Всем привет и хорошего настроения! У нас очень много новостей за последний месяц. Мы, наконец, привели в порядок систему прокачки, а также ввели небольшие поправки в магазин. Были внесены изменения в раздел ролей (вакансий) проекта. Энтрос готовится к смене дизайна, будем рады финансовой помощи. И у нас теперь открыт приём попаданцев, а это значит только одно – ещё больший простор для фантазии! Читайте раздел «объявления».
Всем привет и вдохновения для личных и квестовых эпизодов! За прошедший месяц мы провели масштабную работу по оптимизации матчасти, были внесены значительные изменения в правила начисления кристаллов, открыта для игры ранее недоступная планета и многое другое. Следите за свежими новостями нашего проекта в соответствующем разделе – «Объявления».
Все игроки проекта могут как организовать собственный квест, так и вступить в любой квест, открытый для вступления новых участников, также имеется возможность вызвать мастера игры или прийти GM по заявке.
          




Что ж, на самом деле, всё оборачивалось не то чтобы плохо. Это был далеко не оптимальный вариант развития событий, но близкий к тому; оптимальным было бы, если бы её персону никто бы не запихнул в эту всю нескончаемую круговерть, ох уж эти волшебные кристаллы и чего из них получилось! Впрочем, сама виновата: знала же, что именно планета архонтов — далеко не лучшее место для буланимов...
Тилира долго искала ответ на вопрос, что ее могло привлечь в Элиасе. За жизнь она встречала множество людей на своем пути, добрых и злых, поэтов и воинов. У каждого из них свой путь, но в драконе было что-то неуловимое, флер идущей за ним по пятам смерти, что раз за разом не могла дотянуть костлявых пальцев до бьющегося под металлической «коркой» сердца. Если посмотреть глубже, что увидит Лиритиалирэна?...
На вполне себе закономерное замечание девчонка несколько смутилась. В ней боролась тактика общения с котами и осознание, что этот пушистик разумен, сильнее и старше. И преобладало желание потискать. Серьезно, однажды Трессу просто сожрет гепард, от которого дифа тупо не станет убегать. Так что да, вопрос был, так сказать, просрочен, но все же лучше поздно, чем никогда...


      
      

Сколько миновало дней с коронации? Вопрос тлеющим пеплом погас в потоке сознания, так и не найдя внятного ответа. Время застыло здесь, под равномерный звон цепей и потрескивание колдовских факелов, точно Дом Скорби умер вместе с его защитниками...

Да, безусловно, иногда и впрямь возникает такое впечатление, что ты оказываешься ну совсем не в том месте и не в том времени. И дело даже не только в том, что для неё все подобные разговоры были не то чтобы очень понятны, разумны и логичны – она не соображала в этом...

Новый день Владыки как всегда начался с облета территории. Первые лучи звезды едва зажгли огни багряного рассвета. Рубиновый дракон уже сделал круг над гаванью отстроенного предками города и приземлился на специальную площадку принимая человеческий...







Once Upon a Time: MagicideВселенная магии и приключений ждет тебя!Hogwarts and the Game with the Death=
Книга АваросаВЕДЬМАК: Тень ПредназначенияРейнс: Новая империя. Политика, войны, загадки прошлогоHabent sua fata libelliCode Geass
АрканумDISАйлейСайрон: Осколки всевластияАвторский мир классического фэнтези
Dragon Age: Dragon Age: A Wonderful WorldFables of Ainhoa
Game of Thrones. Win or DieDark Tale



LYL Мийрон
Рейтинг форумов Forum-top.ru
Добро пожаловать на авторский проект «ФРПГ Энтерос». Основные жанровые направления: фэнтези, приключения, фантастика, экшен. Система игры: эпизоды. Контент форума предназначен для игроков, достигших восемнадцати лет.

Энтерос

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Энтерос » СВОБОДНОЕ ПОВЕСТВОВАНИЕ » boulevard of broken dreams


boulevard of broken dreams

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

https://i.imgur.com/p8XjUpn.png
https://img-fotki.yandex.ru/get/3311/47529448.d7/0_ccbde_a02ea8a6_orig.png
Эвилариум | кладбище | 2941 год.
https://img-fotki.yandex.ru/get/6604/47529448.d7/0_ccbe6_2f625120_orig.png
Ферниас | Флёр де Лис
https://img-fotki.yandex.ru/get/9797/47529448.d7/0_ccbe1_6955ad2_orig.png
My shadow's the only one that walks beside me,
My shallow heart's the only thing that's beating.
Sometimes I wish someone out there will find me,
'Til then I walk alone.
OST

Мастер игры может вступить в игру, эпизод является игрой в мире Энтероса и закрыт для вступления любых других персонажей. Если в данном эпизоде будут боевые элементы, мы предпочтем официальную систему боя.

+1

2

Лилиас не понимала, что делать с той жизнью, которая ей была дарована. Она убила столько жертв, что не сосчитать. Возможно, они были грешны, но она не Всевышний Господь, чтобы решать, кто должен жить, а кто умереть. После того, как убила отца и мачеху больше не могла жить как прежде, без эмоций. В ее памяти отпечатался момент их смерти, который она просто не в силах забыть. Лиллиас уверенным движением вонзила меч прямо в сердце. Лезвие меча легко пробило грудную клетку мужчины, из лёгких жертвы от удара вышел весь воздух. Клинок обогрился свежайшей алой кровью. А последними слова отца были... Прости? Нет. Лучше бы ты не рождалась на свет. Как иронично. Ведь именно Эйнар убедил маленькую Лили не прыгать с балкона, дал ей надежду на любовь…
Мачехе было подарено гневное острие ее клинка. Как бы она не пыталась убежать, все было тщетно. Лилиас проследила за тем, чтобы выхода из комнаты не было. Удар клинком был не сильным, но филигранно точным, словно укол. Знания медицины могут пригодиться даже при убийстве. Красный порез в виде тонкой линии появился на шее жертве, пусть женщина прижимала свои ладони к горлу, из которого ручьём хлынула кровь, но все было решено заранее. Через пару секунд тело женщины подалось вперед и с грохотом упало на землю. Аргойл держала меч, с которого стекла свежая алая кровь, образуя небольшую лужицу у ее ног. Она слышала звук капель крови, падающих с ее меча. Кап. Кап. Кап. Именно эти звуки вернули ее в реальность.
От запаха смерти, ей стало плохо. От сознания того, что она стала причиной их смерти ещё хуже. Аргойл рыдала навзрыд, но это все мелочи, ведь болела ее душа, или то, что осталось от неё. Душевная боль несравнима с физической.
Лучше бы ей вырвали глаза, зубы, отрезали пальцы, но не понимание того, что она стала убийцей и обрекла многих на верную смерть. Слезы смешались с кровью, и она покинула обитель своего греха.
После ей снова пришлось убивать. Пришлось, иначе убили бы ее. В тот момент, когда расправилась с последней жертвой поняла, что это не может длиться вечно. Убитым стал неизвестный парень для нее, он не стал убегать (выхода все равно не было), а всего лишь спросил, - как долго ты будешь жить с этим грузом?
Отнестись с сочувствием к своему палачу, такое было впервые. Тогда Лили и решила покончить с этими страданиями. Ее каждый день поглощало отчаяние и ненависть к себе, ей проще покончить с собой, обрекая свою душу на вечные муки, чем продолжать терпеть эту никчёмную жизнь.
Лили решила прийти на могилу того парня, попросив Всевышнего Господа на упокоение его души без страданий. Прощения она не просила, не была достойна этого.
«Возможно, было бы лучше, если вовсе не было меня», - на этих мыслях девушка в чёрном платье, которое так походило на траурное, упала на колени, положив букет белых лилий.
- Знаешь, я тебя совсем не знала...- она посмотрела на могилу, где было выгравировано его имя  - Калум. Не часто убийца приходит к своей жертве. Я могла бы жалеть себя, говоря, что у меня не было выбор. Был выбор. Умереть. Пожалуй, надо было уйти с этого света ещё давно, своим существованиям я погубила многих. Я лишь прошу Всевышнего об упокоении твоей души. Моей же душе предрешено страдать. Меня печалит только одно: что не увижу своего брата. Но, знаешь, после всех моих грехов, это достойная плата за их страдания. Прими же от меня, Калум, эти цветы. Надеюсь, твоя душа обрекла вечный покой, - по её щекам стекали слезы, поток, которых она не могла остановить. Пусть она говорила, что не достойна прощении, но где-то далеко, в глубине, ее души она хотела чтобы кто-то принял и понял. Лиллиас всей душой мечтала об искуплении, но не могла об этом сказать, поэтому решила спеть. Она не видела никого на кладбище, так что надеялась, что никто не услышит её молитву.
Душа разрывалась на части. Лиллиас страдала каждый день. Ее душа была пронзита острыми кинжалами, живого места не осталась. Аргойл, казалось, что змей обвил её шею и душит,  не давая возможности дышать. Руки запятнаны в крови. Она убийца брата, родителей. Алые реки крови не смыть никакими покаяниями. Единственный выход - смерть. Если она умрет, то этому миру станет намного легче, если Лиллиас не будет существовать.
«Если после моей смерти, мир станет чище и добрее, то я буду только рада», - украдкой смотрела на лилии. Ей всегда нравились лилии, хоть знала  что это цветок не только символ чистоты, но также лилия – предвестница смерти. Прекрасный, но бледный и холодный цветок, быстро отцветающий и ассоциируется безвременной кончиной. Говорят, эти цветы вырастают на могилах людей, умерших не своей смертью — убитых и самоубийц. Неужели ее судьба была предрешена лишь ее именем?
- Когда я умру, на моем месте вырастит лилия? - она уже решила, что зарежет себя клинком, где-то на окраине. Возможно, дикие звери или птицы съедят ее,  и она окажется полезной. Разве это не лучшая судьба?

Отредактировано Флер де Лис (20.04.21 11:10:50)

+1

3

https://i.imgur.com/UmYMCVE.jpg
Ферониас мерил кладбище неторопливыми шагами, его невозмутимый взор был смиренно опущен в пол, а руки сложены за спиной. Со стороны мужчина производил впечатление самого непогрешимого в мире праведника. Любимая иллюзия, невероятно удобный облик. Белоснежные одежды деоса исцеления резали глаз своей ослепительностью, казалось Двуликий вовсе не принадлежал этом миру слез и скорби... он –  просто заблудившийся призрак из того мира, где искусство лекарей презрело прискорбную необходимость умирать. Там крылья возносят тебя к облакам. Холодным. Воздушным. Вечным. Нет надобности пачкается в грязи смертной жизни, ведь в бездонном омуте антрацитового небосклона можно встретить только туманы и острый, точно скальпель, серебряный свет далеких звезд.

На самом деле, так оно и было, но даже у самого искусного врача за спиной имеется свой список жертв, которых не удалось привести к свету или пришлось загубить во имя жизни сотен и тысяч других. Мужчина остановился перед могилой. Дримм, мужской пол, возраст 12 лет. Деос, в силу своей аномальной педантичности, трепетно хранил в памяти все истории болезней. Он прекрасно помнил как погиб конкретно этот мальчик и его убийцу. Память выдает суховатые факты: тот вирус, что бушевал в небольшом поселении в самом сердце Эвилариума, был весьма занимательным. И к тому же смертельным. Ферон мог бы без труда исцелить всех зараженных, но посчитал, что целесообразнее будет изобрести узконаправленную вакцину, дабы не отвлекаться от высших целей по пустякам и позволить смертным самостоятельно бороться с напастью.

Мальчишке не повезло. Он попал в группу, которой вместо экспериментального лечения давали плацебо. Типичные метод врачей для проверки действенности препаратов, ничего нового. Ферониас со спокойной улыбкой говорил ему, что все будет хорошо, видел искры надежды в стремительно гаснувших глазах, а сам вкладывал в рот пустышку...  его родители, близкие, друзья... их уверенность в том, что обреченный пациент поправится была непоколебима до самого конца. Знали ли они, что у парня даже шанса не было? Ему попросту его не дали. А тот, кто мог спасти жизнь бедолаги без особых усилий, лишь невозмутимо наблюдал, больше заботясь о действенности сыворотки, чем о жизни умирающего. Что в глазах деоса одна смерть?

Толпа ликует. Ученые представляют вакцину с минимумом побочных эффектов, их буквально боготворят, они задушили зарождающуюся эпидемию в зародыше. Теперь болезнь никого больше не утащит на тот свет... но легче ли от этого мертвецам? Приятнее ли маленьким косточкам гнить в ящике, осознавая, что благодаря его смерти ангелы в белом сотворили спасение? Деос цинично фыркает и идет дальше. Некоторые жертвы попросту необходимы. Чувства, слезы, страдания... он обречен быть выше всего этого, дабы сохранять холодный рассудок, когда от его действий может зависеть чуть большее, чем жизнь индивида. Неужели дело в том, что он – бог? Живут столь долго, что просто позабыл о сострадании, заменив его цинизмом профессионального спасителя?

● ● ●

На кладбищах не поют. Миниатюрные пташки не вьют здесь гнезда, даже черные вороны крайне редко облетают владения скорби, нарушая покой мертвых хриплым карканьем. И от того исключения из правил кажутся еще более выразительными. До слуха мужчины долетает мелодичный, отравленный тоской голосок. Грех Феронаса – уныние. Яд чужого отчаяния и обреченности был для него понятен как ни для кого другого, деос умело разложил чужое горе на составляющее, отделяя хрустальные слоги песни от сокрытого в них вопля отчаяния. Улыбка совершенно неуместно мелькает в уголках губ. Скорее это было последствием искреннего удивление, мало кто из смертных может так возвышенно травить себя унынием. Взгляд божества начал блуждать по очертаниям надгробий, пока не нашел источник тревожащий тишину. Маленький дриммэйр сидела рядом с могилой. Хоронит возлюбленного? А может друга?

Деос бесшумно подошёл к девушке, встав у нее за спиной белоснежно-белой тенью. Наверное с его стороны было не этично становиться причастным к чужому горю, однако, Двуликий был по природе своей любознателен и не особо разбирался в вопросах этики смертных. Он не отвлекал маленькую скорбящую от ее дела, лишь в недоумении изогнул бровь когда узнал из монолога дриммы, что посещала здесь она останки не друга, а жертвы. Больно. Ей было невообразимо больно. Было ли это чувство вины? Или банальная усталость? Ферониас не знал, но от чего-то ему стало немного не по себе от того, что убийца чувствует к жертвам больше эмпатии, чем он к своим пациентам. От ее горя кончики пальцев мерзнут. Мужчина трет ладони, пытаясь согреться, но этот фундаментальных холод печали так просто не избавится. Маленькая девочка в темноте. Ослепляющей, потрясающей темноте.

Стой, – не приказ, а очень мягкая просьба, но несмотря ни на что, отказать Феронасу было практически невозможно. Ладонь мужчины почти невесомо ложится на плечо девушки, давая ей понять что голос принадлежит не ее внутреннему демону, а вполне материальному существу, что уже давно играло роль ее тени, – прекрасные цветы не растут на могилах, ведь никому не придет в голову посадить нежную лилию на земле, где в одиночестве скончалась безымянная самоубийца.

Деос убирает руку, обходит девушку, встает рядом с ней, внимательно читая надпись на надгробии, чтобы узнать кто был здесь похоронен. Выразительное молчание божества продлились ровно столько, сколько нужно было богу, чтобы принять решение:
Давать плацебо.
Или лекарство?

Позволь хотя бы узнать твое твое имя, маленькая леди, чтобы гробовщику было что написать на могильной плите.
https://i.imgur.com/pIboWvT.jpg
[icon]https://i.imgur.com/4Xe2zIIl.jpg[/icon]

+1

4

На кладбище тихо. Ни дуновенье ветра. Ни пение птиц. Ни шелест листвы. Абсолютно ничего, полная пустота, которая была в ее сердце. Да, ее душа пострадала от происходящего, она отчаялась, и не питала надежду на спасение. Бесконечная боль пронизывала не только сознание, но и сущность Аргойл, забывая обо всем хорошем и вспоминая только самые гнусные моменты в ее жизни, чтобы Лили стало ещё хуже. Мрак тяжело давил и обжигал душу дриммэйра пустотой и мертвым, холодным, безмолвием могилы. Хотя на кладбище всегда было холодно. Хоть зимой, хоть летом, как ни одевайся, как ни кутайся –  холод обязательно достанет. Кажется, сидишь возле могилы убитого, отчаяние захватывает тебя не хуже цунами, но холод ходит рядом, скользнет по щеке леденящим поцелуем, коснется руки, мягко обнимет за шею и вцепиться в неё своими когтями, а после прикоснется душе, напоминая о том, что когда-нибудь душе станет холодно, смертельно холодно. На кладбище всегда так.
Боль Лиллиас изливалась в песне, но ей не было даровано покаяние. Разве может быть даровано прощение грешной и пропавшей душе, прогнившей насквозь. Проблема была не столь в ее поступках и деяния, как в мыслях Аргойл, мрачные мысли отравляли ее естество и губили ее душу так же, как ржавчина разъедает железо, как опиум одурманивает сознание.
Лиллиас не замечала никого кроме собственной боли. Дриммэйр была глубоко погружена в собственные мысли, и когда к ней подошёл мужчина, то Лили не ощутила его присутствие. Только после того, как незнакомец положил ей ладонь на плечо, то замерла скорее от удивления, чем от неожиданности. Аргойл была уверена, что никого кроме неё не было на кладбище. Яркие голубые глаза смотрели на собеседника, но огонь ее омутов давно уже погас, в них больше не было искры. Грусть. Отчаяние. Сожаление. Желание умереть. Вот что читалось в ее глазах.
Когда услышала незнакомый голос, то обернулась и увидела мужчину, высокий, статный, с заостренными, как у эльфов, ушами, лысый с серыми, словно свинцовая туча, глазами. Свет его омутов был закрыт пасмурными глазами, словно не давал заглянуть в свою душу никому. Белое одеяние и уверенная осанка напомнило ей гордого оленя. На просьбу встать, она непонимающе склонился голову на бок, спросив, - зачем?
«Зачем мне стоять? Разве перед надгробием принято стоять, а не сидеть? Имеет ли это вообще какое-то значение? Или что он хочет мне сказать? Не понимаю», - девушка лишь смотрела на незнакомца, но встать пока не решалась.
- Вы знали, что лилия цветок жизни и смерти? Как настолько противоположное может существовать в одном растении? Лилия и лечит, и губит, - последнее был не вопросом, а утверждением, так как Аргойл точно знала, что говорила.
https://i.imgur.com/wIx1bmH.png  - Какая разница, если меня не станет, будет только лучше, - эти слова прозвучали так непринуждённо и легко, что пугало. Ее не страшила ни смерть, ни конец, она давно решила, что умрет, так что говорила то, что хотела. Да, какая разница, если он узнает о всех ее грехах, пусть разозлиться и убьет, ведь у Лиллиас один конец - смерть.
- Жизнь - это вечный тупик жизни, он никуда не ведёт, а если больше противостоять ему, то сделается только хуже, - на этих словах она встала, и посмотрела в глаза этому мужчине. Невысокая, миниатюрная девушка, едва доставала ему до груди.
- Но одно ясно точно. Исчезая, ничего не остаётся: ни чувств, ни боли, ни мрака. Исчезает наше естество. Тот, кто избрал путь смерти, не должен думать о лучшем мире. Если я умру, то какая разница что было? Как меня звали, чем жила? Мне не дарована счастливая жизнь, - уверенность от которого у мужчины мог пробирать холод от кончиков пальцев до последнего волоса (если бы они у него были).
- Я всего лишь желала быть любимой дочерью, кто же знал, что стоит ментальному  магу завладеть моим сознанием, я убью своего брата. А после я действительно стала убийцей и убила тех, кто воспитал меня, и ещё сотни тысяч жизней, так, какая разница, как зовут ту, которой не будет даровано прощение? - на лице была грустная улыбка. Улыбка безысходности и сожаления, она с лёгкостью принимала в свои объятия саму смерть, не желая смотреть жизни в глаза.
Одинокая душа, покинутая и преданная всеми, она лишь желала об одном - быть любимой, но от неё отвернулись те, которые должны были верить и поддерживать в моменты отчаяния. Лиллиас никогда не отпускали руки, но ей надоело видеть смерть, боль, горе, страдание, ненависть и т.д. Она больше не может это видеть.
- Знаешь, все посчитали, что я убила своего жениха и приговорили к казне, а отец не поверил мне, дал пощечину и вручил нож. Чтобы я сама себя убила. Возможно, он был прав, надо было умереть ещё тогда, - взгляд вниз, в одну секунду голубые глаза стали такими тёмными, словно их затянуло тучами. Свет надежды угасал с каждым мигом. Невозможно потерянную душу вернуть назад.
«Как только вы меня покинули, как только я стала для вас бельмом на глазу, то поняла, что мне не за чем было появляться здесь. Зачем страдать? Зачем сожалеть? Зачем терзать свою душу, если можно все закончить одним ударом»- пессимистические мысли не давали покоя Аргойл.
- От меня просто отвернулись боги и я затуманена пороками, - Лили верила в то, что говорила. Она точно не знала, кто повелевает судьбами, но кто бы это ни был, он уж точно не был заинтересован в Лиллиас, он даровал ей жизнь, играючи. Дриммэйр желала одного закончить страдания этого мира, пусть ей придёт конец, и она больше не увидит рассвет завтрашнего дня. Но это именно то, чего она поистине желает.

Отредактировано Флер де Лис (20.04.21 23:33:09)

+1

5

Смертные на удивление занятны в минуты, когда жизненный путь становится пыткой. Некторые ломаются, другие черствеют, но маленькая лилия попросту замерзла. Отчасти наивно, отчасти мудро, но неоспоримо уникально. Девушка, холодная словно солнце в середине зимы, безразличным тоном повествовала о своем тяжком горе. Слова плетут предложения, составляющие повесть, а Ферониас лишь кивает, изображая участливое понимание и очень бережно фиксирует "симптомы", дабы лучше понять, как же вылечить безнадежную пациентку. Теперь белоснежная птичка уже не пела печальные песни, ее тоска оформилась в связные мысли, которые куда проще было подвергать анализу. А он просил ее прекратить хоронить себя заживо. Ведь уныние ведет к чему-то более страшному, чем смерть. Оно ведет в холодное, пустое, вечное никуда. И оно будет даже ледяное, чем хрустальная отрешенность дриммэйра. Божество благосклонно кивает, словно соглашаясь с позицией маленькой леди, а сам не сводит с нее тяжелого, испытывающего взгляда, точно ожидая намного большего.

Так значит, для тебя жизнь это – череда немыслимых страданий? Интересная и не очень далекая от истины теория, – мужчина повернулся к надгробию, провел пальцем по холодному камню, ощущая подушечками пальцев энергию быстрой и безболезненной смерти, – значит ли это, что тебе довелось свершить подвиг, избавив стольких людей от необходимости вертятся в этом колесе агонии? К чему тогда оплакивать освободившихся из клетки пташек? – деос ядовито ломает уголки губ в улыбке, но стирает усмешку как только решает вновь отвлечься от могильной плиты и пригвоздить белоснежную убийцу взглядом, – что случилась? Ты не гордишься тем, что даровала свободу? А может это потому... что даже самая жалкое и никчемное существование многократно лучше смерти?

Деос заглянул в полные боли глаза смертной, давая ее холодной отрешенности утонуть в сером сумраке бесконечной жизни, которую обречен был прожить Ферониас. Как же все просто... взять и умереть. Потушить лампочку, выдернуть шнур из розетки... и ведь у тебя даже не будет возможности сожалеть о содеянном. Ведь мертвецы более не способны к переживаниям.

Очень наивно полагать, что боги отворачиваются от убийц, тем более раскаивающихся, – голос мужчины стал мягче и участливее, у него в руке медленно начала материализовываться коса, истинное оружие Моргарион озарил мрачное кладбище бледно-зеленым свечением, – тебя услышал Ферониас, деос исцеления и заражения. И так уж получилось, что мне не сложно исполнить твое желание, хочешь умереть? Тогда я убью тебя.

Смертоносное оружие обладало разумом. Его тихий шепот расползается вместе с ядовитым мертвым туманом. Многоголосы хор готов тихо поведать о холоде и мраке, столь заманчивом и желанном: «Ar tu na'lin emma mi, ma halam, ma emma harel». Девушка не может понять древний язык деосов, но смысл слов ясен интуитивно, он проникает под кожу ледяными иголками, впрыскивает поляризующий яд страха. Божество выжидающе опирается на древко Моргариона, буднично продолжая беседу с зимним цветочком, который сам окрестил себя ядовитым.

Но поможет ли это кому-то кроме тебя? Добровольная смерть – верх эгоизма, крошка-лилия. Ты не обретешь по ту сторону долгожданный покой, убитые тобой не встанут из могил, матери не престанут лить горячие слезы, а те кто причинял тебе боль найдут новую жертву, – уныние, грех Ферониаса, он как никто понимает его разрушительную притягательность, но ему же известно, что из отчаяние может расцвести надежда и даже.. спасение, – а теперь четко и ясно скажи мне чего ты хочешь. И боги исполнят твою просьбу.
https://i.imgur.com/Y7WRQub.jpg
[icon]https://i.imgur.com/4Xe2zIIl.jpg[/icon]

Отредактировано Ферониас (24.04.21 22:20:20)

+1

6

Лиллиас ненавидела себя всем телом и душой. От понимания прошлого, терзало душу ее, но ей больно было от понимания того, что она виновата в смерти своего родного брата. Она так его любила, ведь он был светом в этой кромешной тьме. Девушка терпела этот мир, подстраивалась под тех омерзительных людей ради одного и единственного брата, которого она убила вот этими руками. Лишь он верил в неё. Лишь он знал, какая Аргойл на самом деле. Его ментальный маг не смог обмануть. Если бы он был бы жив… Если бы она была сильнее… Если бы не отключила эмоции и боролась с этим ненавистным для неё мира, все бы обернулось не так плачевно? Или в этом мире от нас ничего не зависит?
«Я так хотела обрести счастья, я так мечтала быть рядом со своим братом, стать целителем, помогать людям, даровать им спокойствие души, но все вышло совсем не так, как я планировала изначально. Я была – причиной трагедии. Если бы я не играла с чувствами другими, если бы я покорно снесла удары судьбы и изначально согласилась стать невестой сына сюзерена, Вергилия, то этой трагедии и не было бы. Конечно, я могу обвинять других, но причина во мне», - при этих мыслях девушка посмотрела на небо, оно было пасмурное и таким тяжелым, казалось, что немного и небеса сваляться ей на голову. От потока мыслей её оборвал мужчина, явившийся, словно из неоткуда, но именно ему можно было излить душу и исчезнуть с этого мира. Так будет правильно. Верно? Она же все решила и не должна сомневаться? Или это не то решение? И где-то должна быть ошибка в ее сознании?
- Единственный свет в моей жизни, благодаря которому я жила был мой брат, он не притворялся, что любит меня, он действительно любил меня. Но я его убила. Своими руками, и нет мне на это оправдания. Возможно, моим разумом и завладел менталист, но только потому, что я была слаба, поэтому да, если не считать моего брата, моя жизнь состоит из страдания и некоторых моментов счастья, за которые я всю свою жизнь держалась, чтобы не покинуть этот мир и не впасть в уныние. Но я больше не в силах все это терпеть. Я больше не могу, - на этих словах девушка упала на колени, закрывши руками лицо, начала беззвучно плакать, слезы наворачивались на глаза и стекали по щекам, падая на черное, как сама тьма, платье. Успокоившись, попыталась привести дыхание  в норму, чтобы продолжить разговор. Ее красивые ярко-голубые заплаканные глаза, стали красными от слез.
- Никто не достоин смерти, я не бог, чтобы решать, кто должен умереть, а кто нет, но… я лишь хотела, чтобы их души действительно нашли спокойствие, я не хотела страдание. Но вдруг они страдают, и я тому причина? – эта мысль никогда не давала ей покоя.
- Говорили же, лучше не задерживаться на кладбище ходят тут всякие ненормальные, называющих себя богами. Ну, я тогда сам Демиург, - казалось ее глаза потемнели, и послышался недоверчивый смех, Аргойл точно не верила в то, что перед ней бог. И, да ее не впечатлила коса, мало ли на свете артефактов, что ли. Если кратко говорить ее не впечатлил бог. Ну, прям совсем. Она посчитала его за ненормального, за безумца, за психа, но точно не за деоса.
- Хорошо, я скажу. И если ты исполнишь мое желание, тогда я поверю, что ты действительно бог, деос исцеления и заражение. Моё желание таково: я больше не желаю видеть страдание других, я не хочу видеть жестокость этого мира. Я желаю даровать другим лишь спокойствие их душ, и даруй мне искупление, я хочу искупить все мои грехи, я хочу смыть кровь с моих рук… - Аргойл не особо верила в то, что незнакомец был способен исполнить ее желание, но если перед ней и правда бог, то пусть постарается даровать ей надежду и исполнить то, что не в силах был никто. Лишь боги могут это сделать.
«Если ты бог, то как ты подаришь мне искупление?» - Лили не знала ответ на этот вопрос. Но если есть маленький шанс, что этот мужчина действительно является богом, то, пожалуйста, пусть он подарит надежду Лиллиас, той, для которой света больше нет, которая истратила всю надежду и веру в чудеса. Ей это чудо необходимо больше всего на свете. Ей нужно это искупление.

+1

7

Ферониас чуть изогнул бровь, придав своему лицу выражение легкого удивления. Он был не из тех божеств, что скрывают свою сущность, попросту не видел в этом смысла... да и смертные воспринимали его весьма тепло, несмотря на то, что Двуликий нёс как исцеление, так и смерть. Девчонка пала пред ним на колени, ее хрупкое тело сотрясалось от горестных рыданий, уныние пожирало ее изнутри стаей трупных червей, с каждой секундой дыра внутри груди будет расти, заполняя своей чернотой душу. Может было бы гуманнее убить девчонку? Раз и навсегда похоронить в сырой кладбищенской земле истерзанное тельце и избавить осколки души от тягот бытия? Деос немного ядовито ломает уголки губ в усмешке. Милосердие – не его добродетель.

Здоровый скептицизм – хорошее качество, но не когда он граничит с невежеством, – назидательно отчеканил Ферониас, покачав головой так, словно они сейчас были на экзамене и Флёр дала ему неправильный ответ, – не рассуждай о смерти так, как будто ты способна ее понять. Она не хороша и не плоха сама по себе, лишь смертные могут наделять события смыслом... ты сама решаешь что есть трагедия, а что – триумф.

Невесомый жест рукой... щелчок пальцами и божество редактирует физиологию дриммэйра таким образом, что девушка слепнет. Причем так резко, что это было больше похоже на то, что кто-то очень большой и злой проглотил все кладбище целиком и они теперь сидели внутри бархатной темноты желудка. Оказалось так просто исполнить простенькое желание девушки, а может куда эффективнее было отрубить ей руки заодно, чтобы у нее не было соблазна горевать по поводу того, что конечности виновны во грехе?

Ну как, стало легче? – немного глумливо поинтересовался Ферониас, присаживаясь на край прямоугольного надгробья, с любопытством наблюдая за реакцией пациентки, – если не видеть зла, разве станет оно от этого добрее?

Мужчина уклончиво отвел взгляд в сторону, чувствуя некий укол вины. Ему в какой-то степени было проще рассуждать о потерях, за плечами у деоса была практически целая вечность, он привык к ломающей кости боли и потерям, очерствел и полностью растворился в окружающем пороке. Но юная убийца отчаянно барахталась в черной смоле, из последних сил держа голову над водой. Разве столь ужасно, что девочка не хочет принимать зло? Не хочет впускать тьму? Не приемлет смирение... тем более он тоже некогда убил свою сестру собственными руками и в отличии от дриммы, его сознанием тогда владела не чужая воля, а собственный страх. Двуликий тяжело вздыхает, сжимая челюсти до скрипа... но кажется он придумал как помочь смертной обрести уверенность в том, что боль когда-нибудь притупиться.

Увы, я просто не имею права игнорировать твое стремление получить прощение,пускай ты и ни в чем не виновата, – нужно обладать непомерным мужеством, чтобы признать свои ошибки, – мужчина успокаивающе говорит на отвлеченные темы, а сам полностью сосредоточился на  обматывании слепых глаз блондинки черной матовой лентой. Аккуратно и постепенно ткань ложилась на заплаканное лицо темными тугими кольцами, когда дело было сделано, божество коснулось подушечками пальцев повязки приказывая, – а теперь смотри. 

Артефакт охотно отзывался, исполняя волю Ферона и малышка узрела все сразу. Повязка позволила ей видеть столько не зримых глазу смертных мелочей, оттенков, теплоту и холод предметов, биение сердец, колебание волн... единственное чего она не могла уловить – жестокость и грязь смертного мира. Сухая, холодная информация поступала в мозг юной убийцы, но все это не могло вызвать в ней отклик чувств. Такова была задумка Ферониаса. Таков был его величайший дар. Деос был доволен, точно сытый змей пригревшийся на солнце. Но ничего не дается просто так...

А теперь поговорим о твоем искуплении... сколько жизней ты отняла?

с п о с о б н о с т и

Редактирование физиологии [Фундаментально, VI | VI] - владение организмом любого существа как целостным физическим сосудом, то есть управление температурой тела существа, его интеллектом, зрением, слухом. Деос может сделать существо калекой, если использует данную способность, к примеру, ослепить или парализовать навечно. За эпизод использовать способность можно один раз.

+1

8

Лиллиас страдала. Ее душа разрывалась на части. Аргойл словно ощущала каждым миллиметрам своего тела, как острый кинжал вонзался в ее сердце. Было ли милосердием убить ее и закончить ее страдания, и не дать вкусить все мерзости этой жизни, или позволить жить, от чего девушке придется испытать все страдания божественного искупления. Если кто-то ищет страданий и мучений, то он будет это искать в каждом. Лили хотела, чтобы это бог или не бог (не важно) подарил все эти страдания и мучения. Однако испытав все эти терзания, дриммэйр желала верить в то, что найдется кто-то, кто будет способен заставить поверить ей в чудеса. Может ей стоит шире взглянуть на человека, называвшего себя богом. Может, он и вправду деос?
- Извините, но я в своей жизни ни разу не видела деосов, чтобы на слово поверить в вашу божественную сущность. Тем более я уже не способна во что-то верить, -призналась Лили, - я сама себя не могу понять, что говорить о смерти, граничащая с хаосом и непредсказуемостью. Никто не возвращался с того мира. Я знаю, что если я умру, то все закончится. Но у меня просто нет смысла жить дальше. Для чего? Мне кажется, где бы я не была, то происходит несчастье, а я… я бы хотела приносить пользу людям… - по ее грустным глазам было понятно, что в ее душе давно нет света, она стала темной настолько, что просто не может поверить в себя. Лиллиас могла помочь людям, даровать им надежду и милосердие, но ей самой необходима была помощь.
Щелчок пальцами и наступила беспросветная тьма. Незаметно и неожиданно. Знала ли Лиллиас, что она больше не увидит ни солнца, ни звезд, ничего. Дриммэйр даже не увидела контуры могил, памятников, деревьев. Даже деос потерял свой силуэт. Не оттого ли, что все было настолько черно, как сама тьма, или же… настолько светлы, кристально прозрачны, потому невидимы во тьме? Все поглотила тьма. Ничего больше не существовало. Может и существовало, но Лилиас не видела. Она чувствовала лишь биение своего сердца и тепло тела. Глаз, рук, ног она не видела, даже попытка встать не привела к успеху, она вновь упала на колени. Только сердце стучала ритмично в тишине, напоминая о том, что Лиллиас жива, что она еще не умерла. Это не смерть. Это не загробная жизнь. От того ей пришло понимание, что в кромешной тьме она не будет видеть жестокость, от чего она улыбнулась. Искренне, по-настоящему. От сознания того, что она больше не увидит жестокость этого мира, на душе стало как-то спокойно и легко.
- Вы действительно бог, -  ей сразу стало стыдно, о том, что она наговорила, - да, действительно, если не видеть зла, то мир становится не таким ужасным. Прошу просить меня за мое невежество, Ферониас, - Аргойл покорно склонила голову, прося прощения, но ее совсем не пугала тьма, она была рада этой темноте. Тьма подарила свет в этой жизни, освободила, подарила свободу. Разве было что-то еще о чем Лили могла желать? Ей была необходима это свобода, благодаря которой ей больше не будет ведома жестокость этого бренного мира.
Девушка чувствовала, как ткань ленты аккуратно ложилась на ее глаза. А после девушка открыла глаза, и видеть сразу стала, но видела совсем другой мир. Аргойл лицезрела этот мир во всех спектрах восприятия, кроме жестокости и грязи. Озарение окутала ее грешную душу, она смогла узреть весь этот мир сквозь плотную темную повязку, и при этом не быть слепой, а смотреть на этот мир практически так же, как и до этого.
- Скольких я убила? Я в течении десяти лет убивала каждый день, а иногда и не одну жертву. Я убила слишком многих. Не одну тысячу людей. Если вы сможете даровать мне искупление, я выполню всю что угодно, - Лиллиас склонила голову, все также сидела на коленях, в ожидания удара судьбы, она не знала что стоит ожидать, но была готова на все.
«Я была готова на смерть. Если мне нужно будет умереть, я умру. Если мне нужно будет выполнить что-то другое, чтобы деос даровал мне искупление, я готова на все. Он действительно настоящий бог, деос, я была слепа и глупа, раз не увидела я бога в нем. Я готова на все, главное смыть все мои грехи. Я отплачу за все мои грехи любой ценой», - решила Лили.

+1


Вы здесь » Энтерос » СВОБОДНОЕ ПОВЕСТВОВАНИЕ » boulevard of broken dreams


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно