новости
Добро пожаловать в литературную ролевую игру «Энтерос» Авторский мир, современное эпическое фэнтези с элементами фантастики, эпизодическая система игры, смешанный мастеринг. Контент для игроков от 18 лет. Игровой период с 3003 по 3005 годы.
20.10.2021. Завершились титулование и праздничный ивент, результаты данных мероприятий можно узнать в соответствующих темах! Нашему форуму исполнилось шесть лет. За эти шесть лет мы написали несколько тысяч постов, прошли множество интересных квестов и приняли в мир больше 250 анкет, и пусть многих с нами уже нет, мы всегда рады новым игрокам и с большим уважением относимся к творчеству игроков. Спасибо всем, что вы с нами, спасибо за поздравления и участие!
15.10.2021. Стартовало ежегодное «Титулование», приуроченное к шестилетию форума, приём голосов продлится до 19 октября 2021 года включительно, также начался праздничный ивент. Вдохновения!
14.10.2021. Всем доброго времени суток и вдохновенной осени! Подведены итоги месячной активности и результаты конкурса «Лучшие посты месяца», за последний месяц было написан 287 постов от 40 персонажей и GM. Впереди нас ждёт огромное количество конкурсов и всевозможных ивентов, время зарабатывать кристаллы, уважаемые участники. В разделе актуальных конкурсов будут последние обновления.
14.09.2021. Всем доброго времени суток и чудесной осени! Подведены итоги месячной активности и результаты конкурса «Лучшие посты месяца», за последний месяц был написан 341 пост от 40 персонажей и GM. Всё ещё принимаются заявки на конкурс «Магические способности» до набора 16 способностей.
05.09.2021. Всем привет и чудесного настроения! Стартует конкурс «Лучшие посты месяца», принимаем заявки до 10 сентября 20:00 по мск, также принимаются заявки на конкурс «Магические способности» до набора 16 способностей. Ознакомьтесь с главной темой объявлений, там есть важная новость для ведущих Мастером игры.
14.08.2021. Всем привет и отличного настроения! Завершены конкурсы «Лучшие посты месяца» и «Творческий императив», также были подведены итоги активности месяца, всего было написано за месяц 276 постов от 39 персонажей и GM.
14.07.2021. Стартуют два конкурса «Лучшие посты месяца» и «Магические способности», приём заявок на конкурс «Творческий императив» продлён до 10 августа. Произведена чистка архивного раздела, добавлен новый раздел в основные правила форума «Ведение карточки персонажа» и не забываем раздавать посты в наши 19 квестовых эпизодов. Подробнее обо всём читайте в разделе «Объявления».
14.07.2021. Объявлены победители конкурса «Лучшие посты месяца». Благодарим всех за активное участие и голосование.
10.07.2021. Обновлены активисты проекта и кристаллы за голоса в Топ'ах начислены. Открыто голосование на лучшие посты периода «июнь – июль» до 14 июля 19.00 МСК включительно.
09.07.2021. Напоминаем про конкурс лучших постов месяца, приём заявок завершится 10 июля 2021 года в 19.00 по МСК. Мы с нетерпением ждём в личные сообщения ссылку на два поста, понравившихся лично Вам, и размещенных на форуме в период с 10 июня по 09 июля 2021 года.
07.07.2021. Открыты два квеста «Роковая башня» и «Tainted Lands», приглашаем всех желающих принять участие, чтобы узнать подробнее, загляните в раздел «Набор в квесты». Внесены значительные послабления в «систему прокачки» [касательно количества постов], в связи с изменениями в магазине, количество деосов третьего поколения увеличено и теперь составляет 98 существ.
06.07.2021. Всем привет и великолепного летнего настроения! Мы обновили дизайн впервые почти за шесть лет. За прекрасную работу благодарим дизайнера — вещий дух. При возникновении багов, просим сообщать в тему «связь с АМС».
активисты
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Энтерос

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Энтерос » БЫЛЫЕ ПОВЕСТВОВАНИЯ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ » Среди туманов. Часть III. Багряный рассвет


Среди туманов. Часть III. Багряный рассвет

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Локация и Датаhttp://forumstatic.ru/files/0015/14/a0/87162.pngПланета Либертэйм, материк Биазелес, лес на западе от города Бар. 3002 год, время суток на начало - несколько минут до рассвета.


Участникиhttp://forumstatic.ru/files/0015/14/a0/87162.pngИнге Тейриан / Рамиэль Лерайя


Дополнительноhttp://forumstatic.ru/files/0015/14/a0/87162.pngМастер игры, при необходимости отыграем сами. Эпизод является игрой в мире Энтероса и закрыт для вступления любых других персонажей. Система боя - любая.

http://sg.uploads.ru/9tvBy.png
http://d.radikal.ru/d15/1905/49/be15de44d5c1.gif
http://sg.uploads.ru/9tvBy.png

Описание


http://forumstatic.ru/files/0015/14/a0/87162.png

После очередной неудачи Рамиэль не потерял надежду найти убийц своего друга Эдриана и он отправляется в путь по новой наводке, исходящей в этот раз от Инге. Периец присоединяется к эделиру. Они не мешкая прибывают на одну из свободных планет и им предстоит найти человека, который вероятнее всего прольет свет на события столетней давности. По имеющийся информации искомое лицо находится где-то в здешних лесах в небольшом доме у озера. Наши герои прибыли на место и вместо дома обнаружили руины, они собираются все тщательно изучить и продолжить поиски, как только наступит рассвет...

0

2

Инге стоял у того, что когда-то было окном и смотрел как капли дождя подают на остатки подоконника. Дождь начался внезапно и им с графом пришлось укрыться в этом разваленном и давно покинутом доме. Там за окном в предрассветных сумерках было скрыто заросшее камышом озеро, а прям рядом со строением находилась небольшая полянка, покрытая густой зеленой травой. Ни каких следов искомого субъекта пока обнаружено не было, но может они найдутся позже, когда поднимется солнце и гроза прекратится. Пока же Тейриан уже пять минут изучал движение капель и в комнате стояла немного гнетущая тишина. Дела они с Рамиэлем уже коротко обсудили, а дальше, дальше разговор не пошел...
Длинные заостренные ушки слегка вздрогнули, очень хотелось выяснить причину изменившегося поведения Лерайя, на приеме им не удалось толком ничего объяснить друг другу, только договорится о совместном походе по очередному следу. Но вероятно это делать не стоило, не к чему уже, а может и вообще к лучшему... Первый проводил глазами очередную каплю, разбившуюся и превратившуюся в маленькое море брызг. Ее путь был не долгим и завершился столь феерично. Инге таким похвастаться не мог, его дорога была дальней, извилистой и в конце кроме темной бездонной холодной бездны ничего не ожидается, разве только порадоваться рандеву с костлявой, которое наконец состоится... Здравствуй, вот мы и встретились, ты заждалась вестимо... То ли улыбка, то ли усмешка появилась на губах пери и задержавшись на несколько секунд исчезла. Это все не важно на самом деле, нужно сделать то, зачем они здесь, а остальное, остальное растворится в солнечных лучах...
Почему все так получилось, кто ответит на данный вопрос... Причудливые игры судьбы... Ты вошел в мою жизнь, в мое сердце и душу, а уходить не захотел. И с этим уже ничего не поделаешь... Если бы... но не стоит об этом, прошлое нельзя изменить, остается только идти вперед, куда бы этот путь не привел. Осуждаешь, мой зеленоглазый ангел, знаю так и есть, что же, вполне справедливо. Оправдываться не буду, как видишь, я получил сполна. То к чему шел, к чему стремился оказалось не достижимом. Не знаю плакать мне или смеяться... Наверное просто сделать шаг и все закончится...Порыв ветра раздувал золотистые пряди, небрежно брошенные на черную рубашку, в тон брюкам. Стекол  в этой комнате не наблюдалось, как впрочем и во всех развалинах, бывших когда-то небольшим удобным домиком с верандой и видом на озеро. Но эти времена давно прошли и теперь везде царило запустение, виднелись обвалившиеся стены и прогнивший пол. Не радостное зрелище...
Первый вглядывался в предрассветные сумерки, но звезды давно уже не было видно, только пелена дождя находилась перед глазами. Разве хотеть летать в поднебесье это плохо? Разве посметь полюбить это плохо? Почему все к чему я прикасаюсь рассыпается превращаясь в пепел? Длинные ушки еще раз дернулись и Инге не выдержав нарушил тишину негромко проговорив, все также смотря на проем в стене, раньше бывший окном, на грозу, бушующую на улице:
- Он ведь не уйдет от твоего возмездия... Ты делаешь это для... него или для себя, Рамиэль? И да наверное нужно поблагодарить тебя, что взял меня с собой... снова.
На последних словах губы перийца непроизвольно скривились, что это значило, только демиург ведает... Но его здесь не было, а только плесень по углам с паутиной. Где-то высоко над лесом послышался оглушительный раскат грома и очередной порыв ветра погнал тысячи капель вперед. Многие из них остались на волосах и одежде Инге, несколько же катились по лицу и подбородку, а он словно не замечал этого, продолжая стоять и смотреть в неведомые дали не поворачиваясь. На спине перийца были прикреплены ножны с парными мечами, а на поясе находился неизменный Альмас, подарок богини.
- Какая гроза, - продолжил между тем Тейриан, - давно таких не видел... - голос Первого дрогнул, - мы словно на краю земли и совсем одни... - прямая спина пери дернулась, но так и остался стоять и не оглянулся, а через пару секунд уверенно добавил с едва уловимой грустью, - впрочем, мы найдем его в этот раз, я чувствую и ты наконец сможешь спать спокойно...

Отредактировано Инге (11.05.19 18:54:15)

+1

3

Неподвижный, с идеально  прямой осанкой,  Рамиэль сидел на старой лавке у стола,  положив левую руку в сгибе  на его край, в то время как ладонь правой покрывала колено. С непроницаемым видом   граф смотрел вперёд, в сизую предутреннюю мглу. Водная стихия разошлась не вовремя, дождь лил и лил,  и приходилось усмирить нетерпение и ждать. Этим ожиданием некто будто испытал терпение путников, но терпения его сиятельству не занимать, как и  спокойной решимости преодолеть этот последний барьер, решимости, питаемой ранее ненавистью и гневом, а позднее ставшей большей частью  знанием ума и обыденной мыслью, с которой он жил каждую минуту, чем-то вроде мантры - Найти. Убить.
Мерный шум дождя за обветшалыми стенами. Глухое молчание двоих  наполнено горькой недосказанностью. Обсуждение деловых моментов маскировало  это  сокровенное, затаенные слова и чувства, но вынужденное ожидание,  пребывание  вместе в одной комнате  проявило его, обнажило тайное до предела. Поэтому он избегал смотреть в глаза и стоял, отвернувшись. Поэтому Рамиэль, почти  не отрываясь,  смотрел  куда-то вперёд  и молчал.
С  последней их встречи граф изменился. Черты лица стали более резкими, а глаза цвета темного серебра иногда останавливаясь на Инге, смотрели так, будто между мужчинами не несколько метров, но периец от него   на огромном расстоянии,  смотрел так, что, казалось, ему стоило усилий удерживать фокус внимания на парне.
Поблагодарить.
Голос Рамиэля, как и вся внешность, претерпел изменения, теперь он звучал несколько ниже.
-Не cтоит. Присутствию здесь ты обязан исключительно своей настойчивости.
Да, вопреки себе самому Лерайя согласился на совместное путешествие.
Возлюбленный не пожелавший остаться им навсегда, неслучившееся счастье.  Трудно находиться рядом, молчать вдвоём, на этом островке с серым сумраком, вползающим   в пустые проемы окон. На сердце каменная тяжесть, притупленная боль тлеет полузатухшим огоньком. Но он здесь, и это связывает Лерайя по рукам и ногам. Немыслимо и представить, что исход их путешествия станет для  него трагическим, немыслимо принести его в жертву памяти об ушедшем. Фрагмент   разговора сам собой ожил в памяти
-.. Это моё дело. Я справлюсь один. С тем прощаюсь, Тейриан, не смею лишать каолицию ее преданного сотрудника.
-Он дорог и мне, Рамиэль. Ты не можешь отнять у меня право воздать им по заслугам.

Граф  понял.  На краткое время их пути пройдут рядом,  они  оба - орудия  возмездия. Мог ли он  применять данную артефактом власть даже во имя  его спасения? Мог ли  отклонить просьбу Инге   и этим показать себя "хозяином", подчеркнув своё право управлять его жизнью?
Вести разговор, продолжая игру в то, что ничего не происходит между ними особенного, не хотелось, молчать же больше невозможно.
-Он не уйдет. Мир бесконечен и велик, но он тесен для нас двоих.
Он не уйдет. Слишком долго накапливалось это чувство, ядовитое, жгучее, как адская лава. Погружаясь в поток  повседневности с её делами,  заботами и проблемами граф отвлекался, тогда  оно, оттесненное вглубь,   блекло,  но в моменты, когда мёртвенно-бледное, со следами перенесенных страданий, лицо Эдриана, вставало перед внутренним взором, такое, которого он не видел у друга при жизни никогда,  мучительное чувство вины взмывало с новой силой, затем  отступала  и вина, и  густая, черная, подобная змеиному яду ненависть закипала   в венах.
"Какая гроза." Впервые за все время их совместного пребывания он отринул личину невозмутимости, остановив на пери острый пронизывающий взгляд. В ту ночь на Нонтергаре, когда Рамиэль невольно чуть не убил его, так же били молнии, а замок сотрясался от мощных раскатов. Эта параллель, снова породившая  предчувствие неизбежной гибели, заставила напрячься, хотя разум графа и понимал ясно абсурдность подобных ассоциаций, но зародившая тревога звучала диссонансом, вызывая досаду на упомянутую настойчивость Тейриана.
-Всё возможно. Сегодня ли, завтра или через год, но ему не уйти и он знает это. Ненависть, Инге, связывает подобно любви. С некоторых пор мы с ним соединены невидимой нитью, он на одном ее конце, я на другом. Он чувствует мою ненависть,  я - его страх, и теперь эта нить натянута до предела.
Феникс поднялся, подошел к парню и стал рядом, не глядя на него. Он кивнул, указывая на очередную электрическую вспышку за окном, глаза недобро блеснули, острые черты исказились злой  иронией .
-  А неплохо было бы свершить  акт правосудия на фоне таких декораций..

Отредактировано Рамиэль Лерайя (14.05.19 18:41:31)

+1

4

Инге внешне ни как не отреагировал на слова графа о том, что не стоит его благодарить, да и что тут ответишь. Это и вправду личное дело Лерайя, а Тейриан кто и какие права имеет?.. Никаких... ни на что... Много, много лет назад молодой аристократ смотрел на перийца с любопытством, толикой восхищения, а также явно оценивающим взглядом и только весело улыбнулся на вызов когда тот отринул данное ему имя очередным хозяином и назвал свое. Так они познакомились с Реверди...
В тот день Инге единственный остался в живых на арене, уничтожив всех противников. Он стоял в ошметках, оставшихся от одежды, крепко сжимая в руках красный от крови меч с язвительной усмешкой на губах, взирая на трибуны, приветствующие победившего гладиатора ликующими криками. И как выяснилось далее сумел обратить на себе внимание Эдриана. Как давно это было, но вся сцена сохранилась в памяти в подробностях, как и многое другое, что связывало их двоих. Его зеленоглазый ангел, она дала имя и осознания себя, а он фамилию и его клинки... Первый так и не смог расстаться  с ними и наверное уже не сможет никогда. Два знаковых человека в жизни Тейриана, коим он обязан так многим...
Длинные заостренные ушки Первого чуть дернулись, Рамиэль, помнит ли он когда в первый раз они увиделись, навряд ли. Тогда он пришел к Риверди и только мимолетно скользнул взглядом по перийцу, недоверчиво его рассматривающего. В тот раз Инге не знал, что ждать от этого господина и анализировал незнакомца с точки зрения его полезности для Эдриана. По настоящему взглянули друг друга эделир и пери намного позже уже в личном замке графа на темной планете. Тогда много чего произошло и именно в тот день был выбран путь, как выяснилось ведущий в черную бездну безысходности.
Очередной раскат грома ознаменовался хлестким струями дождя в лицо. Хотел бы Инге все изменить, чтобы не было этой встречи, не было фиолетового солнца в его жизни? Ответ на этот вопрос являлся странным, это однозначное нет... Сгорающий мотылек в ярком пламени, куда он прилетел ибо не мог иначе, кто поймет такой поступок... глупо и безрассудно... Несколько минут сказки, несбыточной мечты, за которые ты истлеешь дотла и даже серого пепла не останется. Тейриан совершил в своей жизни очень много ошибок, но сегодня он первый раз попробует сделать все как надо и не важно, что возврата не будет, ничего больше не будет. Оно того стоило. Двое, ставшие одним целым и летящие в вечности среди звезд... Следующая фраза Лерайя вернула перийца к действительности и улыбнувшись, как смертник смеющийся в глаза костлявой, Инге отозвался:
- Я знаю, Рамиэль. Он не уйдет, а ты не отступишь и пойдешь до конца. Я воочию убедился в этом в башне. Все правильно из вас двоих выжить должен только один, по другому и быть не может, - где то высоко сверкнула молния, а резкий ветер все пытался сбить с ног, подошедших так близко к краю, - Любовь, ненависть, они так похожи и связывают вечными узами... Говорят разрубить их может только смерть... "Лгут конечно, но ты верь, верь и пусть прошлое останется позади, а ты войдешь в этот новый день, в новую жизнь и будешь сиять вечно, так и не ставшее моим фиолетовое солнце..."
Тейриан почувствовал приближение графа и по всему телу словно электрический разряд прошел, сердце отбивало глухие удары, а в груди стало не хвать воздуха и захотелось, очень, очень сделать что-нибудь безрассудное. Ощутить его губы на своих, вкусив их терпкий аромат, прижать к себе железными объятиями и уже никогда и никуда не отпускать. Но вместо этого пери произнес внезапно охрипшим голосом:
- Предел... он совсем рядом... Твоя ненависть сильна, а его... страх, - "Что же пусть называется так", - слово "страх" далось Инге с трудом, - безграничен...
Первый не мог повернуться, не мог даже мельком взглянуть на эделира, чтобы еще раз запечатлеть в памяти эти до боли знакомые черты, один миг и он все прочитает в его глазах, а так нельзя, только не сейчас. Больше ни каких ошибок, в этот раз он сможет, не оступиться и у него хватит сил. Ногти впились в ладони в сжатых руках, отставляя кровавые царапины на коже, в голубых глазах творилась настоящая вакханалия, словно все небесные боги решили схлестнуться в яростной битве, боль, отчаяние, тоска и безнадежность и еще горячее и все поглощающее чувство, кружились в этом водовороте. Выдохнув Инге прикрыл глаза, а когда они вновь увидели свет в них была только одна бездна безграничного холода. И с безликой интонацией он произнес, отвечая на последнюю фразу Рамиэля:
- Да будет так...
Затем сделал шаг и перемахнув через подоконник и не обращая внимания на ливень устремился вперед. Периец даже не заметил как над озером заалела заря, пробиваясь сквозь хмурые тучи багряными лучами.

Отредактировано Инге (13.05.19 23:44:48)

+1

5

Остановившись  вблизи от парня, Рамиэль  смотрел исключительно только вперёд. Светопреставление   не думало заканчиваться, наоборот, раскаты грохотали подобно взрывам  на поле боя,  ветер и дождь усиливались. Это  неистовство стихии, её неудержимая ярость в столь важный для него момент, казались следами  присутствия  самого Творца.
Я знаю ты здесь, отец,  ты слышишь меня. Ты испытываешь силу моего намерения или даешь время передумать?Все решено раз и навсегда. Чего ты хочешь от меня сейчас?
Порыв ветра играл длинной чёрной  прядью, выбившейся из стянутых в пучок волос, трепал тонкое кружево воротничка.
Занятно  ты устроил свое творение.  Каждое   действие  порождает множество непредсказуемых  последствий, подобно тому как  брошенный в воду камень порождает  волны. Зная едва  о двух трех "кругах", мы считаем  себя едва ли не центром твоей вселенной. Признайся, отец, а  ты веселишься там,  наблюдая за нашей самоуверенностью, видеть всю цепь причин и следствий можешь ты один. Вот и  он, убив дорогого мне,  не придал  значения рядовой для него смерти, вероятно, выполнял привычную работу. Он не знал обо мне, он не думал,что  я  приду за  его жизнью и заберу ее.   У него есть те,  кому дорог он и вызванная его смертью их ненависть обратится на меня и возможно. когда -то  приведет ко мне его брата или сына, что с того.
А я...Выполнив, что должен, я найду  тебя в прошлом, теперь я могу это, найду тебя ещё  живым, еще не знающим своей судьбы. 

Незаконченная мысль  сама собой оборвалась, потому что Инге вдруг неуловимо изменился. Он как и прежде смотрел в окно, не оборачиваясь, но его аура...
Напряженный  как струна,  сурово-сосредоточенный,  Рамиэль стоял  рядом  с парнем  и слушал его. Инге сейчас звучал для него  музыкой,  такой манящей. Эта музыка словно обращалась к его собственной подобной,  схороненной глубоко-глубоко в душе  за смутными воспоминаниями, огненными сновидениями, этими клочьями сознания, оставленными ему  после  возвращения оттуда,   но воли себе Феникс не давал,  склонив голову, он упрямо, чуть исподлобья, смотрел перед собой   потемневшими до черноты глазами.  Дома, в замке, в похожую грозовую ночь, Инге с той же решимостью   мерился силами с  артефактом, сейчас смертным врагом пери была его "музыка".
-Так ли? Смерть приносит лишь забвение,  подобные узы не в ее власти. Воля и выбор существа освобождает его или  опутывает еще  сильнее. Узы истинной любви нерушимы, ненависть  гасится прощением, но  простить часто  невозможно. Кто-то отступит, под влиянием страха или слабости, другой станет ждать воздаяния божьего.
Слова и поведение парня недвусмысленно давали понять, что он обладает большей информацией, чем показывает,  но крупицы этой информации графа никак не устраивали, а для выяснений сейчас не время.
- неплохо бы свершить  акт правосудия на фоне таких декораций.
-Да будет так.

Когда  Инге   шагнул прямо  в дождь,  граф еще  некоторое время не выпускал  его из вида.
Послышавшийся позади резкий хлопок заставил стремительно обернуться. Оказалось, часть штукатурки обвалилась на пол, явив  мало привлекательное зрелище - массу темно-грязных камней, среди которых   что-то поблескивало. Приблизившись, Рамиэль рассмотрел  кучку золотых монет, выпавших из раскрывшейся шкатулки, да несколько незамысловатых украшений. Одно его заинтересовало и, склонившись, он  поднял серебряную цепочку с прикрепленным к ней медальоном, открывать крышку Лерайя  не стал, не до того, лишь положил его в карман, после чего   направился к проему двери и  вышел на крыльцо. Спустя миг, благодаря телепортации,  он шел   рядом с Тейрианом и   пристально  смотрел  на  торжественное восшествие  алой звезды, со всей неумолимостью теперь понимая, что долгожданное впереди и  обратный путь закрыт навсегда.

Отредактировано Рамиэль Лерайя (16.05.19 18:55:51)

+1

6

Слова графа словно все еще звучали в воздухе, когда перемахнув через подоконник Инге вышел под дождь. Ушки Первого резко качнулись: "Тебе придется поверить в разрушение смертью, Рамиэль, хочешь ты того или нет... Я об этом позабочусь." И словно повинуясь воле приведения эделир задержался в разрушенном доме. Перийцу оставалось только криво усмехнутся, сейчас похоже судьба с ним заодно, исключительное явление. Нескольких секунд хватило парню для, чтобы приблизится к заранее заготовленному тайнику и извлечь из него артефакт-блокиратор магии. Надежная штука, как уверял торговец и не важно, что одноразовая, зато сработает как надо, не давая колдовать некоторое время на определенном пространстве и создав определенное поле препятствующее данным действиям.
В это время не обращая внимания на грозу алое солнце показалось на горизонте пронизывая своими лучами серые тучи, но непогода не сдавалась и где-то совсем рядом раскатисто прогремел гром, этом отозвавшись в лесу. И Тейриан почувствовал появившегося рядом Рамиэля. Затем сделав пару шагов он резко остановился в метре от графа и активировал артефакт. Теперь можно было ясно ощутить магическое вмешательство в пространстве. Периец же откинув более не нужную вещь в траву замер на миг, глядя своими холодными глазами на Лерайя, а после начал говорить не менее ледяным голосом, от волнения охватившего еще минуту назад в комнате не осталось и следа:
- Я рад, что тебе понравились декорации, начнем же... представление. Но сначала пара сбросить маски. Ты ошибся со страхом, Рамиэль, это что-то сродни охотничьему азарту, - губы Инге растянулись в хищной ухмылке, - и знаешь, у тебя есть потрясающая способность - выживать в самых экстремальных условиях, но сегодня она тебе не поможет. Ты умрешь. Все точно, этот мир тесен для нас двоих и остаться должен только один. Ты конечно уже понял, кто стоит перед тобой, и что тут нет и не будет никого более, а если нет, то поясню, - здесь пери сделал эффектную паузу как будто и в самом деле был на помосте театра с единственным зрителем, - Я убил Эдриана.
Высоко в небе продолжало громыхать, а над озером прошла целая череда молний, окрашенных в багрянец под лучами солнца, как и все пространство вокруг. Порывистый ветер с дождем развивал золотистые волосы пери, и на его лице не дрогнул ни один мускул, только глаза мерцали стальным блеском. В данный момент Тейриан был похож на исчадия ада, прибывшее по вашу душу. Весь его вид говорил об этом, безжалостный убийца, который не остановится не перед чем.
- Я отрубил голову ничего не подозревающему Реверди, - между тем продолжал периец свой страшный рассказ, - его собственным мечом. Он, как и ты впрочем, не отличался особой сообразительностью и слепо мне доверяя жестоко поплатился, а затем, как ты знаешь, я занял его место в Коалиции рас. Он стоял у меня на пути к вершине и был уничтожен без сожаления. Я просчитался в одном, этот идиот умудрился отдать тебе мой артефакт, мы как раз занимались с ним одним опасным делом с контрабандистами и вероятно он решил таким образом обезопасить меня, передав тебе. Дурак дураком, но это здорово осложнило мою жизнь. К счастью, ты мало интересовался свой собственностью, до определенного момента, когда тебе приспичило заняться поисками убийц твоего дорого Эдриана на полную катушку. Вот тогда в замке вы и подписали себе смертельный приговор, ваше сиятельство, - усмешка перийца стала шире, - я завел тебя в ловушку с культом, надеясь, уничтожить, но ты, стервец, умудрился выбраться. Как и еще из массы опасных мест, даже Башня оказалась тебе нипочем. Поразительная живучесть. Впрочем, в этот раз у тебя не будет шансов и я наконец отправлю тебя на встречу с демиургом. Ах, да, совсем забыл об еще одной интересной вещи, - Инге тихо и зловеще рассмеялся, - мой артефакт, - пришлось разыграть очередную комедию выуживая его у тебя. И ты ведь не знаешь, но я не просто так заключил сделку с деосом, она кое-что сделала для меня, - на этих словах Тейриан разорвал связь с эделиром, воспользовавшись способностью данной богиней артефакту, - видишь, глупенький граф, нет больше ни какой нашей привязки к друг другу, я мог это сделать в любой момент, но ты упорно и настойчиво шел по моему следу, поэтому пришлось изображать покорного и преданного слугу, ха, по мере сил и возможности, а за твоей спиной пытаться извести тебя.
- Чувствуешь себя полным дураком, не так ли Рамиэль, и правильно, так и есть, ты не видел дальше собственного носа,  к тому же соблазнить тебя и запудрить мозги было проще простого. Ты шептал такие слова убийце своего возлюбленного друга, это ли не смешно?
- смех пери из зловещего стал ехидным, - Глупенький, глупенький граф. Ты повелся на привлекательное тело и похоже не думал более не о чем как об удовлетворении своих потребностей, а стоило посмотреть вокруг. Но теперь уже поздно, я завел тебя в очередную ловушку, ты не сможешь колдовать, и в этот раз я все сделаю сам наверняка, - в руках Инге появился Альмас в форме парных мечей и он не скрывая издевки продолжил, - не могу обещать, что ты отправишься на тот свет быстро и безболезненно, скорее наоборот, очень уж я замотался уничтожая тебя, надо взять свое напоследок. Доставь мне удовольствие, умри страдая.
Первый более не стал медлить и под громовое раскаты сделал шаг в сторону эделира отводя оружие для удара. Как без труда можно было понять графа собирались прикончить именно таким способом, возможно сначала поиграв в волю и поиздевавшись, рассчитывая на его упадок духа и общее смятение от происходящего. Да и без магии силы противников были примерно равные.

Отредактировано Инге (20.05.19 17:44:13)

+2

7

Остановившись  в шаге от Инге, граф  пристально смотрел на него. Между ними вдруг  возникло то самое молчание, когда ты понимаешь другого  без единого звука. Парень еще не обернулся,  не сказал ни слова, но Рамиэль уже знал, кто перед ним.
Ты.
Приходилось ли вам когда-нибудь наблюдать забиваемое мясником животное?  Вена на его  шее  перерезана,  рядом, на траве, лужица густой темно-красной крови, оно в миге от смерти, но еще живо. В его глазах нет ненависти к отнимающим  жизнь. Нет и боли.  То, что в них видно, в этих глазах, нельзя назвать болью, одного этого  слова слишком мало.  Чувство в глазах умирающего зверя - ЗА   пределами боли, за пределами слов. Именно оно  сейчас  отражалось в  глазах графа, оно  змеилось внутри,  просачиваясь сквозь  физическую оболочку. Лерайя  молча слушал  обращенные к нему слова, но до сознания доходили лишь обрывки фраз.
Какой раскаленно-смолянистый свет  у здешнего солнца - кровавого сгустка, выплюнутого в небо всевышним.. Да его ли эти пространства, скорее самого дьявола, так в них тяжело.  Красные лучи смертельной отравой раздирают вены, а сердце готово вот-вот взорваться, но трепетная, тонкая как паутинка, защитная пленка - последний рубеж,  сдерживающий смерть, держит его собранным воедино.
Сейчас декорации его не волновали, они вдруг сами собой превратились в  удушающее месиво где то на задворках сознания, в незначительный фон для  стоящего напротив.
-Я отрубил голову ничего не подозревающему Реверди его собственным мечом.
Голубовато-серые веки истомленно опустились, а когда Феникс   снова открыл глаза,   на Инге выплеснулась  такая  темная, отравленная горькой ненавистью," лава", что было ясно -  теперь для него не существует никого,  кроме убийцы, лицемерного выродка без чести и совести.  Трудно говорить, когда тебя  придавило тоннами непомерной  тяжести,  но мысленный посыл  вкупе со всей палитрой его чувств, Инге не составляло трудностей прочесть.
"-За что? За то, что он, единственный во всем мире протянул тебе руку?  Кормил. Учил. За возможность  ежемесячно пополнять свои счета  подачками каолиции?"
Рингаль, лезвие которого будто  звенело  от напряжения, сам собой возник в ладони, и эделир с силой  сжал его рукоять. Графа поразило и вызвало некоторую неловкость даже, что  Инге говорит о свершенном, том чего следовало бы стыдиться, с гордостью, как о  великих достижениях. Он убил, он обманул, он убрал с дороги  на пути к вершине.  Однако, ум, спокойный и  невозмутимый  не зависимый от чувств, как всегда  в  чрезвычайных ситуациях холодно  оценивал   происходящее
"Оборотистый, мерзавец. Хитрый, напористый, беспринципный. Эдриан приютил настоящего змея. Далеко пойдет.  Пошёл бы... "
-Впрочем, в этот раз у тебя не будет шансов и я наконец отправлю тебя на встречу с демиургом.
Впервые за все время  губы невольно приподнялись в ядовитой усмешке. Ну и самоуверенность, однако.
"-Убить бессмертного не просто. Моя смерть далеко, "за тридевять земель", ты  не дотянешься."
Что он имел ввиду решать Инге, но кем будет этот один из двоих, оставшийся, Феникс уже  знал точно.
Продолжая сдерживать себя, чтоб выслушать  парня,  он   все - таки невольно двинулся к нему, еще миг и взлетит вверх меч,  смешаются алый свет  солнца  с  его алой кровью на земле, и  властелин этих мест заберет к  себе эту ехидну в прекрасном облике. Шаг,  и  граф замер, слушая слова отречения.  Казалось бы, что с того,  что они звучат сейчас, ведь  от прошлого осталась  одна пыль, но такая страшная, неведомая до сего мига,  пустота  стала нарастать в душе, будто отпластнули  от ее эфемерной, светящейся "ткани"  половину и заменили ее  чем-то мёртвым и ледяным .
Вот она,  бездна
В памяти ожили темная каюта "Прометея"... его лицо на фоне звезд, золотой шелк волос, раскиданных по меху накидки.
"эта легенда..я слышал ее давно или знал всегда.."
Рамиэль мысленно смеялся над собой, смехом,  который  бывает перемешан со слезами, и густая, пряная  ненависть обогатилась привкусом горя.
"Как я был слеп. Кого любил."
Граф видел воочию намерения Инге и не стал ждать  удара, вскинутый над головой Рингаль нашел свою цель.  Он скрестился с Альмасом, издавая торжественный, ликующий звук.  Меч будто пел  победную песнь, рассекая воздух,  а сам  Феникс был сейчас был  вне времени, вне боли,   не замечая  полученных ран.  Атаки Альмаса встречали непробиваемую защиту, после чего с удвоенной силой следовал  на них  ответ. Наконец, используя  особый прием, которого Инге знать не мог,  эделир выбил у него один из мечей,  изловчившись, поднял   и  скоро оказался перед парнем лицом к лицу, сжимая в одной руке Альмас, в другой Рингаль. Не давая Инге  времени опомниться, двинул мечи, находящиеся на уровне шеи  пери,  навстречу друг другу, и если Тейриан не проявит чудес ловкости и  изворотливости, то его голова будет отсечена и он отправится в миры иные  тем же способом, каким  отправил туда преданного им когда-то.

Отредактировано Рамиэль Лерайя (23.05.19 15:10:42)

+2

8

Будь счастлив, Рамиэль...

[mymp3]https://content.screencast.com/users/mm5393/folders/Default/media/b82f99b2-dbc6-4126-b78f-97fcf8a8ab28/Immediate_-_The_Reluctant_Warrior_(xMuzic.me).mp3|-[/mymp3]

Все происходящее виделось Инге как бы со стороны, вот он говорит, а вот эделир меняется в лице и его глаза готовы испепелить. Это было странное состояние, но ни каких ошибок допустить было нельзя, малейший проблеск эмоций таящихся в глубине и пери опять потерпит полный крах. Вот этому больше не бывать. Длинные заостренные ушки Первого воинственно дернулись, эту битву просто невозможно проиграть, немыслимо и он одержит победу, чтобы это не стоило, наперекор всему и вся.
Тейриану нечего было ответить графу на его масленый вопрос "за что", даже когда они находились вместе, Лерайя мало интересовался, что творится на душе у парня. По большому счету он не знал о перийце ничего, поэтому сейчас не представляло труда преподнести ему любую ложь. Но зачем продолжать, главное уже прозвучало, а остальное оно ему разве нужно? Рамиэль и спрашивает не потому, что хочет что-то знать, а более выражая свое удивление и непонимание, как такое возможно. "Очень даже", - мысленно усмехнулся Инге, всего то и надо скользить по грани тонкого острого лезвия в гиену огненную и воспользоваться первым выпавшим шансом вырваться туда, к звездному небу. Воспользоваться даже не думая, не осознавая, что ты совершаешь в данный момент. Если струну все время натягивать, она обязательно порвется, это и произошло являясь откровением для обоих. Только вот для Реверди оно длилось доли секунды и что теперь он думает где-то там, уже никогда не узнаешь...
Первый же пошел вперед не останавливаясь, ведомый все тем же не прозвучавшим обещанием жить, чтобы жертва его зеленоглазого ангела не была напрасной. Только душа сгорела, превратившись в серый пепел теперь уже окончательно без малейшего просвета надежды. И единственного маленького лучика света, там далеко, в недостижимом прошлом, явно не хватило для возрождения хотя бы чего-нибудь. И когда перед ним неожиданно возникло фиолетовое солнце, Тейриан уже не мог верить, позволив себе только забыться на мгновенье, а затем четко осознавая сказочность и иллюзорность происходящего. Он был уверен, что страсть Рамиэля, это как солнечная вспышка, обжигающая и горячая, но не долговечная.
Это разрывало сердце, но не являлось самым страшным. Гильотиной медленно опускающейся на голову было совершенное, а эделир упорно продолжал искать убийц. И чем дальше, тем напористее, рискуя своей жизнью. Их поход в Башню расставил все точки над и выход здесь остался только один, кто-то из них двоих должен уйти из этого мира. Инге пытался найти другое решение, он даже перестал видеться с графом, но понял, что даже если исчезнуть из жизни Лерайя ничего не изменится. Эделир или придет к нему наконец выяснив правду или погибнет по дороге. Последнее было немыслимым и бросало в настоящий пробирающий насквозь ужас, а с первым, что тогда тянуть?.. И вот они здесь, на этой поляне, в лучах багряного светила...
За что?.. За то, что так и не смог полюбить, за то что так и не смог отпустить, за то, что не смог признать, за разбитые надежды, за золотые цепи обвивающиеся вокруг и удушающие не хуже змеи, за боль и горечь скопившееся внутри, за то, что дал крылья, а потом оторвал, за то, что не оставил выхода, кроме одного... умереть... Инге не мог так  дальше, больше никак не мог, встреча с вестницей казалось намного предпочтительнее. Но вышло по причудливой воле повелительницы судеб, что на встречу отправился Реверди, а  пери остался стоять сжимая в руках его меч и пытаясь понять почему вокруг так много красного...
Громовые раскаты продолжались, им даже солнце было не помеха, что чувствовал Первый, ощущая на себе ненависть графа? Он хотел ее вызвать и вот пери ожег презрительный взгляд судьи, вершащего правосудие. Наверное это прозвучит эгоистично, но радости не наблюдалось, да все идет по плану, но почему выть хочется, срывая голос? Даже зная, что Прометей не навсегда Тейриан мечтал, что хоть иногда его будут вспоминать, он не исчезнет безликой тенью из жизни Рамиэля, такое наивное, глупое желание. Теперь и это не сбудется, наоборот граф обязательно должен забыть все, что было, забыть Инге, зачеркнуть как неудачную строчку в своем дневнике и не оборачиваясь направится к счастливому светлому будущему. Таково было решение перийца, таков его план. Лерайя находит убийцу, свершает, что должен и оставив тяготившее его прошлое идет вперед, туда в поднебесье. Где непременно обретет, все, что пожелает, ведь у него будет целое бессмертие для этого...
"Я знаю, что твоя смерть далеко, Рамиэль... И сделаю, что в моих силах и нет, чтобы ты с ней ненароком не встретился. Тебе больше не надо будет рисковать, не надо искать. Ты будешь жить в безопасности на своей планете, играть на лютне для кого-нибудь и улыбаться, слышишь, обязательно улыбаться!
Я не прошу у тебя прощения, за такое его не дают... я лишь хочу попытаться приглушить твою боль, чтобы в твоих глазах искрилась радость, чтобы ты смог вздохнуть свободно... ты исполнишь клятву и обретешь покой, как возможно и душа Эдриана...
Иди к своему будущему, не оглядываясь, сверкай среди звезд, и пусть рядом с тобой будет тот, кто этого действительно заслуживает, и слышишь... обязательно улыбайся..."

Яркая вспышка разрезала небо и затерялась над озером в багровом мареве, вот и все, Инге воспользовался единственным шансом предоставленном ему богиней разорвать связь, чтобы найти новую. Теперь у перийца и вправду более ничего не осталось, а то, что ждет его впереди, это рандеву со смертью. О том, чтобы подарить графу заколку Тейриан никогда не думал даже в самых смелых своих мечтах, он и так не смог сдержаться, не смог отказать, и переступил дозволенную черту, так и не рассказав правды. Тем самым самым невольно подставляя Лерайя обнимающего и целующего того, кого он поклялся уничтожить. Но как бы это не звучало, эти мгновенья, казавшиеся целой вечностью, Инге не отдаст никому и никогда. Ради них стоило появится на свет, ради них стоило сражаться с судьбой, идя по дроге из острых пронизывающих тебе насквозь шипов, ради них стоило уйти в не бытье... уйти тем, о ком могут говорить лишь только проклятия, о ком не положено вспоминать, превратившись в презираемое ничто...
Яростный порыв ветра трепал развивающиеся пряди, внутри струилась серая тягучая пустота и стало очень, очень холодно, до дрожи. Больше нельзя было ощущать его тепло, чувствовать его энергию. Как нельзя было даже в последний раз попрощаться, провести рукой рукой по его губам, да что там, даже посмотреть в его сторону тем самым взгляд. Это разрушило бы так тщательно поддерживаемый маскарад, Рамиэль не в коем случае не должен жалеть не о чем, что сейчас совершит. Он должен быть уверен, что уничтожает истинного ублюдка, а после забыть произошедшее как неприятный сон. Поэтому Первый не дрогнул, не позволил себе не на мгновенье сбросить маску, только хищно усмехнулся, когда мечи со звоном скрестились в воздухе. Их сегодняшняя встреча вошла в финальную стадию...
Двое под вспышки молнии и раскаты грома, освещенные алыми лучами восходящего солнца танцевали свой последний смертельный танец. Удар на удар, гул оружие, бескомпромиссный взгляд. Ничто не могло остановить это, каждый шел до конца, не оглядываясь. Граф был прекрасен, и парируя или нанося очередной удар Инге мог любоваться, его осанкой, его грацией, горящими боем глазами, восхищаясь исходящей от него силой. И когда пери потерял один из своих мечей, он даже не удивился, хотя считал себе мечником не из последних. Также не стало для Тейриана откровением чужое оружие у его горла. Нужно было срочно уходить с линии атаки, только Первый здесь был не за этим...
"Уже все... как быстро, а я даже не насмотрелся на тебя вдоволь, Рамиэль...", - мелькнула в голове мысль, а после периец увидел Вторую с немым криком в глазах "отступи". И кто-то там там на краю создания только отрицательно качнул своими длинными ушками. "Прости... если сможешь, но больше мы не увидимся, я отпускаю тебя. И даже там в вечности я не могу быть с тобой, в моей душе и сердце есть только одно солнце. Прости меня, мой зеленоглазый ангел, прости за все, что не уберег тебя, что невольно принял твой дар, что сейчас отрекся от него, что оставляю тебя и иду один в бесконечную бездну. Желаю тебе всего наилучшего, где бы ты не была..."
Силуэт красивой девушки растаял, забирая с собой последние остатки тумана, а Инге только качнулся назад имитируя попытку спастись. Он выиграл эту битву, как бы трудно и тяжело ему не было, открыв светлую дорогу вперед для самого дорого существа на свете. Теперь Рамиэль сможет начать новую жизнь, отправив прошлое на покой.
"Будь счастлив...", - беззвучно прошептали губы, когда клинки графа вонзились в плоть и волна острой боли пронзила тело. Первый прикрыл глаза, так и не бросив последнего прощального взгляда на эделира, боясь, все испортить, продолжая сражаться до самого конца и отказав себе и в этом в последний миг жизни. И вместо любимого лица перед взором оказалась одна чернота...а потом исчезла и она, рассыпавшись на миллион осколков. Тейриан уже не чувствовал как касается земли, не видел как трава вокруг становится под стать рассвету. Не видел страшной раны, разрезающей горло и грудь. Воды вечности сомкнулись над ним, принимая в свое лоно. И как по неизвестному повелению прекратилась и гроза, оставив один мелкий моросящий дождь, а светило наконец поднялось над горизонтом, давая багрянцу еще более насыщенный цвет...

Отредактировано Инге (24.05.19 15:47:38)

+2

9

Звон стали  иногда  совпадал с раскатами грома, молниеносные движения орудия возмездия неизменно встречали на своем пути преграду- Альмас.  Казалось,  происходящий поединок - не только воздаяние за отнятую когда-то жизнь, а что он  предрешен судьбой, что он -  некий роковой рубеж, к которому вело их провидение с только ему известной целью.
Десятилетие за десятилетием граф  представлял  этот бой, наделяя  неизвестного соперника разными качествами, пытаясь угадать его мотивы.  Но   даже, когда  изначальная ярость и жажда мщения поблекли, и месть  стала  обязательством, долгом, не единожды   не допускал   возможности  его скорой и легкой смерти. Иногда он видел битву долгой чередой  атак и защит, до собственной усталости, до изнеможения врага, и в конце каждого "раунда" обязательной  являлась кровавая точка - сильнейшая боль убийцы, которая постепенно, в процессе поединка, становится невыносимой и  приводит того  к  медленному, мучительному концу.
Но ни глубокого чувства правоты,  ни  праведного  торжества  Феникс сейчас не испытывал. Напротив, в нем  медленно нарастало ощущение   неумолимо приближающейся беды. Беспокойное, с  привкусом полыни и солоноватой крови, оно знакомо с времен, когда не пожелал поверить "глупым" предчувствиям,  оставил Эдриана ради  дел своего ведомства и в итоге получил весть о  смерти.  То же предвестие беды витало в воздухе  и в далеком - далеком прошлом, перед  гибелью планеты. Рамиэль  слишком хорошо знал его, чтоб не поверить, но он  отталкивал, вытеснял его и чем старательнее делал это, тем  жестче становился взгляд  серебряных с  фиолетом глаз, тем  сильнее и стремительнее - натиск.
Бывший гладиатор продолжал отбивать  удары, уходя от настигающего  Рингаля в последний миг. Что вдруг случилось, когда внезапно, без всякой внешней причины движения пери замедлились. Он успел уклониться от двух скрещивающихся мечей и пронесшийся мимо Альмас его не тронул, но Рингаль.. рука  Лерайя завершила свое движение,   оставляя на  теле Инге красный росчерк, знак конца.
Почему? Ведь   мог успеть  отклониться! Мог!
Всё. Конец. Сокрушительной лавиной обдало  Рамиэля  что-то  обжигающе- горячее.  Феникс  стоял,  сквозь лихорадочную, больную  муть глядя, как хлынули из ран Инге потоки алой крови, как  он упал  на землю, содрогаясь в агонии.  Рамиэль находился в  оцепенении, из мира исчезли звуки, он ничего не слышал сейчас,  стало вдруг очень трудно дышать.  Он мог ненавидеть, презирать лицемерие  перийца, но тот был жив,  а теперь мир стал непривычно пуст, и в этой пустоте гулким, все усиливающимся звуком  надвигалась   неимоверная, чудовищная боль.
Сдерживая  внутреннюю дрожь, сделал шаг в сторону и устало опустился на обрубок дерева.
...Застыв без движения, он сидел,  склонившись вперёд. Ветер раздирал   клочки мокрой белой рубашки, рвал  пряди влажных  волос, упавших  на непроницаемое,  неживое лицо.
Эдриан отомщен, и? Ни единой мысли о восстановленной справедливости. Одна мертвая сушь внутри, да странные мерцающие сгустки мглы, тонкой   вуалью проступающие сквозь  свет дня. Рядом  на земле он.  Весь в крови.  Лицо светлое, какое-то совсем мальчишеское. Смотрел на парня и вспоминал сумасшествие той весенней ночи - разговор с "собой".
Он прав. Влечение,  похоть, выгода -дешевые подделки, имитации любви.  Иллюзии. Я не верил, не мог верить, но ты  привел мне несокрушимые доказательства.
И все таки Феникс не понимал. Нет, глумливая исповедь все вроде бы объясняла, но ведь он помнил, помнил  звенящий, срывающийся от страсти голос, помнил cчастье, светившееся в горящих  глазах цвета неба. Инге сказал, это игра. Игра. Только богам под силу такие игры.
Я хочу знать.
Я.
ЧЕРТ ВОЗЬМИ.
ХОЧУ
ЗНАТЬ
ПРАВДУ!
Когда ты  лгал мне, тогда или сейчас, как бы ни было, теперь  это не в твоих силах.

Ментальная магия,  восстановившаяся  после завершения действия артефакта,  позволила настроиться на  волны  угасающего сознания,  и теперь эделир мог уловить даже   самые тонкие, самые легкие его  вибрации.
Вина и полная безысходности тоска клубами серого дыма окутали графа. Одно за другим оживали перед его внутренним взором видения прошлого- моменты с общим участием, теперь, через  чувства Инге, он воспринимал  их  в истинном свете.
...Они  вместе идут по  дороге к лесу, там на Дизариасе. Тейриан знает, что  убийцы среди служителей культа не найдут, разумеется,  потому что он шагает рядом.  Инге ведет спутника на возможную смерть.  "В живых должен остаться один."
"Ненависть вела меня по глухим, извилистым дорогам, дав в спутники того, кто мог перерезать горло в любой момент.  Я знал, и мне нравилось играть с тобой. Знал об этом, но  причину видел иную,  обязанности расы  и сопротивление им  характера."

Так вот они, истоки его вечной  обреченности,  которую принимал  за осознание трудности  контроля над своими порывами,  за  заблуждение о невозможности отринуть роли слуга - хозяин, навязанные каждому  артефактом. Именно заблуждение, ведь Феникс никогда, ни на минуту не считал его неравным себе.
...Страх. Безграничный страх. Безуспешная попытка защитить, бросившая пери в комнату для ритуалов, на неравный бой с черным пламенем.
В череде  видений он узрел и прекрасную   белокурую пери, и самого Инге, совсем еще юного, на пороге его  судьбы.
...лабиринты коридоров огромного многоуровнего здания сменяются просторными залами - внутренние покои величественного здания. Каолиция.  Тейриан. Он внутри кабинета, находящегося в том же  здании,  беседует с кем-то... Рамиэль машинально оценил уровень защиты,  лица второго даже теперь невозможно рассмотреть. Смена "кадра" и перечень сцен- смертей. Черная бровь удивленно изогнулась.
"Вот как.   Исполнитель особых поручений"
О чем - то подобном  эделир  почти догадывался. Да, мирового благоденствия каолиция добивалась старыми проверенными способами.
Он пересматривал многое, разыскивая момент смерти Реверди.
Вот и он, наконец, бывший любимый, когда-то  единственный во вселенной, обожающий  играть судьбами других и своей собственной. Приняв горделивый вид, с улыбкой говорит что - то  перийцу...  смеется... протягивает  ему  меч.
"Зачем?! Зачем было искушать судьбу. Смерть не прощает пренебрежения. "
Рамиэль сразу понял, как все случилось, сопровождение происходящего   бескрайним ужасом, а потом и  растерянностью подтвердила его  предположения. Какое определение дать  той цепи роковых совпадений, в которую они оказались вовлечены -  случай? судьба? 
"Я не прошу у тебя прощения, за такое его не дают... я лишь хочу попытаться приглушить твою боль, чтобы в твоих глазах искрилась радость, чтобы ты смог вздохнуть свободно... ты исполнишь клятву и обретешь покой, как возможно и душа Эдриана..."
Правда открылась графу  во всей ее жесткости. Инге пришел сюда  умирать. Артефакт - блокиратор, свидетельство  подлости перийца,  оказался средством для сокрытия его настоящих целей, настоящих чувств.  Думая о всей  этой долгой истории - смерти Реверди, собственной одержимости в поисках, их встрече с Инге, о связавшем их чувстве, Рамиэль все яснее видел - не было у них возможности избежать мучительной боли,  трудных объяснений, ведущих к неясному финалу, но смерть..
... бросил жизнь к моим ногам. Зачем.  Зачем так.  Почему каждый из нас для другого  подобен палачу.
Поднялся, шагнул вперёд и опустился  к нему, опираясь о колено,  коснулся ладонью  мраморно-белой щеки пери, провел вниз, к шее, дотронулся пальцами до края  раны, затем повернул ладонь,  больным  взглядом глядя на  бег  красного ручейка по  ней.
Оказывается, бывает так, что ты совсем один во вселенной. Мир на одном ее полюсе, а ты - на другом. Это даже не одиночество с его болью, тоской, это извлечённость, изъятость   из мира всего живого. Был  огонек, который согревал, теплый, яркий,  совсем маленький, но его тепла хватало, чтоб выносить всё. Был, да  погас. Ты сам потушил его.
Подтянул к себе  окровавленное тело и поднял на руки. Сейчас надо, наверное, предать Инге земле, но граф гнал эту мысль, лишь крепче сомкнул ладони, сильнее прижал его к себе и сделал шаг по направлению к Прометею. Еще один. И еще.

Отредактировано Рамиэль Лерайя (11.06.19 08:23:46)

+1

10

Я прибыла на планету Либертэйм по делам и решила, раз я уж тут заглянуть в одно место. Само по себе оно было мне не нужно, но хотелось забрать одну вещь. Нет я не обладаю сентиментальностью, деосам это не свойственно, просто пара бы ей уже вернуться домой. Когда-то я ее беспечно подарила одному из членов моего ордена, не знаю, что и кому доказывала, может просто не хотела признавать, что мне жаль. Вот и отдала с глаз долой почти первому встречному. Теперь тот человек мертв, но он припрятал кое-что в том числе и мой медальон в своем загородном доме или что там от него осталось. Это я выяснила по записям покойного еще лет сто назад, что сказать раньше забрать это как-то руки не доходили. И вот сейчас я наконец решилась.
Телепортировалась я затемно, как раз с рассветом, чуть поморщившись из-за дождя. Благо гроза уже проходила. Осталось только найти развалины дома и засечь там энергию моей вещи. Дел ровно на пару минут. Но каково оказалось мое удивление, когда я тут обнаружила живых существ. Вернее одно точно можно было отнести к этому миру, а вот со вторым обнаружились проблемы, оно умирало. Может я бы и не вмешалась, но эделира я узнала, как и его фамильяра. Потому взмахнув крыльями приземлились как раз перед ними. Не знаю, что тут произошло, но походу ничего хорошего. Его сиятельство граф Рамиэль нес на руках окровавленное тело пери. И вид у него при этом был краше в гроб кладут. Не люблю вмешиваться в чужие трагедии, только у меня были виды на Лерайя и его мир и оказать ему услугу являлось в моих интересах. Потому не теряя времени даром, благо его почти не было, еще минута и оживить Инге не сможет никто, разве только сам демиург, я применила редактирование физиологии направив на перийца поток магической энергии и вылечив его тело, пока разум еще находился там. И через несколько секунд с фамильяром все было более или менее в порядке, правда он оставался без сознания, но его жизни уже ничего не угрожало. Вот теперь и с эделиром поздороваться можно было, что я и сделала улыбнувшись
- Приветствую, ваше сиятельство, - произнесла я, поправляя свой плащ, одетый поверх легких доспехов, как обычно мой верный Ротанта висел у меня на шеи в виде кулона, - погода нынче не радует, - начала я издалека не переходя к сути и давая время мужчине в полной мере осознать случившееся. И в этот момент я засекла слабую ауру моего медальона, исходящий из кармана Рамиэля, отлично вот и повод продолжить разговор по существу. Я вполне умею быть тактичной, если надо и потому касаться произошедшего не стала, а заговорила совсем о другом, - но я вас потревожила не для обсуждения местных достопримечательностей, вы кажется здесь нашли одну вещь, не думаю, что она вам особо пригодиться, в ней почти нет магии, потому не будите ли так любезны отдать его законной владелице, то есть мне. Если сомневаетесь то, можете открыть медальон, там будет портрет очень похожий на меня. Надпись ниже можете не читать, - обрисовав таким образом приметы моей вещи, я стала ждать дальнейшего развития событий.

+1

11

Он ощущал себя  только через  рваный ритм собственного дыхания.
Вдох. Надрывный, резкий, не приносящий свободы в груди, а только  подпитывающий горячую муть внутри. Выдох.
Идущий не  смотрел на того, кого он нёс.
Застывший взгляд неизменно был прикован к  неопределенной точке   далеко впереди,  будто именно  там  виделась ему цель  пути. [float=right]http://j-p-g.net/if/2020/01/27/0143787001580140692.jpg[/float]
Что-то чужеродное и темное  неумолимо расползалось внутри, буравило  своими щупальцами  душу и, причмокивая,  пожирало  вспышки чувств и мыслей, становящиеся уже все более  редкими. Иногда оно отступало, затаившись, чтоб  дождавшись в засаде очередного куша, запустить  свою лапу и в него.
Диалог внутри, если можно назвать диалогом  едва осознаваемый и почти не  контролируемый  мысленный поток,   шел неведомо сколько времени,  Рамиэль сам не помнил его начала, но  в эту минуту, он попал в фокус его внимания и   граф  отстраненно наблюдал его в собственной голове.
- Моя душа горела жаждой справедливости...
Кому он отвечал? Реверди, Демиургу или "неизвестному", которого встретил однажды  лунной ночью на Нонтергаре? Кто, неумолимый и безжалостный, отмахнуться от которого невозможно, мучил Феникса, когда наилучшим, самым желанным - счастьем было закрыть глаза и исчезнуть.
-Он убил тебя. Я убил его.
Он  начинал ответ,  забывал закончить, снова исчезая в новом потоке  душно-ядовитой черноты, а, очнувшись,  опять погружался в свой собственный ад. Клочки  прошлого  кружились в сознании, как  обрывки бумаги, вспорхнувшие над костром.
Влажный лоск на лице самодовольного, пьяного Риверди из посмертного видения пери - на идеальном, породистом  лице маленькие сощуренные глазки, полуоткрытые пухлые губы... было ли в тебе что- то живое, друг,  кроме чувства превосходства над всеми и вся? Чем жило твое сердце, кого ты любил более самого себя?
-Не лги.
Он знал, определённо знал говорящего, только  никак не мог вспомнить.
- Священная месть спустя годы стала формальным  пунктом в списке твоих обязанностей. Привыкнув считать её делом  твоей чести, ты действовал исключительно в собственных интересах, боясь признать факт,  что ты оказался обманут, ты проиграл. Да, ты проиграл и одурачил тебя тот, от кого ты менее всего ожидал.
-Ты ошибаешься. Он любил меня.
Разве поймет оно, ледяное, уничтожающее  безупречной  логичностью суждений, разве поймет, что он отдал  ему самое дорогое, что имел. Отдал, лишив его возможности не принять дар. Угнетенное стучание сердца забилось чаще, и дышать стало еще труднее
- Тебе не понять.
Почему все живое вокруг: трава, деревья, сам воздух  будто расступается,  брезгливо отодвигается  и  отделяется от Рамиэля прозрачной стеной,  оставляя  в пространстве узкого  коридора,  вынуждая шагать по  неизбежной, жесткой в своей абсолютной прямоте  линии, а он, следуя по ней, каждым  шагом приближается    к  невидимому черному дулу, исходящему откуда-то из глубины неба и направленному прямо в центр его лба.
Скоро и без того медленный ход стал ещё медленнее, и эделиру пришлось  таки   сойти с его дороги. Он  свернул в сторону и, подойдя к  ближайшему дереву, оперся спиной о его ствол. Бледное лицо было предельно изможденным. Граф  закрыл глаза, отклонил голову  назад и коснувшись затылком жесткой сухой коры, прижал к себе сильнее Инге. Если бы кто -то сейчас увидел их со стороны, то ему показалось бы, что у дерева расположилось два трупа, но один из них почему -то  застыл  в  вертикальном положении. Ощущение теплой влаги на груди заставило Рамиэля очнуться и опустить глаза на  неестественно-белое, неживое лицо парня. Серебряные, теперь почти белые глаза приобретали осмысленность,  неподвижные черты   оживали. Феникс смотрел на Инге с  нежностью, и он выглядел сейчас жутковато, потому что эта нежность, это тепло - старшего к младшему,  вместе с горечью   от утраты  дорогого существа, странно сочеталась с  оттиском смерти на каменном лице.
Вскинутый над головой Рингаль нашел свою цель.Скрестившись с Альмасом, он издал торжественный, ликующий звук, будто пел победную песнь. В этот миг ты  вне времени, вне боли... ты выбиваешь у него один из мечей,  изловчившись, поднимаешь   и оказываешься с ним лицом к лицу, сжимая в одной руке Альмас, в другой Рингаль.
Граф невольно взглянул на  кровяные разводы багрового цвета на груди убитого им. Он   неловко мотнул головой, чтоб избавиться от чувства сжимающейся  удавки на шее, потому что увиденное напомнило ему того забиваемого зверя, память о котором жила в его сознании
" - я хочу попытаться приглушить твою боль, чтобы в твоих глазах искрилась радость, чтобы ты смог вздохнуть свободно... ты исполнишь клятву и обретешь покой"

Остановись,Рамиэль
Отпусти мечи. Опусти, Рингаль и отбрось Альмас.
Повернись и уйди. Уйди не проронив ни звука. Не отвечай. не обвиняй. Просто уйди, проявив милость к тому,  того кого  любил.

Губы лишь искривились в неестественной усмешке.
-Я не мог поступить иначе. Я не знал всей правды
-А если бы знал?
Ненависть к  вопрошающему была тому ответом. И тут же ледяным вихрем в лицо полетел  ворох "клочков-воспоминаний"
Он, стоящий  в цепях, в миг, когда  длинные когти,  рассекают кожу тела, рука Инге скользит  вниз,  странно, но сейчас, спустя время он иначе видел случившееся тогда... совершенное, освещенное изнутри лицо в полутемной каюте Прометея.. откровенные, полные нескрываемой страсти глаза..
Снова невыносимо зажгло горло,  а холодное серебро накрыла фиолетовая влажная пелена. Он склонился к самому лицу парня и тихо позвал  его. Ум   знал о конце, о смерти пери,   но сердце не верило. Рамиэль отчаянно и напрасно искал внутри собственной души тот животворный огонь, что спас возлюбленного  в башне, но ..он был пуст, пуст до самого дна. Он опять замер, сжал тело пери изо всех сил и  негромкий  горловой звук  прорвал глухую тишину этого места.
И опять ..Шаг вперёд. Вдох. Выдох. И снова шаг. Молча.  Продолжая неотрывно смотреть  в ледяной мрак невидимого прицела.

Рамиэль не понял в первый миг, почему воздух  вокруг резко почернел, а потом  в нем мерцающими линиями стали проступать силуэты деревьев,  почему  массой искр под ногами обозначилась трава, и  неясного происхождения белые всполохи перерезали тёмное пространство. Угрожающим  пятном в алом ореоле на горизонте возникла  и стала двигаться навстречу фигура, по мере  приближения которой алый цвет  вокруг нее стал  заменяться золотым. Было ли это восприятие следствием его состояния или качеством объекта, он сейчас не думал, продолжая удерживать Инге, он наблюдал за вновь прибывшим, чью ауру успел уже  опознать.
Усмирив самопроизвольно включившуюся энохромику, Лерайя  переключил  восприятие в привычный в режим. Некоторое время  он молчал, будто сличая облик находящейся напротив Ивент  с образом в мыслях.
-Тонантос.- Рамиэль не узнал собственного голоса,  надтреснутый и монотонный он прозвучал неестественно.  Меньше всего он хотел  видеть кого бы то ни было, даже  Аранику, которую    считал другом. Феникс был сейчас выхолощенной  пустой оболочкой, но вопреки измотанности,  выровняв спину и расправив плечи, стоял перед  богом в его женском облике.- Здравствуй. - Замечание гостьи о местных красотах не нашло ответа, да и  до принадлежности найденной вещицы  дела не было совершенно. 
Он на миг отвел взгляд от Араники,  и, случайно взглянув на пери,  замер потрясенный. Ничто в выражении лица  Инге не изменилось,  цвет губ имел  синеватый оттенок,   как и веки,  его золотистые волосы развивал ветер, но кровавая рана на груди и шее исчезла, затянулась сама собой и напоминала о себе только ярко-красной линией. Так вот почему дала сбой его собственная магия..
Графу больше не было дела ни до чего в мире, он  смотрел и смотрел,  боясь пропустить малейшие изменения в  состоянии Инге. Бледные веки дрогнули, грудь приподнялась и снова он  стал неподвижным,   захотелось  его расшевелить  привести в сознание вот в эту минуту...
Немое напоминание " Медальон" побудило его извлечь вещь из кармана с помощью бытовой магии, и она тут же оказалась в руках Араники.
Рамиэль услышал очень  тихий вздох парня, и  перевёл дыхание, чувствуя как  с его  плеч упал непомерный груз.  Новый порыв ветра коснулся кожи, пощекотав ее  черной  прядью волос, и вдруг в  этом осторожном тепле солнца, в ласковой  прохладе ветра ему  почудилась весна. 
Он был слишком взволнован сейчас,  чтоб надевать маску вежливой сдержанности,  Лерайя поднял глаза и посмотрел прямо в глаза деоса, потом  быстро и резко  склонил голову и в тот же миг  поднял, снова встречаясь  с Тонантос взглядом,  четкое и скорое движение  очень напоминало поклон  военного.
-Спасибо, Араника.
Благодарю, Тонантос. Я твой должник.
Он не мог не понимать, что такая помощь стоит ответного и равноценного по значимости действия, но все решения об этом он примет позднее. Сейчас же ему хотелось доставить Инге  на корабль и все своё внимание  посвятить лишь ему одному.
Могу ли я пригласить Вас на"Прометей"? Сочту за честь  доставить Вас  на любую из планет  Энтероса.

Отредактировано Рамиэль Лерайя (27.01.20 19:04:21)

+1

12

Медальон мне отдали, а сам граф Рамиэль полностью сосредоточился на перийце. Тут и деосом не надо быть, чтобы понять его отношение к своему фамильяру. Кстати, о последним, я не обнаружила в данный момент принадлежности Инге кому-нибудь, странно, у этой расы так принято. Чтобы разобраться в вопросе пришлось еще немножко поколдовать, применив Спектралис на личный артефакт пери, а потом на него самого. Результат меня удивил, тут не обошлось еще без одного божества, а вернее моей сестры повелительницы снов. Она сочла нужным внести изменение в заколку. И теперь кое-что изменилось. Я посмотрела на Лерайя, а он знает или не в курсе? "Да какая разница, он его убил, теперь радуется, что живой. Далее все счастливы. Пери сажают на цепь, чтобы не сбежал и он навсегда остается в мире вечной ночи" - мое разумное оружие в конце весело хмыкнуло. "Не думаю, что эделир будет это делать" - возразила я Ротанта."Зря, это наивернейший повод, а то в другой раз рядом спасителя может и не оказаться." Здесь мне возразить было нечего, там более в это время наши взгляды с Рамиэлем пересеклись, а потом последовал быстрый поклон и благодарность. И я от разговора с оружием отвлекалась, сосредоточившись на происходящем во вне. Что было в этих серебристых глазах, трудно передать словами, но я этот взгляд запомню. Так смотрят осужденные на страшную казнь, когда им приносят помилование и полное прошение всех грехов, даруя свободу. Разве одно существо может так много для кого-то значить, такое сложно понять деосу. Если только абстрактно, но в любом случае я собиралась вмешаться еще раз. Не знаю, как отнесется к этому Инге, зато эделиру я окажу вторую услугу, а вот это реально важно. Я отрицательно махнула головой на приглашение и произнесла.
- Благодарю, граф, но этого сейчас не требуется. Как-нибудь в следующий раз я с удовольствием попутешествую на вашем корабля в такой замечательной компании, - я улыбнулась и сразу стала вновь серьезной, - еще хочу довести до вашего сведения некую информацию, только что полученную мной при анализе, думаю она вам будет полезна. Вы конечно знаете, что пери теперь свободен и ваша связь разорвана. Моя сестра Рирариум постаралась. Но вы вероятно не в курсе другого, - я сделала небольшую паузу и через пару секунд продолжила, - Инге все равно необходим хозяин, правда, теперь он его может выбрать сам, только один раз и насовсем, более сделать такое не предоставляется возможным из-за измененного артефакта. И это не все, более важно другое, что перийцы без такой связи существовать не могут, в нашем же случае, кроме магии со временем он потеряет и жизнь. У него есть несколько месяцев в запасе и только потому, что он фэдэлес и может использовать резерв ордена. И если Тейриан не захочет никому принадлежать, вы потеряете его второй раз и боюсь уже окончательно.
"Запереть и пытать, чтобы заколку отдал, отличное решение проблемы, может передать симпатичному тебе эделиру." - Ротанта никак не хотел оставаться в стороне. "Это не выход и хватит шутить." - возмутилась я. "А кто тут шутил, я сама серьезность, а то мы сего графа недосчитаемся. Пока он будет в благородного играть, пери благополучно отправится на тот свет. И не будет у тебя лояльного человека на темной планете из высших эшелонов власти, потому, как сама понимаешь, потеря этого существа вновь просто так для Рамиэля не пройдет." Я мысленно нахмурилась, ведь мое оружие в этот раз совершенно право, только здесь даже боги бессильны, и этим двоим придется разбираться самостоятельно. Что нужно я Ларайя уже сообщила, а далее пусть сам решает, как ему быть.
- Теперь мне пора, - еще раз улыбнулась я эделиру, - удачи. Еще удивимся и надеюсь при более благоприятных обстоятельствах.
Попрощавшись я активировала телепорт и перенеслась подальше отсюда, чтобы выйти из поля зрения Ларайя. Затем поднесла к глазам медальон, открыв крышку, который до сир пор держала в руке. Там действительно была я, много, много лет назад, а внизу надпись: "Самой лучшей наставнице, я люблю тебя". Постояв еще несколько секунд резко закрыла его, раздался жалобный щелчок. Не обращая на это внимания я тряхнула головой, избавляясь от наваждения и положив вещицу в карман, вновь телопортировалась, теперь уже в то место, где у меня были дела.

Отредактировано Тонантос (29.01.20 05:36:18)

0

13

-Вы конечно знаете, что пери теперь свободен
О да. Он знал, что Тейриан теперь свободен. Рамиэль отвел взгляд, чтоб скрыть реакцию на слова деоса.
Хельги никогда  не являлся моим рабом.
Часть сообщаемой  информации графу была хорошо известна, потому что с помощью доступных источников, коих он имел немало, он собрал максимально полные сведения о этой необычной расе.  Так называемый "хозяин" ее представителям действительно необходим, поскольку  энергия пери всецело зависит от связи с ним.
Дальнейшие слова Араники о его свободном выборе снова укололи  Лерайя, попутно заставив вспомнить пронизанное неподдельными чувствами немое прощание перийца, благодаря  которому Рамиэль знал, что дорог ему, но  если так, зачем же  Хельги столь  настойчиво стремился изменить артефакт? Любил его, а артефакт изменял... для другого? Изменил артефакт, чтоб истощить ресурс и умереть, но умереть свободным? Нет. Что-то не сходилось, и оно, как и дальнейшая  информация о  отмеренном парню сроке требовала осмысления.
Эделир снова поблагодарил Ивент за помощь,  опустил голову в прощальном поклоне и, взглядом проводив ее, исчезающую в свете телепорта, спешно направился к кораблю.
Теперь он почти не видел ничего вокруг,   Хельги, кого он чувствовал каждой клеткой тела, его лицо  на собственной груди, тихое, но  равномерное дыхание - вот что  всецело  занимало   внимание эделира.
Что  увижу в твоих глазах? Первое, непосредственное чувство, не прикрытое  игрой, самое истинное. Взгляд... Первый луч души  существа, вырванного у смерти. Найду ли теперь в тебе прежний свет... Хотел бы я понять извращенную иронию   творца-создать редкостной красоты и  силы существо  и  обречь его на судьбу раба.
Достигнув Прометея и войдя внутрь, граф миновал несколько помещений  и оказался комнате отдыха.  Он осторожно положил Хельги на диван и   присел на корточки рядом. 
Отметая навязчивые мысли о случившемся,  Рамиэль всецело погрузился в одно-он, Хельги, жив. Удачей ли,  подаренной судьбой,  гениальным ли предвидением отца, пославшего Тонантос, или чем-то иным, что за дело! ЖИВ!  Вопреки воле проследовал взглядом по розовому бугру раны -  впившейся в тело  перийца розовой змеей, горестно и коротко качнул головой, затем привстал, и, осторожно тронув, чтоб перевернуть лежащего,  стал освобождать его от грязно-липких ошметков ткани. Закончив, призвал  бытовую магию, чтоб стереть пятна крови и грязи. Лерайя хотел было одеть его в одну из своих вещей, но передумал и  вместо этого  просто накрыл  пледом, потом переоделся  сам в первое, что попало под руку, а именно темно- бордового оттенка рубашку, и поспешно направился  в рубку управления.
Вернувшись обратно спустя время,  Феникс приблизился к дивану, снова присел на корточки и, осторожно провел по золотистым волосам,  внимательно всматриваясь в порозовевшее, но все еще бледноватое лицо.
В этот миг само собой отчего-то  вспомнилось его язвительное "Глупый граф, ты повелся на привлекательное тело". Рамиэль едва заметно усмехнулся и испытующе глянул на парня. 
Повелся, какого наречия сие слово? На привлекательное тело, Разве на него? Творец искусен в создании прекрасного, мало ли красивых вещей вокруг. Я повелся на то, что живет в глубине твоих глаз, на пылающее в  тебе пламя, родственное моему собственному.

Но..Пылает ли? Не исчезло в черной и глухой пропасти, откуда она вытянула тебя ?
А  если услышанные  в посмертии  слова являлись ничем иным,  как неизжитым влечением пери к хозяину?
Внезапное понимание горькой истины вмиг уничтожили радость и  новое,  взволнованно-счастливое состояние. Как же раньше он  не понимал очевидного. 
Особенности расы не вытравить из крови. Деосу удалось  взломать программу артефакта, ты  разорвал  поддерживаемую магическим предметом  связь,  но себя не перекроить и в глубинах души выжила так ненавистная тебе любовь.
Рамиэль резко поднялся, теперь уже отстраненно и проницательно  рассматривая парня, словно впервые видел.
И что же тогда обнаружит он, очнувшись?   Довольного починенной игрушкой ненавистного эделира.  Ты явился  ко мне в ожидании очередного удовольствия, хозяин?
Мысль о разрыве постоянно присутствовала в его сознании, и Тейриан  упрямо и целенаправленно  шел к своей цели. Отдав артефакт, граф не сожалел и не вспоминал более о своем поступке. Предпочти Хельги свободу на любом этапе их связи, он понял и принял бы его решение, но в этот момент, взглянув на ситуацию снова, вспомнив предсмертную браваду пери, эделир не поверил собственному открытию. Тейриан защищался. Он защищался от возможности его, Рамиэля, мести за Реверди  посредством использования артефакта. Мысль о том, что Хельги  мог применить к нему такой подлый и бесчестный способ поразила Феникса, и он отринул ее сразу, поскольку, чтоб предполагать подобное в отношении его персоны Тейриан слишком хорошо разбирался в людях. Нет, слишком часто им переживался в воображении долгожданный поединок  с убийцей, который никак не мог быть заменен ни на что иное. Мысль о  том, что артефакт изменен ради связи с другим казалась  сейчас  куда более реальной.
Так может ты уже  выбрал?Разумеется, выбрал.
Граф  слишком хорошо понимал, какого рода будет связь пери с новым избранником или избранницей. Сердце глухо билось от этого ясного понимания, сопровождаемого красочными картинами, от которых  его насквозь прожигало ядовитой злостью. Он нехорошо взглянул на лежащего, быстро склонился и резко сорвал с него плед.  Засветившийся фиолетовым взгляд снова упал на полуобнаженного парня, задержался на  бляшке  тонкого пояса, медленно прополз вдоль торса вверх и поднялся выше до той самой розовой полосы, узрев которую Лерайя с силой швырнул плед в угол дивана и отошел.
Застыв у иллюминатора неподвижным изваянием, равнодушным к  великолепию открытого космоса, он  не мог не понимать, что периец имеет право выбора. Что ж, Хельги  имеет свое право, а он, граф  Лерайя - свое.
Когда за спиной послышался едва слышный шорох, резко обернулся, метнув в сторону пери острый   проницательный взгляд. После подошел к креслу, сдвинул его так, чтоб оно оказалось напротив дивана, и сел напротив, продолжая смотреть напротив напряженно и испытующе.
И все было ясно эделиру кроме одного, но это одно никак не желало укладываться в общую картину.
Что сильнее внутри  существа, неизжитые свойства расы или страх смерти? Если ты летел на Либертейм, чтоб победить, чтоб избавиться и убить, в чем старался убедить меня, зачем подставился под удар?
В том, что именно подставился  теперь сомнения не было.
Что принуждает существо  предпочесть смерть жизни?  Никакие встроенные   программы  верности и служения не выстоят перед  перспективами собственного уничтожения.
Так что же?

Поднялся, по-прежнему внимательно и изучающее глядя на парня, начал расстегивать пуговицы на рубашке. Вид его сиятельства в этот миг никак не напоминал нетерпеливого влюбленного.  Сосредоточением, странным в  такую минуту, он более напоминал ученого, начинающего свой опыт.
Отложив вещь на кресло, шагнул к дивану, лег на край, рядом с Хельги, затем, немного подумав, осторожно обнял его.  Однако, при соприкосновении с обнаженной, теплой кожей  парня его  словно обожгло ..  опалило  нестерпимо горячим, горячим до ледяных мурашек, а руки сами собой крепко сжали перийца,  привлекая к себе. Как сдержаться и не покрыть лихорадочными поцелуями  лицо, не запустить вольно ладонь в роскошную белую гриву? Приказал себе успокоиться,  чуть отодвинулся, усмиряя дыхание.
Что  увижу в твоих глазах? первое, непосредственное чувство, не прикрытое  игрой,- самое истинное. Взгляд.. Первый луч души вырванной у смерти..

Отредактировано Рамиэль Лерайя (17.02.20 18:55:39)

+1

14

Обрывки размытых видений проносились перед глазами Хельги. Массы врагов стремящихся тебе уничтожить и ликующая толпа и сколько бы ты не разил мечом, они все шли и шли нескончаемым потоком. Пока не захлестнули пери целиком, безжалостно разрывая на части и никого вокруг, кто протянет руку или просто участливо улыбнется, одни смеющиеся и ликующий от происходящего лица. Боль и ужас охватили Тейриана он кажется куда-то бежал и перед ним из черного мрака выросло кресло, где в его любимой позе восседал Эдриан. Хельги делает шаг навстречу, но у того внезапно отваливается голова и красные потоки стремятся к ногам перийца, он в шоке отступает, пытаясь найти хотя бы кого-нибудь в этом холодном и гиблом месте черной пустоты. Он помнит, раньше был зеленый лучик разгоняющий сумрак, но теперь он потерян навсегда, пошатнувшись Тейриан продолжает свой путь в царстве вечной и безысходной ночи. Впереди возникает фиолетовое сияние, пери, как мотылек, кидается к нему в последней надежде обрести тепло, раковой взмах меча рассекает грудь и неминуемый приговор читается на прекрасном лике черноволосого мужчины. Хельги более не бежит, а опускается на колени, сейчас вокруг ничего нет и он совсем один в бескрайней бездне. Хочется исчезнуть слившись чернотой и став ее частью, но и это ему не дано. Вечные пытки и страдания, вот его удел, воздаяние, которое надо платить. Горький крик полустон раздается в гнетущей тишине этого места. Только никто его не слышит и никто не придет. Для грешника возможен только такой исход, и здесь нет искупления, нет забытья или прощения, есть одна бесконечная мука повторяющаяся по кругу раз за разом.
"Будь счастлив, Рамиэль..." - шепчут бескровные губы и это единственное, что удерживает разум от пучины безумия. "Разве я много хотел?" - ответ ледяное безмолвие. Рабам не положено ничего желать, они должны покорно принимать свою участь. Иначе... темно-алые капли падают с твоих рук, убежать, спрятаться невозможно. Упрямое отрицательное качание головой со спутанными волосами: "Не могу принять..." Кровавые капли превращаются в потоки заполняя все вокруг в красный цвет. Обреченно поднимает руки, пряча лицо в ладонях. Теперь багряное везде, оно течет внутрь заливая душу и стирая все на своем пути. Вечная боль и агония, закономерный итог. Пери дрожит, погружаясь все глубже, у него ничего более не осталось. Ни жизни, ни любви, ни чести, ни даже самой смерти. Серое пустое ничто подступает со всех сторон и алый теряет свой цвет, сливаясь с пустотой. Хельги снова бежит или падает, а может лежит среди ошметков пепла, не поймешь. Леденящий ужас заполняет его целиком, он уже не чувствует и не видит себя. Только безликую тень, приговоренную скитаться во мраке. Был ли другой выход, он знает точно - нет. "Ведь ты улыбаешься, Рамиэль? У меня получилось? Я никогда не узнаю..." - единственное сожаление, единственное оставшееся желание. Но ему не суждено исполниться, как и понять, ад пери принес хоть что-то хорошее тому, для кого отдали все или это оказалось бесполезной попыткой, как и жизнь Тейриана. Агония и личный кошмар усилились превратившись в череду безликих кричащих монстров, требующих страданий Первого. Он более не сопротивлялся и не пытался отринуть, а молча позволял уничтожать себя. Тяжелые капли росы блестели на выцветавших ресницах. "Ты ведь счастлив, Рамиэль?.."
Внезапно плотно кружившая Хельги чернота взорвалась снопом разноцветных искр. Физическая боль, терзающая тело переместилась на грудь, а потом вовсе исчезла и появилось ощущение, что пери лежит на чем-то мягком. Сознание возвращающееся из мрака затрепетало подобно вынырнувшему из под снега цветку в солнечный весенний денек. Первый слегка пошевелился, улетая от злобных призраков прочь. И наконец через некоторое время распахнул глаза, перед которыми плавали огненные и черные круги и только через пару секунд стало появляться изображение. Тейриан абсолютно ничего не понимал, куда делся берег озера, что происходит, где он и почему  собственно жив или нет? Периец растерянно взирал на ворсистую обивку дивана. На рай было непохоже, на ад тем более. Ладонь машинально поднялась и дотронулась до верхней части груди, обнаружив полоску шрама. Сразу пришло осознание, он не за гранью и каким-то чудом умудрился выжить. И тут сразу Хельги почувствовал, что лежит здесь не один, эти руки обнимающие его он отлично знал, как и  оголенный торс расположившийся перед ним. Сердце гулко забилось и Тейриан перестал дышать, но поднять взгляд к лицу эделира не посмел. И в голове пронеслась устрашающая и бросающая в дрожь мысль: "Я проиграл..."
Мир вновь померк, потеряв краски, погружая первого в отчаянье. Он так старался сделать все правильно, а в итоге потерпел полный крах. Рамиэль не пошел вперед, оставив позади прошлое и забыв о пери, ничего не изменилось, ничего не кончилось. Хельги не сомневался зачем ему оставили жизнь, умереть сразу для него было бы слишком просто. Он зажмурился и повернув голову уткнулся лицом в диван. Пальцы мелко задрожали, как, впрочем, и сам Первый. Он не понимал, почему объятья, логичнее были бы цепи в подвале, но это и не важно, граф в праве делать все, что ему заблагорассудиться с проклятым убийцей. Стало почему-то очень жарко, а потом резко холодно, а после опять по телу пробежал огонь. Горло сдавило в спазмах не вдохнуть, не выдохнуть, будто оно до сир пор было разрезано. Тейриан тщетно пытался взять себя в руки, внутри загнанной птичкой билось, все равно не получится, ты ничего не можешь, а его состояние продолжало становиться хуже и хуже. Липкий пот заблестел на сильно побледневшей коже, в голове зашумело.
- Я... я.., - прозвучало полностью беззвучно, словно пери разучился говорить, а может так оно и было. Он не знал, что делать, соскальзывая куда-то вниз, в багряную пучину.  Нет, нельзя, он должен попытаться. Только что, мыслить связно оказалось сложно, они разбегались будто стайка меленьких испуганных рыбок, скрываясь в толще воды. Рука шевельнулась, пальцы скользнули по груди эделира, ощущая гладкую теплу кожу. Кажется это было совсем не то, что следовало делать, но пери не смог остановиться пока не почувствовал, что касается его губ, все также не поднимая головы. Хельги не знал, что за этим последует, просто воспользовался возможностью на подсознательном уровне. Он мечтал об этом все эти пару месяцев, которые они не виделись с Рамиэлем. Только вот проявить свои истинные чувства было нельзя, иначе бы задуманное не осуществилось. Граф мог пожалеть убийцу и страдать, разрываясь между различными решениями. Хотя сейчас и так все пошло вкривь и вкось и в итоге Первый не смог сделать счастливым того, кого полюбил без оглядки и сомнений и ради кого отдал имеющегося у него полностью. Пальцы Тейриана подрагивали, выдавая общее плачевное состояние, последний удар судьбы оказался для пери роковым и он не находил в себе более сил для противостояния. Еще несколько секунд рука Хельги задержалась рядом с лицом эделира, а потом опустилась на диван, словно вспомнив о реальности и что их с графом разделяет кровавая бездонная пропасть. За такое не просят прощение, а молча принимают возмездие.
Первому хотелось исчезнуть, стерев все воспоминания о себе, но такое было не в его власти. "Пожалуйста улыбайся...", на губах Рамиэля читалось напряжение, как и в теле эдерила. И от этого уверенность в своем проигрыше стала абсолютной. Хельги причинил много боли всем и тому, за один взгляд которого готов был умереть, и продолжает это делать, как бы не пытался помешать происходящему. Желание раствориться даже в том самом мраке, от куда он несколько секунд назад вынырнул, стало нестерпимым. Пери был бы счастлив уничтожить себя немедленно, но ведь это не поможет, ничего более не поможет ничему. Кровь окончательно отхлынула от лица, сделав его похожим на мраморное изваяние и Тейриана накрыла полная апатия и безнадежность. Он лежал словно живой труп, белый, холодный, не способный даже дышать, и только сильная дрожь и глухой стук сердца говорили, что Хельги еще на этом свете. В голове же воцарился туман и разум постепенно погружался туда, никаких спасительных мыслей более не существовало, только горечь и боль...

+1

15

Дыхание  Хельги уже  стало ровным, но  он все еще находился без движения.  Возвращение к жизни почти  не изменило бледности его лица  с обострившимися и неподвижными чертами.   Рамиэль ждал, и не   упустил момента, когда парень пошевелился, потом еще раз, и, наконец, открыл глаза.  Первое время выражение  их было неопределенным, Тейриан  смотрел на него, но, кажется, не видел, и граф понял, что пери   почти не осознает происходящего. Скоро  рука неуверенно  приподнялась и потянулась к шраму на груди. Наблюдая его  замедленный жест, эделир напрягся и опустил глаза, недалек был момент, когда  Рингаль рисовал этот узор.
Граф находился в страстном ожидании этой встречи взглядов, но её не случилось, Хельги зажмурился и отвернулся.
Не хочешь видеть. Я был прав.
Фениксу показалось в этот миг, что его догадка  о потаенных словах и чувствах парня, как проявлении программ расы полностью подтвердилась, а сейчас Хельги стал собой настоящим и, обнаружив убийцу рядом,  отторгает его присутствие рядом с собой.  Горько видеть это, но иначе  быть не может после произошедшего,  наивно  ожидать иного, а наивность юноши - не о нем, графе Лерайя, и остается ему лишь подняться и уйти. Он видел не то, на что надеялся, но сам не понимая, зачем,  ждал и рук не развел.
Рамиэль замер и невольно задержал дыхание от почти невесомого прикосновения  его пальцев, ожидая, станет ли осторожная ласка чем -то большим.  Он ловил  каждый миг, чувствуя как прохладная   линия  стремится по его груди к шее, вверх, к губам.. . Первым побуждением мужчины было  положить свою ладонь поверх его, сжать,  затем притянуть ближе самого Хельги и ...но во всей позе пери увиделись ему сейчас такие отчаяние и надлом, что он только и мог смотреть и ждать, не давая воли своим порывам.
Удерживая в объятиях любимого, слышишь его без единого слова. Настоящая боль звучит по-особому, и граф точно знал, что сейчас не игра, сейчас ему дана самая глубокая правда, именно та, которую он твердо намерен был выяснить. Все происходившее с ними было сверх... сверх задуманного, сверх возможного, за гранью, вне некоего сценария и Рамиэль уже думал о словах, которые он скажет Хельги, как тот вдруг замер без движения, словно окаменел, а потом его тело начала бить мелкая дрожь.  Магия деоса не помогла, Араника лишь отодвинула смерть, и когда он уже решил,что все позади, у пери началась предсмертная агония.
Уходишь, все напрасно и наше  время закончилось.
Рамиэль резко схватил его за плечо, выискивая в закоулках сознания хотя бы одно хилерское заклинание. Однако, волна паники скоро схлынула, и    он понял, что Тейриану ничто не угрожает,  это от непомерной нагрузки психика дала сбой.  Хельги окутало светящееся фиолетом облако энергии эделира, а затем  Лерайя занялся  созданием особого умиротворяющего состояния, которое он старательно протранслировал в сознание парня . Вышло так,что в магический поток невольно оказались вплетены образы иного толка, спонтанно активировавшиеся в процессе колдовства, но вряд ли этот побочный эффект воспрепятствует прямому назначению магии. 
Спустя некоторое время дыхание парня успокоилось, а кожа потеряла мертвенно - голубой оттенок. Только сейчас Рамиэль позволил себе  применить силу и развернуть так, чтоб тот, наконец, оказался с ним лицом к лицу.
Его глаза.  Средоточие безысходного отчаяния и боли. В первую секунду их выражение поразило Рамиэля. О недавней браваде..
недавней?  тут граф с удивлением поймал себя на мысли о том, что потерял счет времени, оно дало явный сбой,  все началось не вчера, никак не вчера, они здесь целую вечность. Перед внутренним взором предстало жуткое по реалистичности, каменное лицо мертвого Реверди.  "Явление" друга явилось, как некий знак, ключ к смыслу момента.
Адри, вот ведь как вышло, смотри, кто со мной рядом. Я  нашел его. Я  убил.  Только лучше бы умер я сам.  Он воскрес и  хочет сдохнуть, но я не дам, потому что люблю его.

...о недавней браваде не было и речи. Рамиэль увидел приговоренного смертника, которому не принесет упокоения и сама великая бездна. И вдруг с необыкновенной ясностью он понял, что творящееся сейчас - это возмездие.
Не смерть от Рингаля, но этот  миг и есть расплата Хельги. Жизнь, отодвинув в сторону самого Лерайя, закрыла счет Тейриана  таким образом, каким Рамиэль и представить не мог. Он физически ощутил, как его собственную грудь припечатал горячий пресс, рождая беспокойную ноющую тоску.  Очень захотелось  притянуть Хельги, вопреки намерению понять, хотя, собственно, понимать уже нечего, все яснее некуда,  вопреки необходимости предстоящего разговора. Левая рука, кажется ставшая каменной, едва сместилась на  плече пери, и  после  снова замерла в неподвижности.
-Я все видел. О нем и о тебе. - Долгое молчание. Лерайя чувствовал себя так, будто поднимал тяжелые огромные валуны.-Твои мысли были открыты мне в твой последний миг.
-Я искал тебя тогда. - В сознании Рамиэля одна сменяя другую, проходили  картины прошлого: первое известие о смерти друга,  многолетние бесплодные поиски. - Теперь благодарен Отцу за то, что не нашел.
-Все прошедшие годы я стремился понять, почему он окончил свою жизнь так. Я понял, когда увидел.
Граф снова в упор взглянул на Хельги, и тот не мог не понять, что эделир говорит о увиденном в его посмертных видениях.
-Когда  мишень готова, стрела уже в пути.  Я помню его в последние годы,  он был тенью себя самого, настоящего. Я видел, что сила жизни в нем угасает, но он хотел чувствовать ее как прежде и  рисковал, зачастую неоправданно, танцуя по лезвию бритвы. Однако, ему не дано было найти то, что он  безвозвратно потерял. Мишень не может избежать встречи со стрелой, а стрела не может отклониться с определенной ей траектории. Каждый может быть лишь собой, Хельги. 
Иногда  у нас выбора нет. Я не мог- Граф опять против воли воззрился  на  полосу на его груди-поступить иначе. Как не мог и ты.
Немыслимое, непредставимое прежде осознание. Необходимо было перейти  грань, уничтожив самое дорогое свое существо, узнать то, что было скрыто, дойти до минут запредельного отчаяния,  разбить себя самого на сотни мелких осколков, собрать себя заново,чтоб понять это.
-Зная его, он  и подумать не мог, что стрелой  станешь ты. Каждый из нас отдал ему часть своей души и всю жизнь,  но  пришла пора   отпустить. Ему нужен покой, не будем тревожить  память о нем. Всё, что было, теперь принадлежит прошлому.
Отпустить навсегда. Случившееся сегодня сделало это возможным, сожгло дотла долги каждого. Навсегда. Воспоминания о совместных минутах  вспыхнули в памяти, на миг всколыхнув забытые неприкаянность и одиночество первых лет, затем волна ушла и душа наполнилась неведомой прежде легкостью. Граф едва заметно улыбнулся, придвинулся ближе к парню и привлек его сильнее,  ошалевая от ощущения близости. Феникс не знал,  есть ли у него право на это объятие, после того как он оставил на его груди этот красный росчерк, пусть будет, что будет.  Пальцы левой руки граф запустил в светлые волосы, правая теперь уже с  силой прижимала  Хельги. Он не знал, что последует далее, но он знал одно-невозможно разжать  его руки и принудить  отпустить парня, это означало бы то же, что расчленить его самого.

И все таки оно  невероятно, творящееся  сейчас на Прометее,
Снова на Прометее. Среди звезд.
Рамиэль чувствовал себя счастливым, крепко сжимая в объятиях того, кого ненавидел многие десятилетия. Он едва не задыхался от нежности к тому, кого неустанно искал, чтоб убить, и кого, узнав, полюбил как никогда. Преодолев вину и смерть, им удалось невероятное- набрести на правильный путь выводящий их из лабиринта иллюзий и страхов, из тумана, к свету.
https://img-fotki.yandex.ru/get/31690/47529448.e6/0_d2e43_c155f31f_orig.png

Умиротворение

Умиротворение [Ментальная магия, I | V] - возможность утихомирить кого-либо в нужный момент, придать уверенности и залечить душевную травму, умение привести «в себя» и подарить надежду.

Отредактировано Рамиэль Лерайя (15.03.20 06:58:53)

+1

16

Колдовство эделира благотворно подействовало на общее состоянии пери, только боль и безнадежность захватившие его не убрало. И когда Рамиэль развернул к себе Хельги, то без труда смог прочесть это в его глазах. Первый выглядел совершенно потерянным и разбитым, все еще бледный с закушенной губой, мечтающий, чтобы предстоящее побыстрей закончилось и он смог опять сгинуть в свою бездну., это являлось намного лучшим вариантом, чем испытываемое сейчас. Он не посмел противиться или как-то сопротивляться графу, давая тому возможность творить с собой что угодно, принимая любое действие. Только по телу прокатилась волна дрожи от побочного действия энергии Лерайя. Пери все еще не понимал зачем такое и что это за изощренная пытка ему придумана и почему Рамиэль просто не дал ему уйти в небытие? Неужели смерти оказалось недостаточно и месть требует большего от убийцы? И глупо тут говорить эделиру не надо, тебе такое самому не приносит должного удовлетворения. Хельги наконец осмыслено посмотрел в лицо графа, пытаясь понять, что тот испытывает в данный момент. Ответ не принес ничего хорошего, в чертах Рамиэля не читалось удовлетворения от творящегося, они так и остались сосредоточенно напряженными. Пери вздрогнул и опустил взгляд, он не знал более, что следует делать, наверное принять все уготованное. Сам он больше не на что не способен, а ведь никогда не считал себя слабым, но судьба диктовала другое. Первому ни разу не удалось преодолеть обстоятельства, он не смог защитить, не смог достучаться, не смог сделать счастливым. И даже его жизнь и проклятье в уплату долгов не подошли, страшное состояние безысходности давило с непомерной силой. И теперь немного придя в себя, пери осознавал это еще четче, а значит и болезненней.
Длинные ушки, прижавшись к голове, мелки дрожали, впрочем, как и сам их владелец. Перед глазами проплывали какие-то обрывочные образы из кровавого прошлого, сердце глухо стучало, а пальцы впились в ладони. Пери ждал развязки, но все равно слова Рамиэля стали неожиданностью, он невольно посмотрел на эделира вновь, внутренне содрогаясь. Ничего хорошего увидеть Лерайя не мог, одну кровь много крови. Так было просто взмахнуть чужим мечом и разрубить все свои цепи, одно движение и вот он рай. Только Хельги прямиком попал в ад, уничтожив в первую очередь себя, искоренив все живое в душе, оставив серою пустоту. За что он убил Реверди? Сложно понять до конца, четкое ощущение предательства, осознаваемое каждый день и лишенной возможности уйти, пери обязан был оставаться подле в качестве тени, слуги, пусть и любимого. Тогда он должен был сделать другой выбор и вонзить этот меч в свою грудь. Правда понял это Тейриан после совершенного, оставшись совсем один в холодной ледяной пустыне и с преступлением, которому нет оправдания. Но судьбе показалось и этого мало и она преподнесла кое-что похуже, сделав палачом самого дорого существа на свете, отняв у того так много, а все попытки хотя бы что-то исправить потерпели сокрушительный крах. Занятый самобичеванием Хельги пропустил тот момент, когда Рамиэль заговорил вновь после долгой паузы, благодарен, что не нашел, как так? Периец растерянно смотрел на эделира ничего не понимая. Разве это не прелюдия к заслуженному и необратимому наказанию за грехи, для которых и смерти оказалось мало? О чем он? Что хочет донести? Тейриан отлично знал, что потерял Реверди, вернее кого, женившись, как ему казалось на выгодной партии. Губы попытались это произнести, но из горла не раздалось ни звука. Тогда пери ответил мысленно.
"Он потерял, тебя, Рамиэль." - раздалось в голове эделира с нечаянно ретранслированными горечью и неотвратимостью бытия. Сейчас Хельги как никогда понимал состояние Реверди совершившего череду ошибок и не знавшего, как это исправить и вернуть. Когда ему было замечать рядом кого-то еще и вникать в проблемы его непосредственно не касающиеся. Да и навряд ли по мнению существо, являющееся слугой, в чем-то нуждалось, кров, пища, даже некое положение у него было. Что пери может хотеть большего, такое в мысли Реверди не приходило, даже, если об этом ему говорили напрямую, он просто посчитал сие за блажь, не стоящею внимания. Результат, стрела нашла мишень. Такой ли развязки желал Эдриан, неужели он был реально разочарован в жизни, а ведь его срок неумолимо подходил к концу, бессмертия у него не было и старость стояла у порога, и с ней и закономерный уход. Теперь этого никогда не узнаешь, но терять силу и красоту, привыкший совершенно к другому аристократ, точно не хотел. Возможно он подсознательно стремился уйти достойно, а не лежа немощным на кровати. Потому и рисковал ввязываясь в авантюры и ходя по лезвию, превращаясь в тень, страшась неизбежного и страдая от невыполненного и неосуществленного. Первый не понимал своего хозяина в то время, как и Реверди не понимал его. И все закончилось алыми потоками.
Быть собой, выполняя судьбу, это неправильно. Смерть Эдриана от его руки, это неправильно, быть рабом, это неправильно. Хельги никогда не сможет принять такое, даже если так можно оправдать его поступок. Он не безжалостный убийца без чести и совести и не вещь. Но мысль Рамиэля была ясна, не он так кто-то еще окончил дни бывшего хозяина, который вольно или нет стремился к такому. Здесь до пери вдруг внезапно дошло, его преступление простили, оставили в прошлом. Это не месть и не возмездие, это билет в новую жизнь! Тейриан замер не дыша, не в силах поверить и полностью осознать случившиеся. Он не проиграл, он смог заслужить искупление в глазах любимого. Столько лет кошмара, непреходящего чувства вины и под конец чудовищная неумолимая расплата, а сейчас все это вдруг разом свалилось с плеч. По лицу Первого прошлась судорога, как, впрочем, и по телу. Он вновь побледнел, а после резко уткнулся эдериру головой в плечо, мертвой хваткой сжав того за плечи руками. Спина Хельги вздрагивала, но не единого звука не раздалось из горла. Пери повиновался, выплескивая на волю всю горечь и боль, скопившиеся внутри. Пусть он виноват, но если граф смог простить, следовательно и он сам должен. И отпустить Эдриана, как сделал это со второй, пожелав всего наилучшего где-то там. Неизвестно сколько времени это продолжалось, только очнувшись пери смущенно разжал пальцы, но все еще касаясь чужих плеч и полностью прижавшись к Лерайя. Внутри на смену опустошенности и пустоте постепенно приходило другое теплое чувство. Плохо понимая, что делает Тейриан с нежностью и просыпающийся страстью дотронулся губами до белоснежной кожи, ощущать его рядом, этого хотелось больше всего на свете. Через секунду опомнившись периец остановил внезапные поцелуи. Больше он ошибок не допустит, он должен точно знать, что происходит и чем это вызвано. Жалостью к Первому и врожденным благородством эделира или... О таком было страшно подумать, страшно поверить... Слишком яркими были боль и разочарование в прошлом.
"Рамиэль, спасибо за все...", - также мысленно начал Хельги, разговаривать вслух он все еще не мог. "Я очень тронут и благодарен тебе. Ты смог простить меня и оставить жить, после совершенного... Обещаю по достоинству воспользоваться твоим подарком. И... прошу ответить только на один вопрос... я... нужен тебе... рядом? Если ты не пожелаешь более этого, то не волнуйся, я приму без возражений, просто буду существовать где-то там, не попадаясь тебе на глаза."
Тейриан солгал, он то хорошо знал, сколько ему отмерено без хозяина. И что "подарком" он будет пользоваться не долго. Само собой только одному человеку на всем белом свете он мог отдать себя и заколку, сделать это с радостью и с полным восторгом, он хотел принадлежать тому, кого безумно любил, быть связанными с ним узами до самой смерти. Но только если Рамиэль сам того желает. Если же нет, то пери сделает вид, что все в полном порядке и он будет жить своей жизнью, чтобы никаким образом не принуждать графа к такому решению.

Отредактировано Хельги (05.04.20 18:28:24)

+1

17

Рамиэль  молчал, удерживая парня в кольце сомкнутых  рук.  Натянутый подобно струне, Лерайя прикасался к  нему так, будто  стоит  ослабить силу объятий и все, что есть: Хельги рядом, живой, и они вдвоем на Прометее, все рассеется  иллюзией,  бредом сумасшествия, и он очнётся на мокрой поляне, сидящим неподалеку от мертвого  израненного тела. 
Выражение  бледного лица пери после его слов о стреле и мишени - момент неверия и робкая надежда в неестественно - светлых  от боли глазах,  понимание,  и потом- резкое движение вперёд, к нему, объятие, крепкое, но так отличное от всех прежних, не столько  страстное, а скорее родственное - все это память  Рамиэля сохранит бесценными сокровищами.
Его пальцы  крепко сжали  плечи, в этом жесте было столько отчаяния, будто он тонул или прощался с затяжной мучительной болезнью, в то время как та рвет его к себе, выворачивая наизнанку.
Так тихо в комнате..эта напряженная тишина сейчас наполнена не  покоем и умиротворением.
Тело Хельги иногда непроизвольно вздрагивало и каждое такое движение откликалось в сердце эделира чем-то нежным, мягким, но и горьким. Хаос из самых противоположных, малопонятных самому графу чувств и стремлений властвовал им. Сорвать с него и себя эту ставшую лишней одежду, привлечь еще ближе, но без той неутолимой жажды, которой всегда сопровождались подобные действия. Или с нею. Направить  новую волну умиротворения?   Нельзя. Этот момент должен быть  пережит и отпущен.
Скоро периец стал неподвижен,  а Лерайя ощутил на своей коже  его легкое теплое дыхание, осторожную ласку  мягких губ. Будоражаще-беспокойное, жаркое чувство в разы усилилось, заполнило грудь  и теплым потоком потекло к горлу. Правая рука  поддерживала тело Хельги снизу чуть дрогнула, а верхняя, левая  устремилась по  спине,  к пояснице.
" Ты смог простить меня"
Простить. Отказаться от роли судьи и роли воздающего за совершенный грех.
В картине мироздания существа- отдельные ниточки, из которых создатель, согласно замыслу, ткет свой узор. Каждая нить отлична от других,  но она переплетается с  этими другими, чтоб узор творения соответствовал Его замыслу. Или нет,  не нить, а искра, язычок пламени и Его узор состоит из миллиардов светящихся огней. Каждым своим выбором, мы меняем оттенок своего пламени,заставляя всю картину меняться, и все происходящее соответствует его воле потому что Я - не только творение, Я  и - творец. Но картина не может определяться лишь твоим выбором, твой поступок, твое решение -  проявление твоей свободной воли вплетено в поток  решений  всех существ  Так где же источник твоего якобы свободного выбора в решающий момент твоей жизни?
Мог бы он  простить, поломав  себя, ДО их боя? От прежнего представления об убийстве Реверди не осталась и следа, Лерайя понимал теперь произошедшее в истинном свете, а понимая и видя внутренние течения сменяющих друг друга событий, определяющие "свободный"выбор, осознавая причины случившегося с Хельги, с Реверди, с ним самим,  он знал, что никто из них троих не мог поступить иначе, чем поступил. Сейчас он не мог осуждать неверного возлюбленного, не мог  сказать Хельги - ты виновен, и не чувствовал его виновным, все внутри противилось этому. И противилось принятию смерти Реверди.
Что-то оборвалось и заледенело в груди от его Простить.
Делай как должно-  главное правило жизни,  Феникс следовал  ему всегда, но теперь он не знал КАК должно. Это знание жило в нём на рассвете, когда в его руке блеснул Рингаль, но сейчас от той уверенности осталась пыль. Он знал на рассвете, и потому  они  БЫЛИ - пятна крови   на растерзанной груди,  он  БЫЛ черный свет,  рассеивающегося во мраке собственного сознания...
Черты лица Лерайя искривились, сглотнув горячую свинцовую тяжесть, Рамиэль, выпустил его из объятий,  приподнялся  на локте, и подался вперед. Теперь его лицо  находилось над лицом Хельги, больные  глаза тяжело  и устало смотрели  на пери.
Молчи!
Неизвестно, увидел ли граф то, что искал, но скоро он  склонился, торопливо, резко и в то же время как-то неуклюже снова обнял его.
Спустя время, снова откинулся назад и вернулся в прежнее положение- опираясь  на локте одной руки, пальцы другой перебирали белую прядь, сам же его сиятельство смотрел куда-то в себя. И молчал.
Нужен ли он ему  рядом, ответ так очевиден.
Смерть Реверди и его одержимость местью, открывшаяся правда обо всем, кровь и смерть. Он отвел взгляд, стремясь,чтоб парень не увидел промелькнувшей в глазах улыбки.
Буду верить, моя голова не расстанется с телом в результате нашего союза, впрочем - и вот сейчас  Хельги встретил прямой взгляд  горячих темно фиолетовых глаз-я давно ее потерял по твоей вине.
Он не мог не смотреть так, потому что Тейриан  необыкновенно  красив сейчас.
Редкая красота  вкупе с его силой  и неординарностью, неистовостью и  готовностью  пойти до конца во всем, говорили графу о том,что с ним существо совсем особенное. 
Ты- мой воздух, мои крылья..Двоим , соединенным богом и судьбой,  не разорвать уз.
-Ты знаешь ответ. Где  же ещё я найду столь прекрасного,- эделир  слегка прищурил глаза, испускавшие теплые лучи фиолетового света   - сколь и опасного спутника до конца дней,  отмеренных мне Отцом.

Отредактировано Рамиэль Лерайя (03.05.20 16:19:57)

+1

18

Пери напряженно ждал, что ответит эделир на самый главный вопрос для Хельги. И потому когда Первого выпустили из объятий, он перестал дышать и внутри все оборвалось. Что это, ответ нет? Но осознать всю бездну кошмара и вновь почувствовать безысходность Тейриан не успел, теплые руки вернулись. Выдохнуть пери не смог, только длинные ушки чуть подрагивали, все также прижавшись к голове. Он понимал,что Рамиэлю сейчас не просто до конца отпустить образы прошлого и всерьез возжелать рядом убийцу своего друга и возлюбленного. Хельги же ничего не оставалось, как продолжать ждать в образовавшимся гнетущем безмолвии. И будет лишним отрицать, что образовавшийся исход при отказе перийца устраивал более чем. Жить в холодной ледяной пустыне он больше не хотел, как и видеть кругом серый пепел. Он отдал все долги и теперь являлся свободным в своем выборе, потому с выжить любой ценой было покончено.
Тейриан не будет даже пытаться что-то изменить. Только разыграет очередную сцену для Лерайя о своем безоблачном проживании где-то там далеко. Уйдет со службы и дескать отправится путешествовать и никто не узнает, что с ним стало на самом деле. Ему весь свой путь хотелось сбросить оковы раба и саму что-то делать в этом мире, но он не мог больше терять. Без души не живут и не творят, а его душа - сияющее фиолетовое солнце. Только оно одно навеки и без него не мыслимо никакое существование.
Хельги даже как-то успокоился приготовившись принять неизбежное. Многое ведь свершилось и искупление получено, что же, если впереди не будет светлого будущего. Жизнь может заканчиваться и вот так, не такой уж плохой исход. Рамиэль пойдет своей дорогой, Тейриан своей. Этого ведь очень хотел периец добиться несколько часов назад. Следовательно у него получилось. Невольная мимолетная улыбка мелькнула на устах. Жаль, он не увидит свое солнце в поднебесье, но иметь все сразу нельзя. У эделира много времени и он обязательно встретит, того, кто растопит его сердце. По другому и быть не может, кто-то из них должен улыбаться летя среди звезд и пери сделал все мыслимое и немыслимое, чтобы это был Ларайя.
Между тем слова Рамиэля прозвучали весьма неожиданно, разорвав уже сложившуюся картину в голове Хельги. Ответом оказалось да! Первый замер, перестроиться сразу не получилось, как и осознать все до конца. Его хотят рядом до конца. Как так, почему?! Искрящийся голубой встретился с мерцающим фиолетовым, выискивая ответ. Жалости в глазах эделира не наблюдалось, там светились совсем другие чувства. Мысли пери заметались словно пойманные птицы в клетке. "Я не безразличен ему." "Он хочет видеть рядом." "Он, он меня..."
Додумать было страшно. Тейриан сглотнул, голос возвращаться не пожелал. Оставалось только смотреть на него и тонуть в фиолетовом омуте, а потом словно в забытье ощутить вкус таких вожделенных и родных губ. Поцелуй получился спонтанным, жаждущим до боли и таким же отчаянным. Словно рывок в пропасть или на острый меч. И он также резко закончился, как и начался. Хельги чуть отстранил голову и отпустил плечи эделира. Проклятье, он опять делает все неправильно. Тяжело дыша пери попытался взять себя в руки, получилось плохо. Он кажется побледнел, потом покраснел и опять вернулся к белому. Но одно обозначилось точно, заколка. Надо пойти до конца не останавливаясь на пол пути. Стало жутко, Хельги никогда никому такое не дарил и не предлагал себя целиком и полностью. Это же не просто вещь, не просто символ, это сильные узы связывающие навсегда. Захочет ли такое эделир? Надо сказать, предупредить. Умереть было намного проще... Тейриан позеленел, на спине заблестели капельки пота, дыхание вырывалось урывками, а сердце быстро стучало. Кто же знал, что это так трудно.
"Прости..." - неизвестно за что извинился Хельги мысленно, предательский голос появляться не спешил и приходилось общаться вот таким способом. Первый же понял, что отклонился от сути и сморозил совсем не то. Он тряхнул ушками и закусил губу, пытаясь справится с захлестывавшими его волнением и эмоциями. Рука тем временем опустилась к карману брюк и вернулась обратно с заколкой. Тейриан посмотрел на графа, сейчас или никогда. Еще немного отстранившись он протянул на подрагивающей открытой ладони артефакт Рамиэлю. Стало невыносимо душно и жарко. Он первый раз делал выбор сам, он первый раз предлагал такой союз кому-то. Первый и единственный навсегда. Что преподносилось Лерайя на чуть дрожащей руке, сама сущность пери, его сердце и душа.
"Он изменен..." - наконец смог передать по делу периец. "Наша связь станет сильнее, чем раньше и у меня более не будет..," - слово хозяин казалось здесь неуместным, но подобрать другое Тейриан не посмел, - "хозяина, кроме тебя. Но, но," - поспешно спохватился Хельги, - "если вдруг пожелаешь потом я исчезну без всяких последствий для тебя." Тут же замолчав, опять получилось совсем не то. Впрочем, про заколку и ее новые свойства сказано, а вот про другое, про другое, нет. Нажим на закушенную губы стал сильнее, алая капля показалась на подбородке, до конца, так до конца.
"Это для тебя..." - перед взором Рамиэля возник образ пери преклонившего перед ним колено и протянувшего заколку, которая являлась только символом того, что хотел передать на самом дели Хельги. "Я... навсегда..."
Больше что-либо добавлять в трансляцию сил не нашлось, но что хотел сказать Первый было ясно и так и это мало походило на заключение контракта между хозяином и фамильяром. Это было предложением себя, души и сердца. И если эделир не готов связать себя узами с любящим его существом, артефакт брать не стоило. Хельги как всегда не остановился на полпути и сделал дерзкий жест. Все или ничего, по другому он не умел и не хотел. Быть слугой это не для него, как и быть любовником и фаворитам. Такому он с улыбкой предпочтет смерть и закончит свой долгий тернистый путь.

+1

19

Некоторое время, несколько минут или вечность,  тому назад он хотел получить ответ,  и он  его  получил.  И какой ответ!
Неистовый, страстный до исступления поцелуй перийца увлекал  в невидимый раскаленный вихрь и будил в Лерайя ощущение радостного триумфа. Наконец, не молчаливая безысходность. Наконец,  прорвалось к нему сама живая страсть Хельги, запрятанная глубоко,  бьющаяся в тисках безнадежности. Поцелуй снимал неподъемную ношу  случившегося, накрывал  волной   неукротимой энергии и первозданного восторга,   он  стал следствием  собственного ответа на вопрос Хельги о  его нужности.    Граф не знал, зачем   невольно   напомнил  Тейриану о его "ты повелся".  Он мог снова и снова молча повторять самые откровенные признания, но сейчас, глядя в голубые  глаза , немыслимо  проговорить эти признания  вслух, невозможно сказать,  как что -то  жжёт  сердце,  заставляя  плавиться подобно воску, пробуждая желания,  самому Фениксу ранее совсем не присущие, сказать о том, кем  Хельги   стал для  него.
Не  властный многоопытный муж  целовал пери в ответ, а  только что  сотворенный, удивляющийся небывалой красоте  демиургового  мира, "впивающий"  сияющее небо Нонтергара юный Феникс, который мог еще смеяться с легким сердцем или, расправив огненные крылья, играть в перегонки с ветром.
Он не сразу отпустил Тейриана. Сомкнутые на   спине пери  ладони еще некоторое время удерживали парня,  не давая тому  возможности шевельнуться. Граф хотел видеть его таким, хотел  его страсти,  ему было несказанно  мало этого  нового Хельги.
Обмер от последовавшего Прости,
Есть что-то  неизвестное, и оно  мне не понравится?
ослабил объятие, позволяя  отодвинуться, но не выпустил совсем. Явная нервозность парня  очень не понравилась,  тот явно волновался и боролся с собой в нерешительности перед неким важным шагом.
Ну?
Небольшой артефакт на протянутой ладони завладел всем вниманием мужчины. Он молча смотрел на заколку, затем устремил изучающий  взгляд  на Хельги. Знак на виске засветился,   серебро   глаз  смешалось с  лучами фиолета,  казалось, стремившимися просветить Тейриана насквозь.
-Ты понимаешь, что делаешь?!
Пережитое явно оставило свой след, уравновешенным  состояние  парня не являлось, и прежний граф  не принял бы артефакта, не уверенный, что  определяющее судьбу решение не вызвано легким помрачением ума, но  вчерашний  день изменил.."перемолол" каждого из них, разбив в пыль многое, кажущееся прежде  важным.  Осталась нетронутой, неизменной лишь самая суть души, самый "скелет", основа, и  оживать, обрастать новым, и рождаться снова им предстоит только вдвоем. Любовь - одно из немного, что чудом уцелело в "мясорубке"...Если  граф начал бы сейчас оценивать все с прежних позиций , ему осталось бы только пустить пулю в лоб. Оценивать и осознавать , перекраивая себя заново, то есть в очередной раз воскресать он будет потом, сейчас же, помня о предыдущих  действиях Тейриана с артефактом, он не мог не понимать, что ему  преподнесён  воистину королевский дар и он не мог, да и не хотел его отвергать.
Не смотря на юный облик, существо перед ним  зрелое и мудрое,  даже в безрассудстве не способное  на легковесную дурь юных оболтусов.
Молча положил сверх протянутой ладони перийца свою, переплетая пальцы их рук.  Когда-то он не знал, что за предмет оставлен ему в наследство и не придавал его наличию  никакого значения. Судьба предложила  Тейриана живой вещью, совсем его не интересовавшей. Впоследствии, изучив касающееся  расы, Лерайя  испытывал сильное желание покорить временную магию,  отправиться вглубь веков и найти  ученого, гениально придумавшего снабдить обладающее полноценным разумом  существо  известными кодами, и не просто найти, но произвести некие изменения в его собственных генах, или сровнять с землей его лаборатории. Однако, в таком случае не случилось бы их встречи. Вспомнив свое намерение, граф опять мимолетно отметил  неразрывную связь отвратительного и благого в жизни. Счастливы те, кто способны   философски- отстраненно наблюдать эти игры демиурга... Счастливы ли?
-Я,  граф Рамиэль,  принимаю твой дар. Он воистину бесценен для меня. Я обещаю любить тебя и заботиться о тебе. Пусть станут наши узы неподвластными  ни времени, ни  смерти.
Еще  сильнее, раня ладонь острыми частями заколки,  сжал  его руку. Необъятный мир, бесконечность, с её вечными звездами...  Она не только за стеклом иллюминатора, она внутри Феникса, а чуть поодаль,  в стороне от несказанного  сияния, единственная  в непроглядном мраке  есть ещё  одна, далекая, такая манящая,  изливающая себя  дрожью сине - фиолетовых лучей...
Неожиданно видение прервалось, и  граф  отчетливо увидел  лицо Тонантоса. Показалось, или  и впрямь на суровом  лице  бога  появилась лукавая  полуулыбка? Сердце согрела теплая волна искренней благодарности ему.
-Не хозяин я тебе. Их  звериные игры не станут нашими  никогда. Не в моих правилах назвать любимого слугой и рабом.
Сплетенное из узких, тоньше шелковых нитей, в точках переплетения скрепленное крошечными радужными искрами и увенчанное  редчайшим  бриллиантом "мэлтайрэ". Саэрэ-ало, кольцо, чьё назначение скрепить связь двоих, - подарок  для  единственного или единственной.  Игра света в  камне сразу берет в плен внимание, гипнотизирует  и чарует всеми оттенками  алого. Иногда  камень испускает корону лучей и  становится похожим на диковинный энергетический цветок. Кольцо способно  изменять узор переплетающихся линий ободка по ему одному известным правилам. Оно давно ждёт своего часа, схороненное в один из  сейфов графского замка. Саэрэ- ало едва не  украсило тонкие, изумительной белизны руки Фаэл, однако, Лерайя вовремя одумался, уберегшись  от опрометчивого шага. Горечь потери,   желание  ответной боли  - не  годное начало брака, не стоило дарить надежду на счастье прекрасной  Колибри, достойной  лучшей участи, чем холод и равнодушие.
Нонтергар славен ювелирами, и  у одного, точнее у одной из них, прекрасной как сама заря,  Рамиэль и обнаружил мэлтайрэ,  кристалл, способный поглощать и сохранять энергию любви и преобразовывать оную  в многочисленные  оттенки малинового, пурпурного  или кровяно-алого.

Стоило  лишь представить кольцо на руке Хельги, и  усиленное объятием острое  желание быть с ним, быть долго, выжигая, выплёскивая себя в этом таинстве,  до мига,когда их двоих накроет блаженное изнеможение, это желание смешалось с другим - Тейриана захотелось  беречь  и ...баловать, любоваться им, и быть эгоистом в этом любовании. Сама собой представилась Рамиэлю просторная светлая зала для приемов в чьём- то  доме, многочисленные  гости...  их восхищенные, наполненные откровенным интересом и желанием взгляды, кокетство  дерзких обольстительниц...  Хельги   не только красив, аура перийца несла в себе некую таинственную  составляющую, действующую на  лиц обеих полов  безотказно, и  вот наблюдать это  воздействие на коллег и знакомых  граф был категорически  не намерен. Бледное лицо напряглось, серебряные глаза выразили  озабоченность,  она, однако,  имела мало оснований, ведь бывать на  балах ему приходилось редко, только  по профессиональной необходимости, но  теперь..теперь они вдвоем  станут бывать там еще реже.
Браки между партнерами одного пола достаточно редки  на  тёмной планете, и такое событие поначалу  не может не привлечь внимания, но  вобщем -то миру нет дела до тех, кто держит его на своих плечах. Он защищен и, находясь в относительной безопасности, погружен в немудреные радости и заботы повседневности.
Сам Лерайя, будучи предельно  принципиальным в вопросах чести, предпочитал заниматься делом  и  никогда  не вынашивал  стремления стать чем -то вроде  образца ,  закосневшего в своей монументальности ). Наверное, для этого граф еще слишком молод или недостаточно глуп.
Не замечая, что на кисти его руки, от ранки, пролегло несколько ярких тоненьких линий, легко дотронулся этой кистью до  ненавистного шрама на  груди и шее Хельги, двинул  руку вверх, прочертил линию подбородка, а затем провел  большим пальцем по нижней губе, после чего ладонь переместилась  к затылку пери, а сам мужчина склонился  к его губам,  почему-то дико возбуждающим  совсем маленькой, алой ссадиной.

Отредактировано Рамиэль Лерайя (29.06.20 19:50:36)

+1

20

Очередное сводящее с ума ожидание и почему он так смотрит, разве все не предельно ясно? Или пытается подобрать слова для отказа? Почему-то самое плохое, что может быть сразу пришло в голову. С восклицанием, что ты наделал! Рамиэль же согласился на присутствие перийца рядом с собой, так нет, это того не устроило в полной мере. Захотелось осуществить несбыточную мечту, быть равным, а не вечным слугой, так получай. Хельги стиснул зубы, пытаясь держать себя в руках и дождаться четкого ответа, окончательно определяющего его судьбу. Будет ли он жалеть патом, если граф откажет? Ведь можно было просто существовать рядом, но так хотелось жить. Он существовал столько лет, переживая целые потоки боли и предательств, так стремился изменить судьбу и опять погружаться в пучины безысходности, в которой точно не будет выхода.
Такого Тейриан более не мог вынести, впрочем, для любимого, он мог пойти и на это, принеся себя в очередной раз в жертву, но навряд ли при таком раскладе он был реально нужен Лерайя, а следовательно ничего уже не остановило бы пери в стремлении уйти. Без крыльев ползать по земле Хельги более не будет. Все смерти дорогих для него существ тогда станут бессмысленными и все его деяния, как и он сам превратится в пустое место, тень, выгоревшею дотла. Именно поэтому забыв о всех последствиях и голосе разума пери решился на такое, сказав Рамиэлю будь моим по настоящему, только моим единственным на всем пути длинною в вечность. Это истинное мое желание, еще с тех пор, как я увидел тебя в замке, забирая заколку, правда тогда еще не осознавая, что чувствую и что ты станешь моей судьбой.
Пройдя через ад и выжив Хельги отчетливо понял, что не сможет по другому, любить до конца, жить свободным или шагнуть в небытие, гордо выбрав смерть бесчестью в очередном рабстве. И только один человек во всем мире способен был возродить Тейриана из пепла, совместив собою все, что можно пожелать. Протягивая ему заколку Первый дел шаг из мрака к свету и небесам, где они будут вместе вдвоем парить среди звезд, как истинное продолжение друг друга. И тогда оковы судьбы наконец падут и пери обретет долгожданную свободу и свою несбыточную любовь.
Сердце Хельги глухо стучало и ему казалось, что он не выдержит больше и умрет прямо здесь в его объятьях, наверное такое стало наилучшим исходом, чем услышать нет из любимых уст. Секунды шли, а костлявая не спешила увидеться и значит предстояло пережить и это, как неизвестно. Рамиэль ведь Тейриану ничего не обещал, зачем ему связывать свою жизнь абы с кем? И разве он хоть раз говорил о своих больших чувствах, чем обычное дружеское участие и забота о своем фамильяре. Их волшебная, заветная ночь на Прометее, могла быть такой только для перийца, а для графа совсем другой. Не хочу этого знать, билось в сознании Хельги, не хочу быть уничтоженным на месте, лучше сто раз принять смерть от твоего меча и гореть в кошмарном аду.
Но вместо того, чтобы убежать объятый ужасом Первый поднял взгляд на эделира, давай, не тяни, выноси свой приговор и покончим с этим и со мной. Напряжение достигло своего предела, поэтому Тейриан не сразу понял, что случилось, когда почувствовал, как его руку сжали и поток незнакомый энергии быстрой волной пронесся сквозь его тело, изменяя мироощущения и образуя связь небывалой раньше мощи. И только, когда следом за действием в голове возникли слова, осознание наконец пришло, он сказал да... Это была клятва, настоящая, ставшая реальным ритуалом. И обомлевший пери застыл, не в силах поверить в происходящее. Такое не дают просто так или под влиянием обстоятельств, я дорог ему... дорог и теперь мы вместе на пути вечности.
Надо было наверно счастливо улыбнуться или хотя бы попытаться обнять его продемонстрировав проблески радости, но Хельги замер не шевелясь. Это не сон, не грезы истерзанного сознания, это есть на самом деле. Немыслимо... нереально... невозможно... Но оно свершилось, я обещаю любить тебя и заботиться о тебе, те самые долгожданные слова. Мечта стала реальностью и внутри стало очень горячо, вековые льды полились ручьями, унося прочь ненавистный серый пепел, на их месте расцвел цветок, потянувшись к сияющему фиолетовому солнцу. Сначала робко, а патом все смелее и увереннее он стремился ввысь.
"Я люблю тебя" - прозвучало мысленно для Рамиэля, а потом на эделира обрушился разноцветный весенний поток теплой трепетной энергии будто и в самом деле Хельги отдавал свою душу и себя навсегда и безвозмездно ему. Хотя по сути, так оно и было. Он посмел поверить, посмел полюбить и обрести взаимность. Первый не мог более как-то выразить, что он сейчас чувствует, да и надо ли, когда понятно без слов. У него за спиной словно вырастали новые крылья взамен покалеченных и его лицо тоже преображалось, в нем появлялась жизнь. Это не было больше маской из смеси боли и отчаянья, оно светилось, как и голубые глаза с обожанием смотрящие на графа, единственного, неповторимого и такого желанного.
Пусть это будет не сном или я никогда не очнусь, ты мой, мой насовсем. Заколка выпала из ослабевших пальцев, но Хельги поднял ее и закрепил в его роскошных волосах, цвета воронова крыла. Теперь данный символ, означающий пери, принадлежал ему и ничто этого не изменит. Ты слышишь пение райских птиц и вдыхаешь аромат распустившихся весенних цветов, этот мир переливается яркими красками и по твоей ладони скользит солнечный зайчик, восходящего светила, а свежий ветер развивает твои волосы, такое и есть счастье, необъятное и цветущие в самом сердце. Его не выразить словами, не передать жестами и мимикой, оно просто заполняет тебя целиком, возрождая из холодного небытия.
Хельги не умел чувствовать такого и делал только первые робкие попытки, каждый раз оглядываясь не мираж ли это, не растает туманной дымкой, оставив среди безжизненной пустыни. Но скользящая по телу и чуть задержавшиеся на губах рука Рамиэля доказывала реальность происходящего, как и вкус его крови, оставшийся во рту из маленького пореза на ладони. По телу Тейриана пробежала дрожь и он припал к устам графа как к живительному источнику, такому необходимому и вожделенному, прижавшись к эделиру обняв. И тут же окружающееся перестало существовать и был только он, любимый, родной и бесценный рядом...

[float=right]http://a.radikal.ru/a36/2007/92/d22c8f446cba.gif[/float]Люблю тебя, как любят только раз!
Хочу, чтобы огонь наш не погас,
А ярче становился с каждым днем.
Хочу, чтоб были счастливы вдвоем.

Ты солнца свет, отрада, наваждение.
Ты смысл жизни, сила, вдохновение.
Ты воплощение рая на Земле,
И за любовь скажу спасибо я тебе!

Ты будоражишь мою душу
И ночью навещаешь сны.
Ты мир мой делаешь лишь лучше.
Ты — все заветные мечты.

Ты воздух, нежность, откровенье,
Ты вдохновенье для меня,
Ты чувств палитра неземная,
Ты жизнь моя, моя судьба.

Ты яркость, светлость всех мгновений,
И ты спасаешь от беды.
Тебе дарю свое я сердце.
Любовь мою, прошу, прими...

Отредактировано Хельги (22.07.20 10:25:11)

+1


Вы здесь » Энтерос » БЫЛЫЕ ПОВЕСТВОВАНИЯ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ » Среди туманов. Часть III. Багряный рассвет


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно