Всем привет! Надеемся, что вторая половина 2020 года не добьёт нас, ведь приближается довольно знаменательная дата. 19 октября ровно пять лет, как на проекте ФРПГ «Энтерос» началась игра [был написан первый пост], мы считаем это дату Днём рождения форума. Уже по традиции нас ждёт конкурс, но не забывайте и про ежемесячные конкурсы, дорогие участники, а также про квесты, в которых вы играете! Вдохновения и удачи всем!
Свершилось! Сюжетная арка «Воронка Хроновора» подошла к своему логическому концу и мы даже не состарились. Всего было отыграно 25 квестовых эпизода и написано более 1700 постов! Итоги и события все желающие могут посмотреть в разделе сюжетных хроник. Не забывайте, что у нас проходит масса других квестов, не стесняйтесь открывать свои и участвовать в квестах других игроков.
Доброго времени суток, игроки и гости! У нас всё хорошо, квесты играются, сюжетные эпизоды идут своим чередом. Прошу не забывать про очереди в личной и сюжетной игре. Посетите раздел «объявления», там вы найдете важные новости, обратите внимание на новость от 04 апреля. И, конечно же, не забывайте мыть руки, соблюдайте режим самоизоляции и избегайте людных мест, ибо коронавирус не дремлет. К тому же, соблюдая эти правила, вам будет проще писать посты – с чистыми руками и дома!
Всем хорошего настроения! У нас всё идет своим чередом: квесты продолжаются, личная игра идет, ежемесячные конкурсы тоже не дремлют. В этом месяце у нас два февральских конкурса: ко дню всех влюбленных и традиционный конкурс лучших постов. Не забывайте про очередность в квестах и личной игре. Пусть последний зимний месяц и следующий за ним весенний будут отличными!
С Наступающим Новым Годом! Пусть в новом году жизнь играет всеми красками, как конфетти, сбываются мечты, сияют на лицах улыбки, глаза искрятся счастьем! Пусть в душе будет больше добра! Здоровья, любви, взаимопонимания, радости, достатка, путешествий, впечатлений и только хороших событий. Пусть Новый год дарит только лучшее! И не забудьте принять участие в 3-м туре Новогоднего ивента!
Охо-хо-хо! Зима пришла, зиме дорогу! Не простудитесь в трескучие морозные деньки или жуткую слякоть, а ещё не забывайте про все мероприятия, что приурочены у нас к Новому году и ежемесячному поощрению активных и лучших игроков! С нетерпением ждем ваших заявок и участия в наших конкурсах! И счастливых дней декабря, пусть первый серебристый месяц подарит вам много энергии и отличного настроения!
Салют! Вот на дворе последний осенний месяц 2019 года, надеемся, у вас все отлично и вдохновение плещет через край. Кутайтесь в теплые пледы, запасайтесь печеньками, мандаринками и сладким чаем, впереди нас ждут новогодние праздники и холодная зимушка-зима. Кстати, мы завершили ряд конкурсов, спасибо всем за активное участие и не забывайте про квесты и личную игру!
Все игроки проекта могут как организовать собственный квест, так и вступить в любой квест, открытый для вступления новых участников, также имеется возможность вызвать мастера игры или прийти GM по заявке.
          




Первый разрез, пустивший по руке черную кровь, блуждал по руке от плеча до запястья, медленно рассекая слои прежде сокращенных мышц. Он не вызывал сильной боли, и, преисполненный уверенности вытерпеть все...
Визерион понимал, что перед ним не просто деос - сильнейший, невообразимый «механизм» хаоса и войн. Живущий по своим законам, видевший лишь собственные иллюзии, свой мир порядка на грани хаоса, энтропийное...
Леший же подробностей всех этих знать не знал, да и учитывая все обстоятельства - жутчайший парнишка с суровой планеты, еще более прожорливые всеядные овечки, да черные орхидеи...


      
      

А вот сколько бы Тонантос не раздевала антикверума, тот ни на йоту не переставал в ее глазах быть опасным хищником, а не просто возбужденным мужчиной. Нельзя сказать точно, было ли дело в его агрессивных словах и мыслях, удушающей ауре...

Неизвестно от чего Ферониас начал питать слабость к сломанным вещам и испорченным куклам. Неужели чувствовал незримое родство с кровожадным существом, которое по-кошачьи хищно пыталось ухватить когтями зыбкие обрывки космоса?

Открой глаза и посмотри как прекрасен мир в огне. Стон горящего леса и крики птиц. Огонь пылает с твоих крыльев чтобы сжечь до невесомого пепла память минувших времен. Схаласдерон был ее колыбелью, а вулкан...







Once Upon a Time: MagicideВселенная магии и приключений ждет тебя!Hogwarts and the Game with the Death=
Книга АваросаВЕДЬМАК: Тень ПредназначенияРейнс: Новая империя. Политика, войны, загадки прошлогоCode Geass
АйлейСайрон: Осколки всевластияKARATADA
Dragon Age: Dragon Age: A Wonderful WorldFables of Ainhoa
Game of Thrones. Win or DieDark Tale



LYLФлудилка RPGTOP
Рейтинг форумов Forum-top.ru
Добро пожаловать на авторский проект «ФРПГ Энтерос». Основные жанровые направления: фэнтези, приключения, фантастика, экшен. Система игры: эпизоды. Контент форума предназначен для игроков, достигших восемнадцати лет.

Энтерос

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Энтерос » Былые повествования и приключения » И опять мне чудятся тени


И опять мне чудятся тени

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

Локация и Датаhttps://forumstatic.ru/files/0015/14/a0/87162.pngКлимбах, материк Некроделла, Пандемониум. 3002 год, ночь.


Участникиhttps://forumstatic.ru/files/0015/14/a0/87162.pngИнфирмукс, Лакримоза


Дополнительноhttps://forumstatic.ru/files/0015/14/a0/87162.pngМастер игры не может вступить в игру, эпизод является игрой в мире Энтероса и закрыт для вступления любых других персонажей. Если в данном эпизоде будут боевые элементы, я предпочту официальную систему боя, соигрок может использовать любую систему боя.

http://sg.uploads.ru/9tvBy.png
https://i.imgur.com/SdtMY4f.png
http://sg.uploads.ru/9tvBy.png

Описание


Страх заснуть в таких стенах
И быть как ты - в делах,
Рабом кристалла сна.
И Смерть сожрёт меня.
Массивные кобальтовые стены северного крыла цитадели Пандемониума не первую тысячу лет покрывали глубокие росчерки трещин, а целые колонии грибков и сизой плесени предали им чудаковатый и одновременно мерзкий вид. Со звучным «чмяф» куски каменной породы сомкнулись, выпячивающаяся вперед монструозная колонна будто бы вздохнула, выпрямилась подобно приосанившейся женщине и подобное ей же величественно «регенерировала» острые готические шпили и витражи окон, отдававшие чем-то приторно-религиозным. 
Северная часть Пандемониума в иерархии потребления энергии занимала последние места, и её восстановление значило только одно – общая конструкция здания цела более чем на шестьдесят процентов и можно только гадать, что послужило причиной подобного расклада: давнейшее посещение Инфирмукса – главного разрушителя всея замков Некроделлы, или то, что сила этого самого злосчастного выросла, разум стал чище, а эмоциональный фон чуть стабильнее. Но это все не важно, ведь целостность стен и стройность колоннад нив  какое сравнение не идут с тем, что произошло в сердце цитадели…
…кто-то другой распахнул свои глаза от долгого тысячелетнего сна…

+2

2

Сердце цитадели умиротворённо и спокойно мерцало, а внутри него покоилось тело Хранителя. На руке её медленно и методично покачивалась цепочка с гравировкой. Глаза же девушки были закрыты. Будь тут кто-то ещё, ему бы показалось, будто она спит, спит уже очень давно. Сон вынужденный, сон необходимый для блага Пандемониума, сон, который ей подарил последний вздох бывшего Хозяина этого места и продолжал все эти годы тот, кто нанёс ему последний удар.
      Годы шли, а безумный климбат всё продолжал рушить цитадель до основания, не давая ей восстановиться и, соответственно, проснуться Хранителю. Хотя слова «сон» и «проснуться» не совсем точно описывают положение, в котором находилась Лакримоза. Долгое время она пребывала в состоянии, которое трудно описать словами: она была в сердце, отсюда она могла наблюдать за происходившим в цитадели и за её пределами, хоть и не столь далеко, чувствовать как раз, за разом, восстанавливаясь, стены падали под натиском внешних сил, как вновь и вновь всё повторялось, будто день Сурка настал для неё в тот момент, когда она спустилась сюда.
      Всё это не могло продолжаться вечно, и было два варианта развития событий: либо Хранитель сможет восстановить Пандемониум до конца и очнуться от долгого сна, либо тело не выдержит времени и нагрузки и разрушится прямо внутри сердца цитадели. Ведь время уже подходило к тому… гомункулы Уробороса не вечны, так решил его гений, и имеют свой предел и этот предел подобрался к телу Лакримозы очень близко. Дышал практически в затылок.
      В последнее время вне стен было довольно спокойно, и цитадель удалось восстановить более чем наполовину. Веко зашевелилось - глаза Хранителя начали потихоньку открываться. Она очнулась ото сна длиною в две тысячи лет. Долгий сон приносит с собой определённые проблемы и потому, когда девушка попыталась встать на ноги, «выйдя» из сердца, она оступилась и упала. После падения, правда, вставать особо не торопилась, просто села и подняла глаза вверх. Позади неё сияло, словно драгоценный кристалл сердце Пандемониума, а впереди был путь «наружу» - туда, откуда путь к сердцу сможет найти лишь она одна. Поднимаясь с места, она оглянулась на сердце и лишь одна единственная мысль посетила её: «Я всегда смогу вернуться сюда, но не так быстро», - действительно, возвращаться сюда практически сразу же после пробуждения было бы грубостью.
       Она поднималась… или спускалась - очень трудно определить, когда ты всё ещё отчасти сонная - по лестнице, которая вырастала впереди и обрушалась сзади, будто отрезая путь. После выхода во внутренние помещения её встретило давнее запустение, вокруг не было никого, лишь стены и тишина распластались вокруг. За время подъёма она вспомнила, что такое ходить и уже стояла на ногах более уверенно, чем при выходе из «мест отдохновения». Теперь ей было интересно насколько хорошо она помнит, как пользоваться магической энергией. Опробовать она это решила на призыве «Рупера».
        Лакримоза подняла руку с висевшей на ней цепочкой и сосредоточилась на ней. 5 секунд… 10… 15… ничего. Когда девушка уже собиралась опустить руку, решив повременить с освежением памяти, от кулона начало исходить мерцание, а затем он начал обретать форму такого знакомого черепа, но маленького-маленького, дунь и отлетит в другой угол комнаты. Ну, она хотя бы смогла вспомнить, что это такое и с чем это едят – этого было достаточно. Потому, с чистой совестью, вернула его в форму кулона и отправилась дальше по коридору, что вёл к выходу на ближайший балкон. Ей хотелось посмотреть собственными глазами, насколько всё изменилось и восстановилось.

Отредактировано Лакримоза (01.06.2019 23:45:21)

+1

3

Колоссальная сила, необузданная мощь тянула куда-то, заставляя то и дело судорожно вздрагивать и почти застывать невидящим истуканом. Это продолжалось уже более тридцати часов, и если вначале происходящее вызывало лишь легкое раздражение, как и всё, что можно было по привычке отнести к очередным проблемам родимой психики, то к закату второго дня Инфирмукс выглядел так, будто его климбатским телом полировали северные горы Некроделлы. В смысле, выглядел он потасканным, с лихорадочным огнем болезни на стеклянистой поверхности сейчас кораллово-алых глаз.
Дорогуша, что с тобой происходит!? Мне это уже совершенно не нравится! – названная матушка, а для других просто Дух Климбаха Фтэльмена обеспокоенно взглянула на заострившееся бледное лицо подростка, обмахнув его нежно-розовым веером с изысканным рюше, а после ее изящная рука, та, что обличена в плоть и кожу, тронула вспотевший мокрый лоб.
Да ты холодный, словно либертеймский лед, будь тебе лет семнадцать, я бы подумала, что ты заболел, но Инфирмукс, тебе три тысячи и ты выживешь даже в желудке кракозябра! – девушка нервно захихикала, похоже, сбивать шутками-прибаутками собственный стресс и отгонять дурные мысли так и не исчезло из перечня дурных привычек.
Да какой-то бред, есть подозрение, что меня прокляли. Может дрянной божок какой постарался, судя по подаче та божка, Рирариум, кажется.
Тебе снятся дурные сны? – встрепенулась звонкой речью.
Не сны, видения. Какие-то замковые помещения, богатые залы, лестницы, подземелья, бойницы, витражи с желтыми не то цветами, не то крестами, а еще там была какая-то девчонка… – на последнее заявление дух скептически изогнула бровь, выражение ее лица, точнее его человеческая часть изображала классическую гримасу «да неужели?».
Занятно, я думала не доживу до того славного времени, когда тебе, наконец то, будут сниться девушки в снах.
Десятый фыркнул, массируя пульсирующие болью веки, – это не сны и в конце она умирает или воскресает, хрен поймешь.
Да, у тебя иначе быть и не могло, – всплеснула руками розоволосая, поджав забавно губы, – если живой и разумный объект, то обязательно умирает, хотя… может, и не все потеряно, если уж ты сомневаешься. Уверен, что это не какая-нибудь твоя знакомая?
Издеваешься? Такой я точно не видел, – но сомнения в голосе скрыть не удалось, как может что-то утверждать человек, страдающий амнезией? – волосы волнистые черные, глаза изумрудные, но вот рога… как два хребта каких-то, сама знаешь, как такое редко у климбатов бывает, пусть на вид не старше семнадцати, у меня вообще сомнения… что она из наших.
Знаешь, это очень похоже на зов, причем зов не от человека, а, скорее, от артефакта или локации… не смотри на меня, да и такое бывает, попробуй просто явиться на него, позволь зову себя увлечь, ты один из сильнейших, вряд ли там… будет что-то опасное для такого как ты. Только не забудь привести себя в порядок, вдруг и правда там будет кто-то посимпатичнее неразумной дикой твари. – Фтэльмена подмигнула, а Инфирмукс уже привычно не обращал на ее эти слова никакого внимания, дух всегда себя так вела и ее поведение было классическим. Хорошо, что еще не стала искать более-менее подходящие тряпки.
Впрочем, все еже так осточертело и замечало, что Десятый сразу же воспользовался советом и, как не странно, его сразу же увлекла… потащила колоссальная сила, необузданная мощь…

+1

4

Лестницы, сменяющиеся бесконечными коридорами, вели её к балкону довольно долго, будто бы это место хотело показать, что с ним произошло за время её «отсутствия». Пандемониум не «проронил ни слова» с момента пробуждения Лакримозы, однако его угрюмое молчание выражалось в окружении. Тёмные стены, тусклое освещение. Даже какая-то мелкая живность не могла оживить эти места.  Нельзя сказать, что цитадель всегда пылала красками или стены были светлее, а уж тем более сейчас, когда время на ней так сказалось, просто связь, что была между ней и её Хранителем, давала понять, что что-то не так, что что-то тревожит Пандемониум и эта «тревога» отражалась в первую очередь именно на внешнем виде помещений.
     Ступенька за ступенькой, шаг за шагом, балионтар приближалась к небольшому и чуть более светлом пятну, выделявшемуся на этом фоне. Она, наконец, дошла до балкончика. Небольшого по своим размерам и находящегося в не особо хорошем состоянии. Примерно трети перил просто-напросто не было, а остальная часть находилась в довольно плачевном состоянии. Пол вроде был в более лучшем положении, по крайней мере, одного посетителя точно выдержит.
     Восстановление Пандемониума не прекращалось ни на секунду: колонны вновь обретали форму, а места особо запущенные приходили понемногу в порядок, но времени на полное, настолько полное, насколько возможно без Хозяина, восстановление уйдёт ещё немало. Словно по осколкам собираясь, балкончик приобретал вид вполне сносного строения. За ведущей на него дверью не было видно абсолютно ничего. Однако и там происходили изменения, влияющие на общее состояние строения в лучшую сторону.
     Одинокая чёрная фигура на балконе, наблюдающая за внешним окружением. Лишь два глаза, горящих словно изумруды выделялись в темноте. Глаза, что смотрели наверх, в небеса Климбаха. Гулкий ветер пронёсся, растрепав по пути чёрные волосы. Если описывать её нынешнее состояние, разумеется, внутреннее, а не внешнее, то можно воспользоваться словом «меланхоличность». Небольшая вина в таком настрое была и на душе цитадели, Лакримоза не могла радоваться, когда у родного ей места что-то не так. Но если обозначать все причины, то сюда можно отнести и беспокойство о том, что её телу осталось не так много и вполне возможно за это время она не успеет найти выхода и уж тем более привести Пандемониум в то состояние, которое у него должно быть.
     Времени было мало, но кто сказал, что нельзя немного потерзать внутренний мир? Иногда лишь это и помогает взять себя в руки. Настроиться на дальнейшие действия, ведь всё начинается изнутри.

+1

5

«Я должен тебе кое-что сказать…» – голос в черепной коробке, казалось, вот-вот вылежит маслянистым бархатом языка все серое вещество, настолько он ощущался вязким и липким. Инфирмукс дернулся, оглядываясь и на несколько секунд припадая к земле, каждый раз, оказываясь в местах, подобных этому, а таковых было не так уж много, он будто оглушённый несколько секунд валяется ничком. В висках пульсирует и стучит боль, даже руку нет возможности поднять.
«Инфирмукс!» – все проходит, подросток закашливается, давясь воздухом, неудачно вытолкнутым из судорожно сжавшихся легких, – «Здесь есть своя душа, имя ей Лакримоза, она разумна не менее чем ты и…» – трудно сосредоточиться на словах Эреба, настолько, что климбат попросту не улавливает слов. Какая-то душа, незнакомое слово или имя? Поди, разбери, и совершенно не хочется разбираться.
Почему… почему это место все еще стоит… – шепчет одними губами, переваливая собственное тело с ноги на ногу, настолько грузными и тяжёлыми кажутся шаги, – …оно не должно существовать, тогда какого черта…
Инфирмукс хватается за не свой рог, пытаясь унять пульсацию, мерзкое ощущение – будто внутри костного материала бьется еще одно сердце, – «ты должен с этим справиться, возьми себя в руки. Это место не имеет ничего общего с тем, кто в нем жил. Просто раковина, моллюска которой ты убил…»
Это просто невозможно слушать.
Невыносимо и все тело заходится сладкой судорогой предвкушения – разрушать.
Ему больше ничего не надо, лишь упоенно сравнять большую часть помпезных и исполинских строений с землей.
Не-на-ви-жу… – подросток срывается с места, перехватывая материализовавшуюся косу, и обрушивает поток алого пламени (хотя реально, это отнюдь не огонь, а чистая энергия) на ближайшую к себе башню, будто подобное действие подарит ему успокоение, высвободит негатив и агрессию.
Стой! – материализованный Скорбилус, конечно, многократно слабее носителя, но не когда у этого самого носителя мозг похож на пересахаренный кисель, а ведь со стороны сцена приобрела почти исторический характер: вот он прежний владыка цитадели, вот он Инфирмукс, вот владыка бьет кулаком, покрытым кристаллическими наростами Десятого прямо под дых, выбивая у того весь дух и заставляя потерять координацию и сбить контроль над магической атакой. А разница? Ну, сразу так и не понять, что это просто скорбилус, не то регрессировавший в Альтер-эго, не то эволюционировавший в него же.
Эреб сразу же исчезает, вновь занимая «козырной пост в голове парня» и начиная оглушительно пытаться привести его рассудок в норму.
Прости за задержку, постараюсь быть шустрее C:

+1

6

Потерявшаяся в мыслях, блуждавших то туда, то сюда, она просто стояла и смотрела в никуда. И так бы и простояла ещё долго, если бы не внезапное разрушение одной из башен цитадели. Словно гром среди ясного неба, поток яркого красного пламени озарил горизонт, а чувство разрушения пробежалось мурашками по коже девушки. В этот же момент перед её глазами предстала картина происходящего в отдаление от её местоположения. Красноволосый климбат вновь был здесь, вновь пытался сеять разрушения, а затем перед ним явился столь знакомый образ, отличавшийся от настоящего, но образ её создателя. Обезумевший парень был остановлен его ударом, а затем кто-то похожий на Уробороса растворился, исчез.
      Лакримоза не собиралась медлить и просто оставаться на месте. Спрыгнув с балкона, она кинулась в сторону разрушенной башни, сейчас ей предстояло что-то сделать, дабы избежать повторения, дабы избежать вечного разрушающего всё сна. Ведь если она вновь уснёт из-за разрушения цитадели – всему конец. Она уже не сможет ничего сделать и тогда придёт тьма… для неё… для Пандемониума…
      Вот она тут. Перед ней осыпается не так давно вставшая на своё место колонна, о состоянии башни и говорить, в принципе, особо нечего – ей предстоит практически полное восстановление. Что она могла противопоставить ему? Всё ещё не восстановившаяся и ослабленная многими факторами. Хотя тот факт, что он тоже не в особо хорошем состоянии внушал хоть какую-то надежду. Однако в ней не было желания вступать с ним в схватку. А был ли у неё выбор? Если он снова начнёт сеять разрушение – ей не останется ничего иного кроме как противостоять ему.
       Быть может она бы хотела что-то сказать, но это было сложно для неё. В руке медленно, но верно проявлял себя меч, а в голове стоял невнятный скрежет, будто кто-то скрёбся по черепной коробке своими острыми когтями. Стоя на месте, она схватилась за голову левой рукой, стараясь унять боль и понять, чего же хочет от неё Пандемониум. Скрежет усиливался и становился всё менее понятным. Будто они находились сейчас на совершенно разных волнах и не могли поймать ту единственную. Такого ещё не было, но это чувство было отдалённо  похоже на то, когда цитадель только-только начинала выходить с ней на связь.
       Лакримоза стояла напротив климбата и ждала его действий, скрежетание в голове довольно сильно мешало, но иного выхода не было, раз она не может сейчас ничего понять – нужно просто успокоиться и принять, потому как на данный момент были более важные и менее отлагательные дела и если их проигнорировать, у Лакри возможно вообще не будет шанса понять, что же от неё хотят или что до неё хотят донести.

Отредактировано Лакримоза (11.06.2019 16:59:31)

+1

7

Застыв вкопанным в землю памятником самому себе, красноволосый мальчишка сморгнул белую поволоку с глаз, сейчас очень мешавшую видеть, что же происходит вокруг. Внутри защемило от непонятной тоски и невозможности выплеснуть ярость, на мгновение он почувствовал себя беспомощным, как огромная мутировавшая оса, по роковому стечению обстоятельств, ужалившая сама себя в брюхо.
И все произошедшее отнюдь не следствие слов скорбилуса или собственный способ взять себя в руки и вернуть самоконтроль, главный виновник спавшей спеси и разрушительному беспамятству, появление незнакомой фигуры и сопутствующей ей ауры. Если раньше аура незнакомой личности лишь маячила где-то на периферии, напрочь отбивая желание вообще обращать на неё какое-либо внимание, то теперь стала той палкой в колеса разогнавшегося анормального бешенства.
Невысокая, по крайней мере, точно ниже самого Десятого, угольно-черные волосы… наверное, сейчас их покрывал тонкий слой каменной пыли, тусклый блеск в миндалевидных глазах, кажущихся немного непропорционально-большими.
…что-то ты хреново выглядишь… – негромко пробубнил климбат, сам не ожидая от себя подобного замечания и даже не сразу осознав, что не так с девчонкой. А ведь ответ лежат на поверхности, в его ведении она была гораздо «здоровее»: кожа не такая серая, глаза гораздо ярче и светятся, да и аура помощнее. Похоже, мозг из самых глубин взял образ этой странной куклы и встроил в сон, вот только сохранившийся образ был еще с лучших времен, разумеется, до подобного объяснения Инфирмукс не додумался, а потому продолжил сверлить незнакомку взглядом.
В красной магме радужек сейчас туманным бликом нечетких очертаний плавал зрачок, выдавая всю ненормальность психического состояния Инфирмукса. Вот климбат чуть пошатнулся, сделал шаг вперед и снова застыл, – кто ты такая? – и сразу же отвечая на свой вопрос, – ты кукла. Да. Что ты творишь?

+1

8

Парень не особо спешил предпринимать хоть какие-то действия, не говоря уже о дальнейшем причинении вреда. Он стоял словно вкопанный, то ли пытаясь прийти в себя, то ли ещё какие обстоятельства ему не давали сдвинуться с места.
      Голос. Он с ней говорит? Странно. Ах да, надо же ответить.
      - - однако она так ничего и не произнесла на замечание о том, что выглядит явно не лучшим образом. Нет, а чего можно ожидать от тела, которое на грани? Но стоило ли это озвучивать? Был ли в этом смысл? В общем, пока она стояла и обдумывала данную ей для размышлений тему, климбат начал движение вперёд и вновь застыл, этот маленький шаг заставил её вернуться в реальность. После он задал вопрос и сам же на него ответил, поистине странны и причудливы живые существа. Даже то, что её назвали куклой, не вызывало в ней каких-то эмоций. По сути, она действительно являлась чем-то вроде куклы. Даже не смотря на наличие так называемой души, но чем же тогда она отличается от других? Лакримоза не видела отличий в себе от других, кроме того, что её создали такой, какой она была сейчас и того, что ей не пришлось взрослеть физически.
      - …Что ты творишь? – до неё не до конца доходил смысл этого вопроса. Что она творит? Делает? Сейчас она просто стоит и… не делает ничего. Ничего. Абсолютно. Как странно, этот момент относил её к временам довольно «дальним». К тем временам, когда цитадель ещё не была в столь плачевном состоянии, когда в ней не было так пусто.
      - Что? – это был первый её вопрос вслух. С самого «рождения» она хранила молчание, ведь её никто и никогда до этого не спрашивал. Риторические вопросы нельзя считать вопросами. А даже если бы они были не такими уж и риторическими, вряд ли девушка на них ответила бы в то время, ведь молчала она не просто, чтобы молчать. Причина была тогда, но отпала сейчас. Но даже если основания для молчания  пропали, не всё было так просто.

+1

9

Странная, заторможенная и отдаленно знакомая – вот те выводы, к которым пришел Инфирмукс, внимательно разглядывая незнакомое лицо девочки. Он не нападал, а с легким интересом размышлял, почему её образ кажется таким знакомым. Старательно возрождая образы из памяти, сделал еще шаг навстречу.
Вот длинный коридор… от её движения по темно-серому ковру пламя мерно покачивается, она поворачивается к нему лицом и что-то шепчет, нет, не шепчет, ему лишь чудится, это просто блики красного пламени играют на бледных губах.
Вот она следует за спиной стройной беловолосой фигуры… лицо её могло бы стать идеальным образчиком для любого кукольника, столько в нем выразительного и холодного мастерства, почти безжизненного… не тлей что-то зловещее на донцах черных зрачков. Или ему все опять лишь кажется… всякое может быть…
Молчит, переспрашивает и голос… он заставляет Инфирмукса вздрогнуть, чуть отступить, с недоумением воззриться на хрупкую фигуру, Да, к сожалению, важность момента климбат осознать не смог, он не знал кто перед ним и того, что этот «кто-то» впервые воспользовался речью, – я говорю, что ты кукла… – помедлил и уже с легким оттенком неуверенности переспросил, – верно? – да уж, распознавание расы у него, порой, глючило, но оттенок ауры – базовый срез, четко показывал, что девушка не обладает тем жизненным фоном, как у обычных «рожденных» рас.
Может… она неразумна… – вдруг озарила чуть нелепая мысль, порой не слишком сообразительную голову климбата, – а что, это вариант, ведь очень малый процент кукол способны обрести душу, а её наличие не проверишь…
Почесав в задумчивости затылок, совсем клишировано и забавно, Инфирмукс кивнул каким-то своим мыслям и уже подошел вплотную, заглядывая в глаза, будто там должна найтись вывеска, подтверждающая или опровергающая наличие души. Пощелкал пальцами возле виска, – ты меня слышишь? – четко, чеканя каждое слово, – у тебя есть имя? Если есть, назови его. И что ты тут делаешь?
Было интересно, во-первых, как кукла отреагирует на прямые четкие вопросы, во-вторых, надежда, что удастся разобраться с ее одушевленностью, разгоралась с новой силой, но Десятый не понаслышке знал, что балионтары, особенно «качественные» и сотворенные мастером своего дела, способны до неотличимости имитировать разум…

+1

10

Разговор с самим собой – довольно интересное увлечение. Люди действительно странные, она довольно часто замечала, что некоторые могут говорить с самим собой часами. Иногда у них это вырывалось неосознанно и даже бывало, вызывало проблемы. И вот он, этот юноша, тоже разговаривал с самим собой.
    «Душа», - снова это слово. Как часто ей ещё его придётся услышать?
    Шаг. Ещё один.
    Тень нависла над ней. Кажется, он не собирался вновь впадать в исступление или неистовство, что не могло не подарить нотку спокойствия. Однако теперь предстояло зависнуть ей. Слишком уж странно и курьёзно вёл себя парень.
    Пара глаз проследовала вслед за рукой, направлявшейся к её голове. 
    Щелчок пальцев.
    Рука зависла около её виска. А затем вновь раздался его голос. «Имя? Зачем оно ему?», - мысли роились в её голове, она всё ещё не могла понять его действий, но ответить на  вопрос было не сложно.
    - Лакримоза, - она тихим голосом произнесла своё имя.
    Тихий шорох раздался в стороне от них, башня, что совсем недавно лежала в руинах, начала  подниматься, вскоре она вновь будет возвышаться над теми, кто стоит здесь, внизу.
    - Стою? – на второй вопрос она ответила своим  вопросом, изъяснялась пока как-то односложно, но большего, наверное, не требовалось. Хотя ей казалось, что ответа от неё явно ожидали какого-то иного. А ещё у неё, как ни странно, был подобный же вопрос к стоявшему напротив парню. Ведь он так часто сюда возвращалась лишь с одной целью – разрушать, а сейчас просто стоял и разговаривал, чаще, конечно, сам с собой, но через раз даже обращался к ней.
     За сегодня она произнесло больше слов, больше букв, чем за… за всю свою сознательную и не очень жизнь. Для неё это было неимоверно странно, но в какой-то мере интересно. Интересно и необычно, а ещё удивлял тот факт, что её собеседником, если можно его так назвать, был он.
     - Странный, - внезапно вырвалось из её уст слово, которое она не собиралась произносить, но эта мысль за столь короткое время посетила её уже не раз. Правда, тут ещё надо посмотреть кто из них более странный.

+1

11

Тебе плохо? – с подобным вопросом подходят на улице к повалившемуся на землю человеку, который не слишком похож на ущербного или опустившегося. 
«Странно, и какой во всем этом смысл?» – не более одной рассеянной мысли, немного болезненной, немного натянутой. 
«А какого ты ждал?» – смешливый голос Эреба, совсем чуть-чуть приправленный острыми нотками язвительности.
«Не знаю, мне казалось, что в происходящем больше смысла, а сейчас я ощущаю себя откровенно лезущим не в свое дело, те видения, словно я подглядывал в замочную скважину что ли, не в прямом смысле, а по ощущениям. Теперь же, мне откровенно здесь нечего делать, нечего ждать, едва ли эта кукла заинтересована в ком-то вроде меня, да и не похоже, что она меня узнает, я её по сути тоже...» 
И почему он посчитал вдруг, что у совершенно диковатого образа, появившегося пару тройку раз в стадии неглубоко сна, будут какие-то ответы? Сейчас девочка с черными будто смоль волосами смотрелась даже больше растерянной, чем детеныш огненного фоксилиса в момент перетаскивания из норы в нору. 
Её заторможенность больше напоминала болезнь, странную такую. Инфирмукс смотрел в ореолы ее радужек и думал о ключе... да, ей не хватало такого ключа, что можно было бы вставить меж изгибов лопаток и провернуть... завести в ней жизнь, включить реакции, доработать механизм. 
Он встряхнул волосами в растерянности, здесь его больше ничего особенно не держало, так как ведомая чуйка невообразимой силы, предчувствие испарилось вместе с яростью, что заставляла крушить и ломать все вокруг. 
«Ну, не убивать же мне эту куклу...» – усмехнулся с горечью своим мыслям, босая еще один взгляд на девочку.
«Она без тебя может не выжить... если ты уйдешь...» – со странным подтекстом протянул Эреб, слишком приторно для подобной скоропалительной и жутковатой фразы. 
«Прекращай манипулировать, сам знаешь, что таких не так уж легко убить, захочет выплыть, выплывет, на одном только Климбахе мегаструм знает сколько всяких искусников, что за милую душу заберут себе магическую куклу...»
Лакримоза значит... – повторил, пробуя имя на язык и еще раз удостовериваясь, что оно ему не знакомо, – Я Инфирмукс. – добавил без всякого смысла, вряд ли его имя что-то скажет, и вряд ли она его запомнит.
Последний взгляд и решив больше не испытывать судьбу, он полетел прочь.

+1

12

- Тебе плохо?
     «Нет», - да вроде ей действительно было не особо-то плохо, если не учитывать пары моментов. Однако сказать она это слегка забыла, поэтому для смотревшего со стороны реакции никакой не последовало. Угрозы от парня более не исходило ни для цитадели, ни для неё.
    «Инфирмукс» - узнать имя того, кто смог избавить её от участи быть заменённой через тысячу лет на кого-то нового и заставлял её почти две тысячи лет спать, приближая день «Х», день, когда всё закончится, было, как минимум, неплохо. Довольно противоречивые чувства он у неё вызывал: с одной стороны он, можно сказать, её спас, а с другой – обрёк. Вот только винить его всё-таки не в чем, да и не знала она, что это такое – винить. О том, что он может ей как-то помочь, она даже не предполагала, поэтому, когда климбат развернулся и отправился в обратную от неё сторону, Лакримоза никак не отреагировала. Возможно, лишь с облегчением вздохнула бы, когда он скрылся с её глаз, если бы ни одно «но».
      Ощущение, будто голову разрывает на кучу маленьких кусочков - голос Пандемониума начал громко, очень громко говорить, но всё это складывалось лишь в ещё более непонятные помехи, которые потихоньку начинали обретать ясные и практически разговорные очертания, которые складывались в голове в нормальные слова, правда всё ещё не совсем... совсем не завершённые.
      «О…т...в…» - Пандемониум решил, что этот парень может ей как-то помочь. Чего девушка не понимала, так это того, чем именно «крушитель» ей мог помочь, и зачем ему это было бы нужно. Однако Лакримоза доверяла цитадели, и раз так решил Пандемониум, значит, для этого есть какие-то причины. Причины, о которых она даже не стала спрашивать, пока не стала.
      - Подожди, - вот только не факт, что Инфирмукс её услышал, ей было бы даже проще, если бы не услышал, по идее, она даже не представляла, что делать дальше и как объяснять ему суть своей проблемы. Насильно останавливать, хватая за одежду или тем более за конечности, она его не собиралась, ведь если он действительно может помочь, это не значит, что захочет.

+1

13

Удар пришелся внезапно, один из тех, самую малость картинных ударов в стиле злобного шаржа, но климбату уж точно не показалось произошедшее смешным. Ощущение свободного полета и шелеста собственных покровных перьев сменилось болезненным перепечатыванием к корчеватому камню башни, вот как он умудрился?
Ему не составило бы труда сгруппироваться и избежать столь близкого общения с кладкой, как и услышать даже едва различимый шепот куклы, но голову заполнили странные картинки, точь-точь сцены из старого атмосферного фильма. На пути перед внутреннем взором предстали массивные колонны и пилястры, круговой бельведер в кроваво-алом зареве, на фоне бушующей огненной бури. Взирающие с капителей одухотворенные предвкушением чего-того прекрасного лица, с идеальными ровными носами и полными, едва не до омерзения, губами.
А тем временем мальчишеское тело сползло по стене, шмякнувшись в обломки камней и рыжеватый песок, в горле саднило, в носу щепало, – «что за ересь творится, я не бул*, а косит, как от биорторского перца…» – совершенно бессознательная мысль пронесла на периферии сознания. https://i.imgur.com/tZpQ1pS.pngЧто-то мешало ему, что-то не давало сосредоточиться и подняться на ноги, а самое странное в инстинктах – за тысячи лет Инфирмукс привык полагаться на этот незримый и неосязаемый базис своей интуиции, и теперь он утверждал, что ничего опасного не происходит, пусть и каждый нервы в теле звенел хрусталем от напряжения.
Когти Десятого врылись в жесткий песок, понимание, что глубоко под землей что-то пульсирует, скукоживается и бьется стало очевидным, как день Демиургов, в голове темно, образы и сцены понеслись дальше… Мальчишка был уверен, что их источник совсем не странная девочка, представившаяся как часть какого-то реквиема. Ну, насколько же бредовые мысли лезут в голову в такие моменты!
Кукла? Да, перед его взором предстала кукла, совершенно иная – светлые волосы, тело скорее мальчишеское, классические шортики и носки, идеальное в своей кукольной стандартности лицо. Этой кукле кто-то что-то говорит, или говорит при ней… говорящий высок, Инфирсмукс не ведет его лица, только светлые пряди и какие-то религиозные символы на одежде.
слишком быстро изживающий себя материал, необходимо продержать его еще месяц, пока я не закончу новую…
он отключится при таком потоке энергий быстрее, чем Айс прикончит Эльтасса…
принеси мне чертёж, я привяжу его временно для подпитки к себе, а там посмотрим, Пандемониум не может остаться без хранителя в такой момент…
Замелькали изображения печатей, какие-то рисунки, а после мальчишка видел, как от груди говорившего к груди куклы протянулась тонкая энергетическая нить, яркая настолько, что слепило глаза от ядовито-золотого света…
Инфирмукс не понял ни слова, но Пандемониум явно на что-то намекал… или нет?

* буланимы - люди, не владеющие магией, живут преимущественно на вэлсадии и Цирконе.

+1

14

Не услышал и ладно. Так проще. Так лучше.
Только она собиралась расслабиться и отправиться прочь отсюда, как внезапно боль пронзила висок, а затем перед глазами предстала сцена, сцена краха и разрушения. Лица, переполненные какой-то невообразимой ненавистью, страданием или совершенным безразличием и непониманием. Повтор за повтором рушились прямиком в её сознание. Настолько частые повторения стали сливаться в совершенно непонятную бесформенную массу, а затем прекратились, оставив после себя странное и неприятное ощущение. Прекратились, но мгновение спустя перед ней вновь предстало видение, только на этот раз не того, что было когда-то, а того что происходило здесь и сейчас.
Пандемониум намекал, да нет, прямым «текстом» указывал, что ей во что бы то ни стало необходимо остановить этого климбата, в общем-то, он и сам с этим неплохо справился или ему помогли… Как остановить? И что для этого делать? Для начала стоит переместиться туда, где он распластался, а далее по ситуации. Эх… о какой ситуации она могла думать? Не было у неё ещё попыток о чём-то спрашивать и тем более просить. Она даже не представляла, как начать разговор.
- Ты… как? – это было первым, что ей пришло в голову, когда она увидела красноволосого лежащим и немного отстранённым от реальности. «Что делали «живые», чтобы… поговорить?», - она пыталась перебрать все варианты, которые возникали в памяти. «Что-то же можно сделать», - нет, что-то нужно сделать. – Ха… - за своими размышлениями она даже не заметила, что как-то слишком тяжело вздохнула, это было для неё не свойственно от слова «совсем».
Тяжело и непонятно, но необходимо.
- - она пыталась вспомнить и подобрать слово, как же это называлось, да, точно, - помочь подняться? – протягивая руку к лежащему, спросила Лакримоза. Она не думала, что ему действительно так уж необходима её «помощь», но это было самым простым, что она смогла вычленить из довольно обрывистых воспоминаний о беседах и их началах. Когда тебе не особо надо участвовать в подобном, оно как-то плохо запоминается, а может и когда надо.
Что дальше? Девушка могла попробовать продолжить разговор на отвлечённую тему, не выливать же сразу, что тебе что-то надо от… него. Тем более, что и самой не особо хочется, чтобы действительно было надо. Хотя может так будет правильнее и честнее, но всё же даже в её голове это звучало бессмысленно: с чего бы ему ей помогать?
- Мы можем… поговорить? - ей очень хотелось добавить «спокойно», ибо она не представляла, чего от него можно ожидать. Возможно, ему через пару минут вновь кровь в голову ударит и всё пойдёт крахом. Всё вернётся в начало, а может, станет концом, даже не дав начаться.

+1

15

- Ты… как? – голос глухой и бьющий по вискам, таким хорошо карбукловые гвозди в стену заколачивать. Наверное, из-за того, что он пробивается в сознание сквозь невыносимый шум собственной крови, бегущей по головным артериям и венам.
Инфирмуксу от чего-то хочется смеяться, хотя образы и картинки, иссякшие столь же внезапно, как и появившиеся, ох как не смешны. Он тихо начинает хихикать – мышцы, в том числе и лица, все еще сводит остаточной судорогой, но мальчишка спустя пару коротких мгновений бодро вскакивает на ноги, еще раз осматривая гамункула… или куклу? В балионтарологии он никогда не был силен.
Интересно, с какой целью её сделали такой… миниатюрной и безжизненной. Из голимого, выбитого кровью опыта, мальчишка знал, что те, кто умеет создавать гомункулов еще и преследуют какие-то цели при их создании, этого гамункла точно создали на Климбхае и, скорее всего, это сделал климбат.

«Бывший Владыка твоей земли, если быть точным…» – усмехается Эреб, не пряча в голосе острый перцовый осадок, что-то вроде ядовитого замечания, без реального желания задеть.
– «Вот-вот…» – тихо вслух отвечает скорбилусу Десятый. Зачем бывшему владыке девчонка на вид не старше самого Инфирмукса? Популярная функции кукол (не считая боевой) – взаимодействие с вешним миром в пользу хозяина, и их логичнее сделать наименее похожими на самих климбатов… а тут? Неужто «Павший» бездарно потратил ресурсы? Пусть мальчишка и не помнил его и всё, что с ним было связано от слова совсем, но вряд ли.
«А может быть у куколки были другие задачи, ты только на неё погляди…» – Инфирмукс поглядел.
- Мы можем… поговорить?
И еще раз поглядел. Кукла как кукла, и чего его так нервное и магнетическое напряжение пробирало последнее время? Ничего же выдающегося в плане силы или ауры – только по этим критериям оценивал Десятый любых жителей Климбаха.

«Для простого украшения жизни или в качестве одной из гарема вряд ли, у неё зерно… с этим бы так заморачиваться не стали, как думаешь, она с душой или просто машина?»
«А ты, как сам полагаешь?» – вновь игриво-насмешливое.
«Второе. Заторможенная, да и образы эти, похоже, она мне показала детали прошлой жизни, мол… хочет, чтобы я вернул ей её хозяина – программа, что для таких как она закладывается хозяином еще в момент привинчивания головы к корпусу, разве нет?» – неверно истолковал происходящее мальчишка.
Эреб засмеялся, не слишком приятным голосом – бархатисто и сладко, как патока. Подросток поморщился.
«Ты умелец делать кучу поспешных выводов, но думай сам… своей головой…»

Извиняй, кукла, – развел руками мальчик, он пытался говорить четко и достаточно громко, так как считал, что Лакримоза обыкновенный балионтар без души и воли – примитивный робот, – но вернуть твоего хозяина я не могу, а даже если бы мог, не стал бы. Не за тем я, как говорится, каменную землю зубами грыз, чтоб потом самому себе харакири сделать.
«Интересно, она понимает, что я говорю или совсем сломанная? Может уничтожить её, чтоб не мучилась… хотя… зачем..? Бессмысленно…»

+1

16

С чего бы начать? Слишком закономерный вопрос в данной ситуации. Как продолжить? Слишком сложный вопрос для существа, находящегося в её ситуации.
«Кукла. Ну да. Кукла»
Его слова о возвращение Хозяина были словно удар под дых. Он прав, ведь и Лакримоза не для того рисковала отправиться на тот свет, чтобы возвращать назад его. Не для того она в тот краткий миг поставила всё на этого мальчишку. Однако, что принесла ей эта ставка? Распадающееся тело? Мнимую свободу? Сколько она сможет ею пользоваться? Ей нужен был Инфирмукс, иначе всё это было просто-напросто бесполезно, бессмысленно. А что будет с Пандемониумом? Но девушка всё ещё не видела причины для Инфирмукса помогать ей.
- Глупая мысль. Бессмысленно возвращать того… - она подняла глаза на шпиль башни и будто наваждение с себя стряхнула, обрывая свою речь, - не важно. Я хочу просто… поговорить. У меня не было такой возможности раньше… так хоть сейчас, - «пока «жива» ещё» так и не сказав этих слов, она просто посмотрела в глаза климбату.
Кажется, сейчас её не особо волновало скорое приближение конца, ей действительно хотелось поговорить с другим живым существом. Понять упускает ли она хоть что-то хорошее в этом мире, был ли смысл в её действиях. Она даже расслабилась в каком-то смысле этого слова, потому что приняла тот факт, что если она попросит, то, скорее всего, получит отказ, но для начала ей просто хотелось узнать, понять. Даже если ответом будет отказ, она хотя бы пыталась. Уже неплохо… особенно для куклы.
- Ну, так как? Можешь рассказать мне немного о мире за пределами Пандемониума? – она понимала, что парень мог просто проигнорировать все её слова, встать и уйти, будто её просто не было здесь. Она понимала, что этот вариант будет неприятным для неё, но что-то говорило ей, что эта попытка не так бесполезна, как ей кажется, - Мне интересно, - возможно со стороны это могло показаться попыткой потешить своё самолюбие… может быть так оно и есть. Любопытство – не порок, особенно, когда ты стоишь на краю обрыва, и от падения тебя отделяет лишь шаг. Шаг длиною в очень короткий промежуток времени.

+1

17

[AVA]https://i.imgur.com/XQghKiF.png[/AVA]«Твой главный недостаток, Инфи-и-и-рмукс…» – осточертевшая тягучая смола его голоса уже скорее синтетический дёготь, – «…в отсутствии высшей идеи. У каждого разумного должна быть таковая, это дает иллюзию собственной нужности, это же помогает управлять. Благодари меня! Я дал тебе смысл… подарил доминанту, раз ты вернулся с уродливым абрисом костей в руках… посмотри, даже у маленькой Лакри есть смысл жизни…» – бледные изящные пальцы касаются черноволосой головы, покровительственно поглаживают, почти нежно, – «немного жаль, что он у вас не одинаков… жаль самую малость…» – этот хищный оскал губ, змеиный прищур.

Инфирмукса передергивает от внезапно накатившего ведения, но сомнений быть не могло, очередная картинка – это ничто иное, как воспоминание и в нем была эта кукла… Лакримоза. Как странно – Десятый все еще помнит это имя, хотя по всем законам собственной психики должен бы забыть.
…за пределами Пандемониума? – вопрос звучал с еще незнакомым для климбата оттенком, в нем отчётливо слышалось что-то риторическое, но с придыханием, ядерное сочетание для ушей, – «…она что, тоже память потеряла или некогда не покидала..?» – и тут же вновь пронимающая до самых атомов дрожь, еще одна сценка, но уже не в залах, а там, где светящиеся люминесцентном цепи не дают даже опустить голову. Ядовитый взгляд вытянутых щелей в желтых радужках.

– «…Пандемониум – её жизнь, правда, уморительно… эти стены, эти казематы, где тысячи тысяч дарили свои жизни, где сгинешь и ты, если не…» – точно, как он мог забыть, она приходила вместе с тем… с тем кто…
Приходила не по своей воле, разумеется, а когда обладатель змеиных глаз приказывал, чтобы эта кукла что-то кардинально изменила в обстановке или свойствах камеры. Она всегда молчала, по крайней мере, никогда не говорила при пленниках.

Мальчишка сделал шаг назад, рог пульсировал болью снова и он снова схватился за него, бросая все силы на попытку успокоиться. Ярость. Она очень изменилась… вдох… выдох… альвеолы легких, будто заполнил жидкий свинец, но нельзя, ему ни в коем разе нельзя терять голову.
Губы сами по себе растягиваются в улыбке, челюсти сводит легкой судорогой и смешно признаться – это мешает ему расслабить лицо.
За пределами Пандемониума так много всего, что описать словами это невозможно… представь, что ты рыба-бабочка, живущая на своём маленьком рифе у мегаструма на рогах, при всем желании рыбе не описать весь мир. – Инфирмукс выдал тираду совершенно ему несвойственную, она стала для подростка почти шоком и одновременно вызвала отвращение к себе, так как, говоря это, Инфирмукс отчетливо ощутил удовлетворение от сказанного, будто бы его слова всерьез могли задеть Лакримозу. Думать так не было основания, а вот свое ожидание… с чего бы? Как бы там не было в прошлом, едва ли домашняя кукла желтоглазого хоть как-то ухудшила его пребывание в Пандемониуме.
«Почему я так чисто помню его? Почему это слово… Пан-де-мо…»
«Не сбивайся, все дело в якорях, твоя психика выплыла на время… ей бы укрепиться, но ты все еще слишком упрям…»
Если тебе интересно, советую покинуть это место. Отправляйся в путь, хочешь совет? Отправляйся на запад, пересеки океан и окажешься на другом материке, там земли поделены между собой владыками, у многих есть свита, своя цитадель и прочее… пригни понравившемуся на верность и живи себе на хозяйских харчах, как говорится.

Отредактировано Инфирмукс (03.08.2019 21:43:23)

0


Вы здесь » Энтерос » Былые повествования и приключения » И опять мне чудятся тени