение от царившей на волу стихии льда усилилось стократно. Паард опустил взгляд и увидел на земле подобие воронки, которая захватывала его ноги подобно лапам животного, хватая и цепляя за край порванной штанины. Сотня снежинок поднялась вверх, в причудливом вальсе выбрасываемая потоками слабого ветра назад к небу. Ветер свистел в ушах, как при предвестниках бури, оглушал и не давал возможности услышать заклинания. Ладони сильнее сжали саи в руках: в любой момент они грозили быть выбитыми.

Скорость циркулирующего воздуха вокруг Паарда начинала стремительно нарастать: он не знал, как работала неизвестная воздушная атака и решил избежать воронки, ускорив время и шагнув влево. Чувство равновесия было нарушено: внутри воздушного торнадо царило странное ощущение невесомости. Не совершенное, а скорее извращенное: будто в один момент разучиваешься владеть собственным телом.

Маленький шаг в сторону под ускоряющей способностью. Не сработало. Едва границы воронки почувствовали движение ноги, моментально активизировались и выкинули Паарда вверх, будто под землей мгновенно сработал сильнейший гейзер. Поток воздуха ударил в спину, в голову, прошёлся по груди и перекувыркнул его на значительном расстоянии от земли. Каким образом удалось отбить смертоносную атаку Шейлины - оставалось загадкой. Это вообще получилось случайно: на такой скорости и внезапном действии от противника действуешь скорее инстинктивно, чем осознанно. Паард лишь захватил зубцами - и кинжал сам выпал у Шейлины из рук, поддерживаемый теми же потоками воздуха, которые подняли и его. Кинжал взлетел следом за Паардом в воздух и был отброшен куда-то в сторону леса.

Там, на высоте, загадочно мелькнуло небо, затянутое плотными тучами. Сверкнула молния, и слух, сконцентрированный на свистящих движениях ветра, уловил отталённые тоны грома. Собирался дождь. Паард не знал, как бороться со стихиями, но поражающая воображение близость к небу захватывала у него дух, как у ребёнка. Как музыка, к которой он никогда не был равнодушен.

Приземлился Паард мягко. Как кошка - на все четыре «лапы», готовясь к продолжению сражения со своей назойливой ученицей. Там, в приятной близости к очертанию облаков, открылось второе дыхание, способное отвлечь от болей в мышцах.

Да, Шейлина его вымотала. Да, привыкший обезоруживать врага ещё в первых минутах Паард был не в своей тарелке. Но у него до сих не было ни одного серьёзного ранения. А усталость - ей можно было пренебречь.

Паард приземлился на достаточном расстоянии от Шейлины, чтобы перевести дух и вернуть спокойное дыхание. Какое-то время он просто изучал её лицо. Её яркие светлые глаза не упускали его из виду и были заметны даже на расстоянии, значительным для разбега.

Наблюдала? Ну и пусть. Возможно, это её самый последний урок в гильдии «Эстерус». Возможно, они никогда больше не встретятся.

Паард размял затёкшую шею и сорвался с места. Достичь ученицу стало лишь вопросом нескольких секунд. Саи сверкнули в его руках, и он сделал выпал вперёд правой, прицеливаясь в лицо, и одновременно открыл для атаки грудь.

Кубики

Кубики

0

18

Элегантность кошки, грация картошки.
Иногда можно было задуматься над тем интересным фактом, который иногда озадачивал Шейлину уже многие и многие годы: как кошки приземляются на четыре лапы. Собаки не умеют, люди не умеют, а кошки умеют и могут. Лина многократно устраивала эксперименты над своим котом против его воли, кидала его, бросала, подбрасывала в воздух, создавала воронку и смотрела, как махуру летит и приземляются на четыре лапы вне зависимости от того, как долго и высоко летит зверь. В любом случае он приземляется на четыре лапы, если не мешают какие-либо факторы: препятствия или ранения. Стоило как-либо поранить кота, то равновесие у него сразу же терялось и он приземлялся уже не на четыре лапы, а заваливался или на бок, или плашмя на живот плюхался. Но Паард хоть и не любил кошек, но сам был их олицетворением. Он приземлился на четыре лапы, несмотря на головокружение и прочие опасные факторы. Он даже смог отбить её метательные клинки. Что ж, молодец, конечно, но как долго это продлиться?
Удача была пока на его стороне, но дентка была уверена, что она скоро от него отвернётся. А когда удача отворачивается, то поворачивается уже в другую сторону. Лина же руководствовалась правилом: Если удача от тебя отвернулась, то дай ей пинка, чтобы она повернулась и увидела эту сволочь. Долгое время удача была на стороне Шейлины, но всему приходит конец. Фортуна прекратила своё действие.
Вот Паард мчится к ней навстречу, девушка наблюдала за ним и готовилась к его атаке, но что-то пошло не так и реакция её подвела. Сая арходента прилетела прямо девушке в лоб. В глазах мимолётно потемнело, дезориентируя дентку. В ушах зазвенело. Шейлина попятилась на два шага и прислонила руку ко лбу, после посмотрела на ладонь. Вся ладонь была в крови, глаза заливало кровью. И теперь глаза заполнила кровавая дымка во всех смыслах этого слова. Лина зарычала от злости и боли, оскалив зубы. В голове отдавалась острая боль, которая отвлекала от всего вокруг, эта боль охватила всю лобную долю и отдавала в затылочную часть.
Трансдент сделала выпад правой рукой, но удар в голову лишил её равновесия. И сам выпад Лины прошёл наискосок, она не смогла задеть и близко своего противника. Но это её не остановило. Дентка пришла сюда за реваншем. И победа должна быть её. Пусть ей стократно попадут в лоб и пробьют печень, она будет драться до конца, уже точно зная, что наставник не оставит её в одиночестве истекать кровью и помирать, как уличную шавку на земле.
- Эллелар, - проговорила дентка и припала на одно колено из-за жуткой головной боли. Но эта боль лишь только больше разогревала её азарт и желание бороться. Нимфоманка будет драться, хоть и истекает кровью, хоть у неё и пробит лоб, хоть у неё сейчас и жутко болит голова, хоть у неё сейчас и три дырки в башке. Это ей не помешает.
Хоть сейчас удача и на стороне арходента, но удача всегда имела свойство заканчиваться и уходить, прям как первая любовь. Но есть ли место любви на поле боя? С Шейлиной возможно всякое: от полной драмы и трагедии до какой-нибудь смехотворной ситуации, которая выбьет из коллеи не только противника, но и саму девушку. Прочие бывали задания: простые убийства, простая ловля, выслеживание добычи и поиск информации. Нередко поиск информации был негуманным: Нимфоманка прибегала к любым методам лишь бы заполучить своё и начальство было довольно. Лишь бы Паард был доволен её работой. Но иногда приходилось доказывать свою правоту с пеной у рта и тыкать пальцем в жертву, как кота в его справленную нужду в неположенном месте. Если Лине казалось, что её работа была выполнена качественно, то Паард тыкал в ошибки носом уже её, как того же котёнка. Это её злило. Это её бесило. Но дентка старалась, чтобы угодить лишь ему одному. Она пыталась заслужить его уважение к себе. Но никакие выполненные задания не сравнивались с той победой, которую по-настоящему стоило вырвать зубами. Если Шейлине придётся ради победы выцарапать ногтями глаза наставнику, то она это сделает.
1, 2

Отредактировано Шейлина (14.08.21 16:10:42)

0

19

Как сложно было управляться с силой природных стихий Паарду, так и внезапно против Шейлины выступала врождённая мощь титанов-архонтов. Всё в этом мире имеет своё противодействие: против не характерной Схаласдерону магии льда, воды и воздуха - магические особенности, свойственные жителям другой планеты. Ведь живя столько лет бок о бок преимущественно с трансдентами, ты знаешь их расовую силу почти наизусть. Другое дело - иные. Никогда не знаешь, какие козыри прячутся в их рукавах. И пусть Шейлина сама шла своей дорогой в пути совершенствования и совсем не по сценарию своей расы, управа могла найтись на любую силу. Мощь титанов - подавляющая и разрушающая в своей сущности материя имела один значительный недостаток.

Если ты хотел использовать её колоссальную мощь и возможности, ты должен ей чем-то пожертвовать.

Руна Вермо была ярким олицетворением гармонии магии. Она давала возможность уклоняться от сверхскоростных пуль, среагировать на внезапный выпад врага и избежать опасности, даже находясь на волосок от смерти. Но обязательно тащила прицепом неприятные побочные явления, которые могли навредить ещё больше, чем принести пользы. Однако Вермо была лучшей зашитой против любой атаки. Какой смысл в мощи соперника, если, управляя временем, ты можешь встать за его спиной с ножом у горла?

- Вермо! - громкий голос Паарда звучал в тон наступающему грому.

И Вермо сработала. Время замерло, словно по мановению руки. Осталась лишь почти статичная картинка, словно видеозапись в замедленной съёмке: как ярко горели глаза Шейлины, как светлые волосы от резких движений медленно падали ей на окровавленное лицо. Три небольшие дырки на лбу от сай, из которых медленно сочилась кровь, и губы - изогнутые во враждебном оскале на женственно-приятном лице. Можно было угадать даже дыхание: по тяжело вздымающейся груди и форсированно наполненным лёгким. Паард не удержался и легко щёлкнул Шейлину по носу: в замедленном в несколько раз времени она всё равно не увидит его руки.

Но Вермо прошла, обманывая преследующие цель молнии. Электрические снаряды сгруппировано ударили в камень, на котором менее секунды назад стоял Паард, и исчезли - с верным чувством выполненного долго. Руна потухла на зрачке носителя крови архонта, отбирая его жизненные силы, будто в наказание за избежание гибели.

Состояние сознания после использования Вермо было похоже на чувство после принятия большой дозы алкоголя. Голову сжимал воображаемый обруч головной боли, перед глазами плавали тени и блики. Паард стоял перед Шейлиной вплотную, но на добрую минуту перестал её узнавать. Он был обескуражен происходящим, словно его разбудили посреди кошмара и поместили в любом рандомном пересечении места и времени. Ничего не объяснили и не рассказали. Сознание было как чистый лист, из которого махом вынули все цели и воспоминания. Все лица и всё прошлое.

Шейлину и их тренировки.

Паард занёс оружия скорее для самозащиты: три ярких дырки на лбу от его сай говорили ярко, что перед ним враг, которого требовалось уничтожить. «Атаковать быстро, уничтожать молниеносно» уже давно были отложены на подкорке.

У него бы всё получилось. Левая рука занесла сай над головой соперницы и готова была нанести сокрушительный удар. Паард сделал шаг вперёд и дрогнул.

Правая рука замерла в воздухе и ослабила хватку оружия. Оно чуть не выпало из его ладони. Паард напоролся животом на кинжал Шейлины сам.

Сам - нанеся себе невозможную боль.

Отредактировано Паард (14.08.21 20:58:22)

0

20

Иногда себя сдерживать очень тяжело, но эмоции ищут скорейшего выхода из ситуации. Иногда приходится держать себя в узде, словно ездовое животное. Да только Лина не пользовалась никогда уздечкой и седлом, когда добиралась верхом на махуру, не считая нужным сковывать его движения и нагружать себя лишним инвентарём. Лишние вещи - лишний груз. Лишний груз - лишние проблемы. Ведь дентка прекрасно понимала, что сражаться и передвигаться придётся много и очень долго. Иногда она сомневалась в нужности некоторых вещей, сомневалась во многих деталях заказа, но против начальства не поспоришь - надо, значит надо.
Трансдент наблюдала за Паардом и была уверена, что он не сможет выдержать ещё одного натиска. Почему-то Шейлине казалось, что молнии являлись слабым местом у наставника, чем и пользовалась.
В любом случае против разряда тока, причём очень мощного, устоять мало кто сможет. Лина не говорила, что она и сама сможет быть стойкой к этой шальной стихии, но была уверена почти на все сто, что она выдержит, раз она может её укротить и использовать в свою пользу. Пока не наткнётся на такого же стихийного мага, как она сама. Девушка старалась разрабатывать свои навыки, но ей больше нравились молнии и лёд. Лёд всегда был ей по душе, а молнии раскрывали её импульсивный нрав, как сами разряды тока, которые могли остановить сердце. И она пыталась давить на это слабое место, ковырять незажившие язвы, сыпать соль на свежие раны. Удар по больному месту всегда приносил ещё больше боли и урона, чего не хватало сейчас.
Лина моргнула и увидела, что наставник исчез со своего места, успевая избежать разряда током от её молниеносных атак в прямом смысле этого слова. Её атаки воистину несли молнии. Она старалась по максимуму нанести ему как можно больше сбоев сердечного ритма, сбить его с толку и пути. Но наставник на то и наставник, что он легко не сдастся своему ученику. Ученик должен превзойти своего учителя. Шейлина это прекрасно это понимала и знала, поэтому она к этому стремилась и старалась вымотать Паарда как можно больше.
Мгновение и они находятся в таком тесном контакте, что Лина не была в такой близости даже со своими любовниками. Она могла разглядеть его тёмные покрасневшие от усталости и многократных ударов молний глаза, чёрные как смоль волосы, которые липли к потному лбу. И его спокойное лицо. Они были в такой близости, что они могли коснуться губами друг друга. Они были в такой близости друг к другу, что Шейлина могла ощутить его запах пота, крови и даже немного опаленных волос. Рука, держащая клинок, чувствовала давление. Паард случайно на него напоролся. А сай арходента проскользнула по её лицу в опасной близости от глаза, но Лина чувствовала ту режущую боль по всему лицу. Она не успела уйти в фантом: реакции не хватило. Плащ на плечах слегка шелохнулся от выплескивающейся из него магии и снова аккуратно свисал с плеч, на этот раз он исчерпал свой лимит способностей. Дентка захотела сделать ещё больнее парню, занося второй клинок снизу, вонзая его в живот. А по рукам уже провести ещё один разряд током. Уже напрямую в сердце через желудок. Ведь путь к мужчине лежит через его желудок. Как бы это ни странно звучало, но Нимфоманка решила прислушаться к этому совету впервые. И эта фраза зазвучала в других красках.
Шейлина от этого, будем честными, устала не меньше Паарда, но реванш и месть и есть реванш и месть. Пока адреналин блуждает в крови, она будет сражаться. Даже если спи учителя угодят ей в глаза и она ослепнет, то будет сражаться, уже опираясь на другие чувства: слух и обоняние. Она в первые минуты сражения и так на мгновение закрывала глаза и слушала все звуки, которые её окружали. И это поражающе, но девушка этого не показывала.
Сила есть - ума не надо. Как же это подходит Шейлине, но Паард сочетал в себе два этих параметра, которые он умело использовал против бездумной дентки, которая больше действовала наобум и била на поражение. Во время боя думать некогда: как, чем и куда бить. Нужно следовать своим инстинктам и отработанным навыкам. Мышечная память решала многие проблемы и делала различные вещи. ведь инстинкт самосохранения останется всегда с ней, но он почему-то иногда спит крепким и непробудным сном.
Так кто же быстрее уснёт: Паард или Шейлина?
1, 2

Отредактировано Шейлина (14.08.21 23:56:19)

0

21

Вермо рассеялась, и пришла она.

Назойливая муза. Она сама лезла в голову. Навязчиво, упрямо, невпопад, хватая за голову своими цепкими длинными пальцами и обращая к себе твоё лицо, чтобы ты никак не мог от неё отвернуться. Она смотрела требовательно, не терпя пререканий и возражений. Ей невозможно было что-то ответить, ведь перед её обликом у тебя не было права голоса. Она твёрдо приказывала:

- Посмотри на меня. Немедленно.

Дикая, необузданная, жадная. Высасывющая жизненные соки и дарующая искушённое наслаждение.

Музыка.

Вдохновение рождается от чувств, которые испытываешь впервые. Вдохновление рождается от редких событий, которые переживаешь и которые волнуют твоё естество. И тянут в светлую комнату на последний этаж Сал-Тара: взять нотную тетрадь, карандаш, открыть крышку старого фортепиано и увековечить то, что настойчиво лезло в голову. Отдаться эмоциям как любви: позволить им владеть тобой, направлять тебя, управлять твоими мыслями. Из сильного воина превратиться в пленника: и наслаждаться каждой секундой своей беспомощности.

Потому что в плен иногда сдаются добровольно.

В иные года композитор сам создавал музыку. В иные года музыка сама руководила композитором.

В голове Паарда звучала мелодия: с быстрым ритмом, нагнетающая тревогу, с переливами клавиш в середине её кульминации. Музыка боя: двух яростных соперников, готовых перегрызть друг другу глотки. Мелодия ненависти, мелодия борьбы за выживание. Двух разительно похожих друг на друга людей, исполняющих волнующий опасный танец. Людей стремительных и решительных, быстрых, не раздумывающих долго - схлестнувшихся в одном единственном сражении, которое должно закончиться…

Победой. Долгой паузой, а после - безмятежной музыкой покоя и умиротворения. Нежными и редкими касаниями пальцами о клавиши. Трогательностью вырванной удачи: не ликующей от красивого удара, а тяжёлой от неимоверно большого количества приложенных усилий. Когда нет места бешеному притоку адреналина и веселья, когда не хочется праздновать. Когда победа - это светлое, выстраданное чувство.

Для кого-то из них. Или для обоих. В музыке, как и в кино: иногда приятно оставлять открытую концовку. И пусть уши слушающих решат: победила ли тема первого врага или второго. А возможно, они оба смертельно ранены друг другом. И оба непременно погибнут.

На поле боя сейчас тоже оставалась «открытая концовка», только она не могла продолжаться вечно. Кто-то должен был унести с собой победу: и оба понимали, что лёгкой она не будет. Оба были готовы принять и поражение, и удачный момент - воспользоваться им, как только хвост удачи промелькнёт перед его носом. Ухватиться без промедлений, ухватиться, «потому что уже хватит». Мучить друг друга и мучить себя.

Когда-то это должно закончиться. Когда-то. Но не сейчас.

Паард сделал шаг назад, ступив с кинжала, на который напоролся сам буквально пару секунд назад. Со сравнению с этим ранением молнии доставили лишь лёгкий дискомфорт(а возможно, так только казалось, ведь природная регенерация медленно, но верно делала своё дело). С кинжала стекала тёмно-красная кровь, как и с безрукавки - и капала на стеклянный пол арены. Было больно. Так, как невозможно описать словами. Паард поморщился, ухватившись рукою за живот и хотел одновременно отступить и атаковать. Но получилось лишь отбить второй клинок Шейлины и поймать разряды молний: на острие собственного оружия. Атака Шейлины не прошла: а ведь не хватило чуть-чуть. Саи затряслились от наполнения энергией и стали горячее. Не хватило буквально немного.

Удача - неверная подруга. Она словно бегала от одного человека к другому в усмешке и издевательстве. Вот - сражавшийся долгое время без смертельных ранений Паард серьёзно ранен. Вот - вымазанная в собственной крови Шейлина держится стойким оловянным солдатиком, но не может добить одним ударом.

Может, ей и самой больно?

Паард пригнулся к земле, чтобы боль в животе хоть немного утихла. Он уже не был так спокоен и безмятежен: глаза, отражающие физическую боль, смотрели на ученицу как на достойного противника.

Однако в них по-прежнему

не было вражды.

0

22

Тяжелое дыхание, приподнимающая грудь. Кровь заливала глаза, которая уже немного успела запечься и свернуться, но небольшие струйки продолжали течь из отверстий во лбу, а вот правый глаз немного отёк после пореза саем Паарда. Была бы Лина простой смертной, а не магическим существом, то она бы уже давно лежала бездыханная и истекающая кровью. Но трансдентов так просто не убьёшь, а арходентов, к коим относился парень, и подавно не пришибить одним лишь тапком или не затыкать одним лишь клинком.
Лина наблюдала, как учитель истекает кровью от своей же глупой ошибки: ускорить время, а после не заметить выпад своей ученицы и напороться на клинок. Она не знает жалости. Её так учили. Паард сам же её так и научил, что врагов жалеть нельзя, убивать беспощадно и хладнокровно. Они нам никто. Так и сейчас для Шейлины Паард является никем и звать его никак, пока она с ним дерётся. Дентка подняла свою руку с окровавленным лезвием клинка и поднесла ко рту, после чего медленно лизнула, слизывая кровь, в то же время коварно улыбаясь и посмеиваясь ему в лицо.
Казалось бы, конец близок.
- Антерлорел, - и ничего. Девушка начала злиться, что магия не хочет её слушаться в самые последние моменты битвы. Сейчас Паард восстановит силы и снова восстановит атаку, раня свою ученицу сам и нанося последний сокрушительный удар. Нужен лишь один толчок. Казалось бы, на парня достаточно просто дунуть, и он рухнет наземь, развалившись и открыв свой живот. Но он стойко держался на ногах. У зрителей это вызывало восхищение. Но никак не у Шейлины. Она бесилась. Она злилась. Она становилась более яростной. Лина пришла сюда за тем, чтобы повалить на пол, разбивая стекло, а потом заставить это самое стекло жрать. Дентка заскрипела зубами и прищурилась. – Антерлорел, сука, - снова ничего. Наёмница, видимо, исчерпала все свои магические резервы во время боя, постоянно призывая стихию себе на помощь. – Чёрт с ним, сама разберусь, - Лина засучила рукава, всё также держа в руках свои клинки. Она сделала рывок навстречу арходента, но ноги свело судорогой, и она просто завалилась на бок, даже не задев своего учителя.
- БЛЯТЬ! – она пролетела буквально в сантиметре мимо парня, мелькая своими клинками у него перед глазами и носом. Ещё бы чуть-чуть и она бы его завалила на пол перед собой, используя как подушку безопасности для мягкой посадки. Шейлина лежала на животе, после перевернулась на спину и отпустила свои клинки из рук, закрывая руки глазами. С её стороны слышались всхлипы, но не было видно слёз. Девушка начала просто истерически смеяться от данной сложившейся ситуации. Победа так близко и так далеко.
С каждой секундой её смех становился всё громче и громче, раздаваясь по всей арене эхом. Кот в углу здания покосился на неё, навострив уши, не понимая шутки и в целом происходящее. Он не видел ничего смешного в этих обстоятельствах: хозяйка с исцарапанным лицом и истекающая кровью, руки и ноги в мозолях, одежда порвана и в крови, где-то опалённые волосы и громко смеётся. Шейлина сама не знала чего хочет: плакать или смеяться. Она пришла сюда драться, но оба противника настолько не хотят сдаваться, что из последних сил тычат друг в дружку своими оружиями. Они оба едва стоят на ногах, корчатся от боли, но не сдаются. Два упрямых осла.
неудача ><

0

23

Уникальный трансдент Шейлина, известная миру как Рэкта’Блэйдор.

Иногда Паард задавался вопросом, почему её до сих пор не подсторожили в тёмном переулке, не избили и не научили хотя бы «адекватному» поведению и умению держать язык за зубами. Каждый раз наблюдая за повадками её характера, Паард отмечал, что такой исход событий был бы самым логичным в её жизни. Шейлина явно нарывалась - и в скором времени грозила получить если не саем в глаз, то...

Удивителен был разгон: от гордой воительницы, пришедшей на поле боя за реваншем, опасной убийцы, ловкой и неуловимой - до образа бомжа, который с пьяных глаз будет махать руками-ногами с целью отобрать кусок протухшей котлеты размером три на пять сантиметров, надкусанной и затвердевшей. А уж если к котлете прилагалось недопитое пиво, оставшееся на дне выкинутой банки, - это максимально жестокое в своей нелепости сражение не на жизнь, а на смерть. Паард лишь встал в защитную стойку, готовясь отразить удар кинжалами, но всё случилось будто без его участия. Он сделал шаг влево - Шейлина пролетела мимо него на всей скорости и упала плашмя на землю, измазавшись в луже. В какой-то момент Паард поймал себя на мысли, что не участвует, а просто наблюдает, как Шейлина развлекает себя сама, а он в её бешеном танце лишь заблудший невольный зритель.

Невольный - потому что с ним даже не поздоровались и не сказали, что, собственно, от него нужно было и чем он заслужил такое тёплое приветствие после месяцев отсутствия. Может, обидел, может, убил папу, маму, сестру, любовника - или просто: «Ух, ненавижу!» С женщинами может быть что угодно: Паард уже давно не лез  женщинам в голову, потому что разобраться в ней было под силу только Демиургу.

Но Шейлина била все рекорды.

С окровавленным лицом, раскидав собственное оружие по обе стороны от тела, она просто закрыла лицо руками и пустилась во все тяжкие эмоционального срыва. Паард даже не понимал, что именно она пыталась выразить своим истеричными смехом: крайнюю степень негодования, горечь от ускользающей победы или искреннее удивление над нелепостью ситуации. Паард повернул голову на стоящего неподалёку махуру и нашёл в его взгляде нечто родственное со своим.

Они оба не понимали, что происходит.

Паард держал оружие наготове и бесслышно подошёл к Шейлине ближе. С окровавленным лбом и отёкшим глазом она смотрелась как никогда прекрасно гармонично и безумно. В глазах Паарда загорелась пелена тёмно-фиолетового пламени, но была отражена. Ясные радужки Шейлины удалось поймать лишь хитростью.

- Давно хотел тебе сказать, - ласкового звучал голос, склоняющийся к полушёпоту, - что ты отбитая напрочь.

И это сработало. «Взгляд Медузы» погас в зрачках Паарда, и энергическое пламя накинулось на тело Шейлины. Окаменение выглядело красиво: как застывание керамики на имеющем форму сосуде. Как тонкие лапы, захватывающие тело трасндента в свой плен. Большой кокон, который, схватившись, придавал телу серый цвет и гладкость камня.

Паард склонился перед лежащей «статуей» на одно колено. Саи правой руки опёрлись сопернице в горло.

Оставалось полторы минуты. Паард знал: несмотря на то, что глаза Шейлины застыли, она всё ещё его видит. Сай вонзился под горло: Паард придавил крепче, чтобы каменная крошка упала на землю.

У Шейлины оставалась одна надежда:

либо сейчас,

либо поражение.

Кубики

Удача

0

24

В глазах всё плыло: то ли от слёз, то ли от головокружения, то ли от крупного отёка глаза, будто у неё не порез, а огромный ячмень развился прямо во время боя. Нельзя было сказать точно, что, пребывая в истерике, можно размышлять и рассуждать здраво. А истерика была самая что ни на есть хорошая. Дентке было плевать, кто и что подумает на её счёт. В любом случае её будут бояться после этого сражения, огибать дугой, ибо так долго сражаться с самим наставником – это уже вызывало уважение и какую-то странную осторожность непонятного происхождения и в целом непонятной природы. Девушка могла знать только одно – она не могла себя успокоить, даже если задержит дыхание: она от такого метода начинала смеяться ещё громче.
И вот живот и скулы уже сводит от непрекращающегося истеричного смеха, из глаз лились слёзы. От того, что живот болел при напряжении и смеха, девушка смеялась ещё больше, потому что её смешил тот факт, что она бегает по крышам, лазает по вентиляции, может тягать железо и отжиматься на одной руке, а тут из-за какого-то смеха болит живот! И это наличие факта, что от смеха сводило мышцы живота и уже болела челюсть, Шейлина зажмурилась и закрыла глаза руками, словно стеснялась и закрывалась от многочисленных глаз, которые смотрят в её сторону.
Лина не слышала, как Паард подошёл к ней из-за её же смеха и отвлечённых мыслей. А она, к слову, ни о чём не думала. Можно было сказать, что убийца даже забыла, зачем и почему они дерутся. И вот буквально на секунду она остановилась, замолчала и пыталась восстановить дыхание, но снова что-то пошло не так, и девушка расхохоталась, словно смешинку в рот словила. Она по-настоящему забыла, почему они дрались. Вроде бы он ей ничего плохого не сделал. Ну, подумаешь, располосовал её лицо. Ну, подумаешь, пробил ей лоб и сделал три дырки. И дентка задумалась над словом «дырка». И вспомнились какие-то слова, историю которых она уже слабо помнила: «У девочек дырки, а это отверстие», которые заставили Шейлину снова хохотать как ненормальную. Наёмница ухватилась за живот и перевернулась на бок, сворачиваясь в позу эмбриона, сгибая ноги в коленях. Смех становился тише, но плечи продолжали дёргаться в беззвучном смехе. У Лины уже заболело горло от хохотания. И она никак не могла успокоиться, пока не услышала голос Паарда. Она посмотрела на него, начиная понемногу отходить от смеха.
Его слова в большинстве случаев действовали на девушку отрезвляюще. Она взглянула сперва на его пятки, постепенно поднимая глаза: видит его голени, колени, бёдра, паховую область, торс, руки, плечи, ключицы. Взгляд Шейлины скользит по туловищу парня, словно видит его в первый раз. В такой близости они пересекаются не в первый раз. Скорее всего, даже и не в последний. Но трансдент знала точно: их взгляды и пути пересекутся снова.
Его тёмные глаза пересеклись с глазами дента. Взгляд застыл, как и всё тело. Девушка чувствовала, что всё тело словно парализовало и сковало чем-то странным. Лина бы улыбнулась и прищурила свои глаза, глядя на то, как над ней склоняется Паард, прижимая своё оружие к её горлу. Она бы плюнула ему в лицо и дала под дых ногами, отбрасывая от себя куда подальше. Но всё тело было скованно камнем. Так даже интереснее, нечего сказать. Глазами она блуждала по его рукам и пожевала щёки изнутри зубами, задевая острыми клыками. Дентка бы пнула ему в колени и завалилась на него сверху. Она бы оттолкнула его от себя, угрожая уже своим клинком. Но она была в камне, словно статуя. Которая вот-вот оттает.
Казалось бы, конец близок.
Но Шейлина так просто не сдаётся.
Она слегка прищурила глаза и смотрела под ноги себе, под ноги арходенту. Надо ему показать, что она не такая уж и беззащитная. Горло её начинали сжимать оружия ближнего боя учителя. Она чувствовала, что горло протыкает что-то острое, а сам камень крошкой сыпется наземь. Делайте, что хотите, говорил её вид. Но она резко выдохнула воздух носом в усмешке. Дентка перевела взгляд на парня и закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться уже без слов своего Альтер-эго. Она вспоминала своё лирическое вступление, те вспышки молний. И сама не заметила, как вызвала две череды молний подряд. Одну девушка слышала точно: разряд молнии ударил где-то поблизости, подняв кучу пыли и песка, разбивая стекло. А вторая слышалась как-то приглушённо, словно попала в цель. Но в какую именно Лина не могла видеть и понять: она лежала с закрытыми глазами.
защита на взгляд; молнии

Отредактировано Шейлина (18.08.21 07:17:28)

0

25

Ветер нарастал. Тучи прятали норовящее прорваться сквозь них солнце, отпуская к земле лишь редкие медовые лучи, которые рассеивали мрак, но не грели. Прохлада была приятна для двух разгорячённых тел, у которых - как в скучных дешевых романах - всё пришло к логическому финалу.

Паард не сводил с Шейлины глаз. Его рука, и до того израненная ударами молний, была прижата к шее ученицы, ставя на этом бое жирную точку. Всё кончено. Её окаменевшее тело лежало перед ним почти безоружное: он мог в любой момент перерезать ей глотку, но не делал этого.

Зачем? Это не ему - а Шейлине понадобился реванш. Это не Паард так настойчиво нуждался в контроле своих чувств и воспитании хладнокровия - а его неугомонная ученица. Он ни разу не признал её равной себе: и ему это было не нужно.

Это нужно было ей. Этот бой, эта кровь, сам Паард. Три дырки в голове, отёкший глаз. Владение стихиями, клинками, телом - Паард никогда не нуждался в ней.

Но она нуждалась в нём.

Усиливающийся ветер поднимал с песочно-стеклянного пола арены засохшие листья растений и пыль. Последний предвестник бури перед проливным дождём. В животе неприятно свело от боли. Сколько ни прыгай на эмоциях адреналина, тело есть храм: если в нём брешь, тебе рано или поздно станет плохо. Паард игнорировал серьёзное ранение, и вскоре оно дало о себе знать. Он сожмурился от боли, пропуская болезненную волну через себя. Ощущалось это так, будто кинжал до сих был в животе и вырезал внутренности каждый раз при наклоне корпуса. Паард побледнел - настолько, насколько вообще было способно его лицо. И держался из последних сил.

В атмосфере гулящего грома магические атаки молниями оставались незамеченными не только Паардом, но и остальными участниками событий тренировочной арены. Первая молния ударила неподалёку от толпы зевак, вызвав среди них бурю недовольства: кое-кто понял, что то было дело рук неаккуратной Шейлины. В кого-то она и вовсе угодила случайно, и тяжело ранила.

Но вторая угодила в цель.

Эта молния была последней. Руки свело ощущением противоестественной слабости и дрожи. Паард понял, что уже не сможет встать, и опёрся ладонями о зеркально гладкую поверхность земли. Он буравил взглядом окаменелое лицо Шейлины и ничего не говорил.

Она ведь понимала его без слов. Её последняя молния повергла противника: за это ей можно было сказать слова, которые, скорее всего ей были даже не нужны, - но она их заслуживала:

- Молодец.

Но осталась бы ли Шейлина жива, если бы приставленные к горлу саи имели цель убить?

Едва ли. Они бы погибли оба - если бы в роковой момент встали друг у друга на пути. Если бы Паард не медлил, не играл не в защиту, а переходил в нападение - всё могло обернуться иначе. Одно лишь известно было определённо: это был бы бой двух равных противников.

Землистого цвета корка начала трескаться в уголках глаз. «Взгляд Медузы» постепенно рассеивался, сыграв свою значительную роль, и освобождал Шейлину от своего магического воздействия. Медленно, но верно.

Перед глазами плыло. Сердце колотилось так, будто после забега на несколько километров его заставили вынести ещё несколько разгруженных вагонов поезда. Собственное сердцебиение - последнее, что слышал Паард, пока пытался сосредоточиться на происходящем. Перед глазами летали мушки, тёмная пелена поволоки затмевала обзор с границ зрения. В голове назойливо пищала расходящаяся головная боль. Руки становились слабее.

Паард упал на них.

Взгляд застилало постепенно, оставляя видеть лишь застекляневший пол арены и ноги с окровавленными подле них клинками. В голову воспоминаем влез  провокационный жест того, как Шейлина слизнула с них кровь, и последней мыслью перед погружением в небытие было:

- Она точно ненормальная.

Паард упал на землю. Саи выпали из его рук.

Шейлина победила.

Кубики

Обморок

0

26

Если бы эмоции брали верх, то было бы много войн, а с ними победы и поражения. Если бы эмоции брали верх, было бы много смертей. Если бы эмоции брали верх, то люди бы разучились говорить. Этих «если бы» очень много в мире, но очень мало реальности, которая воплотится по-настоящему. А нужно лишь просто в уме прикинуть свои действия, обдумать поступки, профильтровать слова… И было бы проще жить. И было бы меньше ссор и разрух. Но люди бывают разными, нравы людей бывают разными. Цели в жизни бывают разными, а, чтобы достичь цели, нужно выполнить задачи. А это сделать уже сложнее.
Шейлина не умела бояться и пугаться. Она умела лишь истерить и психовать. Но, когда всё тело замуровано в камень, психовать становится труднее. Спокойный взгляд, показывающий абсолютную безмятежность и спокойствие удава, что было не присуждено самой дентке, устремлен в глаза Паарда. Конечно, можно посмотреть и наверх, и в разные сторону, а можно собрать глаза в кучу и смотреть в одну точку. Но этой одной точкой являлось само лицо наставника. Запыхавшееся, побледневшее и потное. Они оба вымотались как уличные собаки. Они дрались, словно были целью задания друг у друга. Они устроили такой махач, словно не поделили кусок мяса, брошенный на пол. Они сцепились как два тигра.
Сквозь закрытые глаза проникал яркий свет от вспышек молний. Глаза болели, чувствуя яркие вспышки, словно молнии были около лица. Лина лишь усмехнулась тому, что молния ударила куда-то поодаль от них, угодив в зевак на арене. Многие и так знают, что дентка не отличалась умом и сообразительностью, но отличалась явной безбашенностью, которой мало кто мог похвастать. И именно эта «безбашенность» и спасала шкуру девушку много-много раз на заданиях. Она вытворяла такие вещи, на которые мало кто смог бы решиться: выпрыгнуть с крыши в море, пробежать через бушующее пламя, проплыть километры, несмотря на бушующие волны и дикий шторм, укротить диких зверей. Но мало кто мог похвастать укрощением самой трансдентки, которая не считалась ни с кем: ни с руководством, ни с коллегами, ни с самим Паардом. И обуздать её нрав, используя в свою пользу, смог только арходент. Лина может окликнуться только на его голос. Она слышит только его, но не слушает. Она обращает внимание только на него. На Паарда.
В нос снова ударил запах опалённых волос и зажаренной одежды. Откуда-то сбоку повеяло теплом, словно кто-то включил тепловую пушку. Шейлина предпочитала пользоваться льдом и электричеством, ударяя с каждым разом больнее и сильнее. Она предпочитала бить незамедлительно, плюя на чужие чувства. И это наплевательство сыграло ей на руку. Зная, что Паард снова поджарится при ударе током, Лина призвала свои молнии. Стоило о них только подумать. Стихия часто слушается Лину, в то время как она не слушается никого и никогда. Трансдентка предпочтёт плюнуть под ноги или в лицо, чем пойти наперекор самой себя, повинуясь чужой воле. Девушка подобна птице в небе: она кружит над головой, но поймать её тяжело. Если поймать, то вскоре она умрёт от разлуки с небосводом.
Чувствовалось ослабление взгляда Медузы наставника, и Лина попробовала шевельнуть пальцами. Конечности повинуются, но с долей неохоты. Взгляды парня и девушки пересеклись вновь. И слов похвалы было недостаточно, чтобы дентка была рада своей победе, потому что сказать можно было всё, что угодно, а на деле всё может быть наоборот. Шейлине нужны были поступки. Что ей с того, что арходент улыбнётся и скажет доброе слово, которое будет приятно любому другому ученику в гильдии, но не самой сражающейся в поединке? Она сама могла оценить свои возможности и видела, что наконец-то учитель сломлен, поражён и завален.
Камень начинал крошиться при каждом движении. И вот уже вся одежда в пыли и каменной крошке. Наёмница тяжело выдохнула и услышала звон в ушах, голову начинало сдавливать в висках. Лина привстала на локтях, собрала свои клинки и убрала в ножны в ботинках. Она взглянула на Паарда и встала на ноги. Колени дрожали от усталости, саму её всю шатало от обессилия. Шейлина оставила бы парня лежать на земле и дальше, но что-то ей не давало покоя. Паард не являлся поваленной дичью или целью задания, чтобы оставлять его без сознания валяться посреди поля боя. И сама трансдентка видела, как тот понёс её Альтер-эго на плечах, замаскированного под неё саму. Она ответит тем же. Девушка взглянула в сторону махуру и махнула рукой в свою сторону, на что тот сразу вскочил и подбежал. Шейлина указала жест рукой «лежать», на что мутир послушно лёг на живот и ждал, пока на его спину взвалят тяжелую тушу арходента. Созвездие встал на лапы и направился в сторону выхода, ведомый рукой на загривке своего хозяина.
Наёмница не смотрела по сторонам. Она не смотрела на других учеников: они ей были никем. Они были для неё как пыль, труха, которую достаточно устранить одной рукой. Самооценка от этой победы у Лины не поднялась. Она не чувствовала себя пупом земли. Но Шейлина чувствовала лишь то, что, кроме неё, никто больше не смеет побеждать Паарда. Эта прерогатива достаётся только ей. И чувства победы она тоже не ощущала. Она не испытывала гордости или радости. Её лицо выражало простое спокойствие, словно она сразилась с простой целью задания, которую надо устранить.
Она хоть и победила, но победителем себя не чувствовала.

+1


Вы здесь » Энтерос » БЫЛЫЕ ПОВЕСТВОВАНИЯ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ » Уложить на лопатки


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно